Чтение онлайн

– Да я думал на полчасика сяду, потом всё как в тумане, – Максим похлопал себя по щекам, чтобы взбодриться. – Каждый раз мне кажется, что я в шаге от того, чтобы понять ошибку. Я даже попробовал кое-что интересное…

– И результат? – Федя прищурил единственный глаз.

– Эта скотина перед моим уходом опять спать пошла, – вздохнул Максим. – Не видать мне ни интеллекта, ни личности, как своих ушей.

– Да погоди. Может у Шурика есть личность. Просто она очень ленивая и не любит учиться, – подбодрил друга Федя. – И интеллект у него есть, просто очень низкий, как у… Как у… Прости, кроме твоего Шурика даже на ум никто не приходит. Хотя, может в этом и есть его уникальность?

– Господи, мне тридцать лет, и чем я занимаюсь, – буркнул под нос Максим.

– Не вешай нос. Представь, если бы Шурик сидел и сутками напролёт развивался, пожирая уйму электричества. У тебя и так с деньгами проблемы, а тут хоть на коммуналке сэкономишь. Видишь, Шурик не тупой, он просто заботится о тебе, – Федя похлопал напарника по плечу.

Максим вымученно улыбнулся. В этот момент из здания вышел директор, и клинеры встали в две шеренги. Заиграл гимн компании. Он был довольно безвкусный и напоминал военный марш, написанный нейросетью. Не было ярких акцентов, чёткой композиции, да и ритм был довольно медленный, в общем, на трудовые свершения не вдохновлял. Однако директор при звуках гимна всегда держал спину прямо, расправлял плечи и расплывался в блаженной улыбке. Его мало кто мог заподозрить в хорошем музыкальном вкусе.

– Уважаемые коллеги! Рад видеть всех в полном составе, – Рэн искоса взглянул на Максима. – Сегодня у нас очень много работы. Общество нуждается в нас. Однако и мы нуждаемся в обществе. Оно должно помогать нам сохранять преемственность поколений, должно омолаживать наш коллектив, когда старики уходят на заслуженный отдых.

По строю пронеслись едва слышные проклятья, некоторые закатили глаза. Когда речь заходила о дне открытых дверей для выпускников, Рэн всегда начинал издалека и выражался витиевато. Он каждый раз надеялся, что сможет замотивировать работников, увидеть добровольцев, а не заставлять, как обычно. Ему было не понятно, почему клинеры предпочитают возиться с мусором, лишь бы не общаться с молодёжью.

– Итак, кто хочет рассказать вчерашним студентам о важности и полезности нашего труда, выйти из строя, – объявил директор. Ни один клинер не сдвинулся с места. – Если добровольцев не будет, я назначу на это дело Максима с Федей. Кому-то из вас придётся взять их пригородный маршрут, – угроза так же была проигнорирована. – Ладно, вы не оставили мне выбора.

По строю прошёлся вздох облегчения, только будущие исполнители поручения немного погрустнели.

– На этом всё, расходимся! Десять минут перекур, туалет – и по клинтанкам! Город нуждается в вас, – произнёс Рэн традиционную концовку.

Клинеры лениво разбрелись по своим делам. Максим с грустью посмотрел на свой клинтанк и сказал:

– Вот так всегда. Стоит подумать, что утро не может быть хуже, как на тебя выпускников вешают. В наше время никто не спрашивал, хотим ли мы быть клинерами.

– И это говорит человек, проклинавший те самые правила, что сделали его таковым, – Федя посмотрел на напарника с укором. – Порадовался бы за молодёжь, что у неё выбор есть.

Максиму стало стыдно, его щёки покраснели. Действительно, некрасиво вышло, смалодушничал. Он набрал воздуха, подбирая слова оправдания, но Федя опередил его, сказав:

– Не надо ничего говорить. Я всё понимаю. Для каждого из нас это стресс.

Максим кивнул, и они закурили.

В приёмной директора напарников уже ждали учебные материалы для повторения программы экскурсии. Потрёпанные выцветшие брошюры напоминали, в какой точке здания рассказывать о какой теме, где находятся кнопки, активирующие проекторы со слайдами. Сами слайды дублировались в печатном виде, и их тоже следовало повторить.

Максим с Федей уселись на диван в приёмной директора и начали пересматривать надоевшие за долгие годы брошюры. Занятие это было таким же пустым и скучным, как рассуждение о пользе дыхания. Всё написанное было понятным и очевидным, студенты если и смотрели на слайды, то уж точно не читали их. Заставлять организм заниматься тем, что никому не нужно, было сложной задачей, и напарники с ней не справились.

Максим начал клевать носом спустя пару минут, а затем и вовсе заснул, распластавшись на своей половине дивана. Федя продержался чуть дольше. Он проглядел по диагонали половину материалов и пошёл курить, а следом и вовсе начал бродить по территории.

Приезд экскурсионной группы планировался на десять часов утра. Директор с кожаной папкой в руках вышел из кабинета за полчаса, удостовериться, что всё готово. Увидев спящего на диване Максима, Рэн с размаху плашмя ударил папкой по стойке ресепшена. От громкого хлопка тот подскочил, уронив пару брошюр на пол, и начал делать вид, что усердно читает.

– Товарищ экскурсовод, где ваш напарник?

– Эм, в туалет пошёл, – попытался прикрыть друга Максим.

– Вставай, давай. И подними с пола это всё, – раздражённо пробормотал Рэн.

Максим собрал упавшие брошюры и, прижав разрозненную стопку к груди, пошёл за начальником. Федя нашёлся у входа в столовую, с любопытством читающий меню.

– В туалет пошёл, говоришь? – Рэн бросил недобрый взгляд на Максима.

Федя, услышав голос начальника, резко повернулся и отрывисто произнёс:

– Я, да! В туалете был. А тут… Задержался. Интересно стало.

– Кто ведёт плохие экскурсии, на обед не ходит. За мной.

Они втроём обошли весь маршрут и проверили работоспособность каждого проектора. Затем директор задавал вопросы, ответы на которые были в выданных материалах. Выяснилось, что без текста перед глазами Максим с Федей ни на что не способны. Они начинали нервничать, мудрить с формулировками и забывать, казалось бы, очевидные вещи. Рэн махнул на них рукой и ушёл, перед этим велев стоять во дворе и ждать выпускников.

Автобус опоздал лишь на пару минут. С шумом и галдежом, толпа семнадцатилетних юношей высыпала во двор. Их было двадцать человек, и ни один не был похож на другого. Волосы у них были всех цветов радуги. Одевались они так же ярко и разношёрстно. Рост варьировался от «метр с кепкой» до двух. Были худые, толстые, сутулые, подтянутые, в очках и без них, но всех их объединяло одно: гаджеты в руках.

Педагог, которому не терпелось сплавить выпускников хоть на какую-то работу, потребовал всё лишнее убрать в карманы. На лицах молодых людей отразились усталость и пренебрежение, но все сделали то, что велено. Наступила тишина, которую нарушало лишь одинокое чавканье жвачкой.

– Итак, о всех преимуществах профессии клинера нам расскажут… – педагог сделал жест рукой, призывая представиться.

– Максим и Федя, – сказал за двоих Максим, всё крепче прижимая к груди брошюры.

– Прекрасно. Ребята, следуйте за ними. Они вам всё покажут, – сказал педагог и забежал обратно в автобус, где, по всей видимости, собирался заняться тем же, чем Максим на диване.

Федя издал стон отчаяния. Оставаться с подростками в пропорции десять к одному было страшновато. Однако Максим набрался смелости и повёл всех за собой к первому слайду у входа в здание. Он нажал на сенсорную кнопку, и проектор вывел на стене первую картинку. Максим, запинаясь, рассказал о том, кто и в каком году основал компанию, кому именно она оказывает услуги, какую прибыль получает каждый год и прочую статистику. Несколько юношей начали зевать, а один наглец даже закурил электронную сигарету. Федя такого хамства не оценил и, потеряв всякий страх, отобрал прибор у подростка.