Чтение онлайн

– Дракон, где он?– Прохрипела она, убирая волосатую руку Ирсена от лица.

– А… эта морская тварюга, разнесшая в щепки причал? Наделала шороху и уплыла по своим драконьим делам.

Женщина сделала попытку подняться, и её затрясло, словно от озноба.

– Лежи уж. Не та у тебя кровь, чтобы с драконами на их языке разговаривать, – проворчал Ирсен. – Наворотила ты делов, конечно. Не могла места другого выбрать? Ты б потихоньку… Как поняла, что с Иланой приключилось, шепотком бы нам обмолвилась, мы бы в море вышли, и разговаривай с драконом сколько влезет. А тут … Эх… – махнул рукой Ирсен.– Причал поломали, суда потопили, людей напугали. Чем расплачиваться будем?

– Ирсен, тут местные на лодочке приплыли. Если, что мы мечи приготовили, да и луки целы, только вчера проверяли. – Перед Вейм появилось обветренное лицо Тарика Смуглого.

– Приваливайте отсюда, – раздался голос, в котором Вейм узнала голос сборщика налогов.

– Мы заплатили за сутки, – хрипло прошептала Вейм.

– Госпожа говорит, дракон не наш – платить не будем!– Зычно крикнул сборщику рыжий Ирсен.

– Не нужны нам ваши деньги. Проваливайте, откуда явились. Много лет Злой дух воды отравлял источники, воровал скот, затапливал наши деревни. Мы бросили все, поля, дома, сады и стада и бежали на юг, и вот уже полвека о нем ничего не было слышно. Но вот приходите вы, и дух воды снова появляется.

– Это водяной дракон. Он безобиден, – прошептала сквозь кашель Вейм.– Питается рыбой.

– Убирайтесь отсюда. Если вы не покинете Хили в течение получаса, мы сожжем корабль, а вас продадим рынке, как рабов, – заорал сборщик налогов.

–Хорошо, мы уходим, – крикнул Ирсен, приказывая людям поднять паруса.

– Вейм, скажи водяному дракону, чтобы тоже уходил… с нами или без нас.

Женщина уже не слышала его: небо, покрытое молочно-белыми облаками, плыло перед глазами, сливаясь с серым полотнищем паруса.

Вейм проснулась уже под вечер. Ласточки маленькими молниями сновали над палубой, ловя последнюю мошкару, с берега, из-за леса доносился звук одинокого рожка, зовущего скотину с пастбища, а лягушки уже орали в прибрежных заводях. Над медленно плывущем драккаром разносился запах наваристой мясной похлебки. Вейм завернулась в плащ и, медленно передвигая ватные ноги, пошла на запах. Зрение не полностью вернулось: приходилось двигаться на ощупь, угадывая в темных очертаниях знакомые предметы. Ее заметили, взяли на руки отнесли к котелку и выдали тарелку с ужином и деревянную ложку.

– Овощи,– проговорила она принюхиваясь.– Откуда у нас овощи?

– Вы с Хагеном утром принесли с рынка, – услышала она голос Ирсена. – Эррин знатную похлебку из них приготовил. У нас еще кабанятинка осталась со вчерашнего ужина. Так что попируем…

– Пируем-то, пируем, а богам жертвы не принесли,– послышался прокуренный женский голос.

– Ойра, это ты?– Спросила Вейм пытаясь угадать в маленьком силуэте, пахнущем дымом, воском и травами, ведунью.

– Боги все видят. Вот устроимся на новом месте,– проговорил Ирсен, и Вейм услышала треск огнива и почувствовала терпкий запах табака. Табак возили в драконовы земли купцы из-за моря, и стоил он баснословных денег. Лишь жрецы в храмах пользовали его, чтобы побаловать богов, да очень богатые люди. Как его доставала Ойра, было известно только самой Ойре.

– Богов гневить не следовало,– проговорила ведунья, закуривая трубку. – Руны сегодня бросала: пусто. Молчат боги.

– Просто они говорят, что все в наших руках и не стоит их зазря беспокоить глупыми вопросами.

– С тех пор как увидели эти земли, молчат руны,– покачала седой головой Ойра.

– Здесь свои боги, Ойра. Они могут не слышать тебя.

– Боги те же, у них лишь имена другие. Как бы причина не была в другом…

– Если ты о Стилмате, то он безобиден. Он всего лишь водяной дракон. Ты же знаешь: его собратья питаются рыбами и растениями. Единственное, сильный он: запросто может лодку перевернуть.

– Тут не дракон, а что–то другое. Илана говорила о каком– то древнем Зле.

– Спрошу у Стилмата при следующей встрече. Кстати он не объявлялся? И как Илана?

– Илана в порядке, только не помнит ничего, а Стилмата после Хили никто не видел. Как бы глупости не наделал наш дракон,– задумчиво ответила Ойра, пуская ровные колечки.

– Не только дракон у нас на глупости мастак, – заметил Ирсен. – Кое-кто сегодня дров тоже наломал. Кровь у тебя не та, чтобы с Древними общаться. Язык драконий любой дурак выучит, а вот разговаривать на нем не все могут. Вишь, еле ползаешь после беседы.

– Я быстро восстанавливаюсь…

– А если нет? С драконом говорить вздумала. Если бы силенок не хватило? Если бы ушла к мужу и сыну? Ты об остальных подумала?! На местном наречии разговариваем и читаем только мы с тобой. Остальные не знают ни языка, ни обычаев этих земель. Покровителей у них нет. Да, их учили воевать и выживать, но сейчас не война, и они никому не нужны. Эти люди пошли за тобой из Драгонхолла, и ты за них отвечаешь. Так будь же добра постарайся не умирать хотя бы до того как мы устроимся на этих землях.

– Они добровольно пошли за мной. Их никто насильно сюда не тянул.

– Да они пошли за тобой добровольно, но они избрали тебя командиром и не мне говорить тебе об ответственности. Понимаю, ты привыкла рисковать, но здесь не Драгонхолл, где на место одного упавшего могут встать двое, и в случае твоей смерти Маа что-нибудь придумает. У нас нет лишних людей, и каждый на счету.

– Ирсен прав, – проговорила Ойра, длинным ногтем приминая табак. – Для этих людей ты и Стальная Маа, и Королева Вейм в одном лице. Ты смелая и сильная, теперь нужно стать хитрой и изворотливой.

– Хорошо, я подумаю над этим вопросом, – поджала губы Вейм. – Ты с картами разобрался?

– С картами то все хорошо: вроде бы верные. Уже решила, что будешь делать, когда попадем в Таммивиль?

– Верну отцу приданое и попрошусь обратно в отчий дом, а там как повезет: если удача улыбнется, то выпрошу у него клочок земли и обоснуемся там, а если нет – будем думать.

– Только помягче с родственниками: скажут что неприятное, лучше промолчи, потом свое возьмешь. С мачехой своей полюбезней: не надо сразу ей говорить, что она, стерва-курва, занимает место твоей матери. Отцу не перечь: ты в этих землях не Вейм Тяжелая Рука, а Вейм Таммивильская, дочь старшая лорда Эрика Таммивильского.

– Вейм РедДреган, – поправила его девушка.

– РедДреган вы бы стали, ты если бы госпожа Маа разрешила вписать вас в древо рода в красной книге, – заметил Хаген.

– Я РедДреган не крови, но по духу. На моей могиле будет написано: «Здесь лежит прах Вейм РедДреган, жены Имриха Храброго и мать Ингера Несчастного».

Ойра укоризненно покачала головой.

–Иди-ка ты лучше спать,– проговорил Ирсен. – Завтра будет трудный день. Еще один трудный день.

– Радуйся Ирсен. У нас будет еще один день, – улыбнулась Ойра, обнажая желтые треугольные зубы. – И благодари богов, ибо многие, кого мы знали, этого лишены.