Лиефдэ Вур
Шрифт:
Джек понимал, что тоже любит ее. Наверное, сам хотел бы вернуть время вспять и побороться тогда за нее. От криков тех дней: «Уходи, ты мне стал безразличен.» не осталось вообще ничего. Сердце рвалось, мелкие струны, от нее шел, не зная куда.
Тот здесь, как памятник в городе – ни к чему, пользы нет, но сидит глубоко.
Она понимала, как будет ей трудно вернуться вновь к нему после стольких дней. Они замерли в ожидании чуда, которое ушло, как ни странно, вместе с ним.
Вдвоем, неприкаянные судьбы для себя. Кто окажется смелее?
– Если ты собрался уходить, – девушка начала неуверенно, – можешь идти, но я бы этого не хотела, – она все так же пыталась сдержать слезы.
– Может и надо бы, но я пока хочу посидеть, – равнодушно ответил парень.
Из них окажется сильнее тот, кто больше хочет. Не каждая клятва в порыве эмоций, не каждая сила таится в словах.
Кэйлет не могла спокойно сидеть на месте, постоянно елозила. Наконец, она села поближе. В тени все равно было жарко. Еще ближе. Она сладко втягивала его парфюм. Еще ближе. Джек посмотрел на нее.
Она тоже смотрела на него, но взгляд выдавал. Очень робкий, смущенный и неуверенный. Они поцеловались в страстном касании. И это было обычным. Не для подтверждения слов, а для памяти в их след. Легкий, как порыв ветра, им стало очень хорошо.
Они рядом сидели, обнявшись любя,
В их глазах не было огня,
Только горела искра
Он начинал загораться.
– Что это значит? – с улыбкой спросил Джек.
– Не знаю, – стесняясь, ответила Кэйлет, – если не нравится, то я не в силах тебя остановить.
– После такого, – парень пытался сделать суровый взгляд, – тем более не хочу, – и улыбнулся.
Схватка прошла, остались осколки гранат и патроны. Но кто же все-таки смог победить в этой неравной войне между любимыми?
– Становится очень жарко, – девушка пришла в себя, – может нам стоит зайти в кафе? Тут недалеко. Прохладные напитки и все такое.
– Если бы все произошло чуть раньше, то я бы побежал за тобой, – он задумался, – тем более у меня есть девушка, а поцелуй с тобой похож на измену, – парень резко замолчал.
– Да, может в этом и есть какая-то правда, но мы же никому об этом не расскажем, правда? – игриво спросила Кэйлет.
– Ну да, – ответил Джек.
– А теперь пойдем?
– Да.
Обязаны ли люди прятать свою любовь? Они точно должны прятать свои чувства, чтобы никто не увидел?
Первым кафе на их пути был «Тартаброс». В доме, где сверху жили другие семьи, он располагался удачно. Выход на улицу через коричневую дверь с прозрачными стеклами.
При входе вовнутрь, Кэйлет увидела за столом Марабеллу и какого-то мужчину, очень сильно похожего на писателя. Они сидели возле окна, где на столе стояла темная бутылка.
Она резко развернула к себе Джека.
– Скажи мне сейчас же, что очень сильно меня любишь! – ее глаза горели ярче, чем люстра над ними.
– Сначала ты, – ответил парень.
Он начинал смотреть по сторонам, оглядывая помещение кафе и людей, которых был не очень много. На минуту, девушка, которая сидела недалеко от них, показалась очень знакомой. Он хотел подойти и рассмотреть ее внимательнее, но не успел. Кэйлет уже целовала его, сильно прижимая к себе.
– Что это такое было? – изумленно спросил Джек.
– Ты же просил, чтобы я тебе призналась в любви? – она начала вытирать уголки губ салфеткой, которая оказалась у нее в сумочке, – что может быть лучше, чем вот такой сладкий поцелуй посреди кафе?
– Они же все, – парень окинул взглядом посетителей, – смотрели на нас.
– И что? Я не боюсь показывать своих чувств, – ее слова звучали гордо.
Джек посмотрел еще раз на тот столик, где сидела другая парочка. Но там никого не было. Ему показалось, что там была Марабелла и начал об этом думать, когда Кэйлет потащила его за собой к свободному столику. Официант принес закуски. Для него – мясной стейк, а для нее – голландскую вафлю с мороженым и бананом внутри.
– Кто там сидел? – неожиданно спросил Джек.
– Наверное, твоя любимая девушка, – она показала свое довольное лицо и полезла за сигаретой.
– Здесь курить нельзя. Прошу, выйдете, пожалуйста, на улицу, – к ним подошел охранник в черном смокинге.
– Ладно, не буду, – Кэйлет убрала сигарету обратно в пачку.
– Ты тоже куришь? – вопрос от него звучал просто, как факт того, что он обязательно должен был спросить.
– Так я, как и ты, долго не могла прийти в себя, – она взяла вилку, – пристрастилась к этому всему, – она невольно поднесла руку к губам, а потом убрала, – после того дня, тех
событий, я не могла больше спокойно спать. Разорвав отношения с Крисом, я искала тебе везде. Днем и ночью, – она откусила маленький кусочек, – истощенная, не ела, ни пила.
– Все, хватит! – сказал Джек, но его не услышали.
– Я забыла, что такое сон. Искала твое лицо, среди знакомых и друзей, пыталась найти зацепку, что-то похожее, но безуспешно, – она съела еще немного, – потом у меня закончились силы.
В этот раз Джек сам поцеловал ее, плавно подхватив уставшее тело Кэйлет, которой становилось хуже.
– Ты меня поцеловал! – она громко посмотрела на него, – зачем?
– Я тоже тебя люблю! – твердо сказал парень.
Девушка потеряла дар речи и не знала, что можно ответить на эти неожиданные слова.
– А как же Мари? – ее глаза были хитрыми.
– Я не знаю, – растерянно ответил парень, – обещал, даже сегодня, что буду с ней до конца, и вот как все обернулось, – он подавил икоту, – моя любовь к тебе сильнее, чем к ней.
– Очень приятно, – она улыбнулась, – но я знала об этом еще давно.
– Откуда? – удивился Джек.
– Сердце, – Кэйлет показала на левую часть груди, – его не обманешь, – и аккуратно поцеловала его за ухом, – мне становится плохо, наверное, давление скачет, душно тут, – она приложила руку к голове.
– Тогда давай сейчас немного поедим, – предложил парень, – а что останется, не будем трогать и пойдем обратно на улицу.
Кэйлет утвердительно кивнула и, после ужина они вышли наружу. Одновременно опустили руки в карман и достали пачки «Кэмел».