Лолита: Сценарий
Шрифт:
ГУМБЕРТ: Простите. Я спешил и к тому же не слишком хорошо себя чувствую.
МАРИЯ: Там знак висит: только для персонала.
ГУМБЕРТ: Хорошо, хорошо.
Мария уходит, унося одеяло.
ЛОЛИТА: Мария только старается быть полезной.
ГУМБЕРТ: Мария наглая и пронырливая. Не удивлюсь, если узнаю, моя милая, что вы успели обменяться всеми своими дрянными секретами. Ее грандиозный зад, должно быть, заставляет практикантов ворочаться и вздыхать по ночам.
ЛОЛИТА: Твой английский здорово продвинулся, дорогой. Скоро ты заговоришь на жаргоне малолетних преступников.
Молчание.
ГУМБЕРТ: Я принес тебе несколько дивных книг. «История Танца». «Поэты-романтики» моего друга профессора Бера. «Цветы Скалистых Гор» с восхитительными иллюстрациями. И еще «Кармен» Мериме — боюсь, не лучший перевод, но обязательно прочитай, это замечательная печальная повесть.
Лолита издает неопределенно-благодарственный звук и продолжает поглощать страницы своего журнала.
Вновь вбегает Мария Лор.
ГУМБЕРТ: (поднимая пару солнечных очков, оставленных на комоде) О, чьи это? Не мои и не твои.
МАРИЯ: (быстро переглянувшись с Лолитой) Да, это один посетитель забыл.
ГУМБЕРТ: Посетитель? У тебя был посетитель, Лолита?
МАРИЯ: (кладя очки в карман) Нет, у другого пациента. Я нашла их в коридоре и подумала, что они, может быть, ваши.
Уходит.
ГУМБЕРТ: Est-ce que tu ne m'aimes plus, ma Carmen? Ты меня больше не любишь, моя Кармен?
ЛОЛИТА: Ну вот, опять началось.
Она полистала страницы своего журнала, нашла место, где остановилась, и вновь принялась за чтение.
ГУМБЕРТ: Градусник разбился в перчаточном отделении, но я проверил утром пульс, и он оказался сто десять. Я сейчас уйду, мне нужно лечь. Не хочешь ли ты взглянуть на эти красивые книги?
Лолита издает тот же неопределенно-благодарственный звук и, глубже погружаясь в чтение статьи «Они называют меня шлюхой», принимается ковырять в носу. Гумберт опускается в кретоновое кресло, открывает ботанический атлас, который он принес ей в подарок, и пробует найти в нем цветы, которые он собрал для нее. Это оказывается невозможно.
ГУМБЕРТ: (со вздохом) Я ухожу. Плохо себя чувствую. Ничего не хочешь сказать мне?
ЛОЛИТА: Что?
ГУМБЕРТ: Я сказал, не хочешь ли ты поговорить со мной? Ты прочитаешь свой журнал, когда я уйду.
ЛОЛИТА: Что ты хочешь, что бы я сказала?
Мария Лор возвращается с вазой для цветов.
ГУМБЕРТ: Почему ты не можешь выписаться уже завтра? Ты просто излучаешь здоровье.
МАРИЯ: Она останется до вторника. Так сказал доктор. Мята длиннолистая и сумах ядовитый. А это золотарник, от которого у нее может начаться сенная лихорадка.
ГУМБЕРТ: Ох, выбросите их, выбросите!
МАРИЯ: Да, я думаю, их лучше выбросить.
Уходит.
ГУМБЕРТ: Лолита! Любовь моя! Только подумай: во вторник, если мы отправимся с самого утра, мы будем в Мехико к полуночи. Никакие тайные агенты, никакие призраки и мучители не будут нас больше преследовать. Мы будем жить, как нам вздумается, моя Лолита. Я сделаю тебе предложение. Старик-священник обвенчает нас, и мы будем жить счастливо в чудесной Розамораде до скончанья времен.
Оба вдруг осознают, что Мария Лор снова в комнате.
ЛОЛИТА: Это поэзия. Он читал стихи. Не обращай внимания, Мария.
ГУМБЕРТ: Да, поэзия. Единственное, что есть подлинного на земле. Но я уже ухожу.
ЛОЛИТА: Мне нужны мои вещи. Коричневый чемодан, мамин голубой, сумка из автомобиля, всё-всё.
ГУМБЕРТ: Эти вещи в автомобиле. Я не забирал их в мотель.
ЛОЛИТА: Отлично. Они нужны мне прямо сейчас.
ГУМБЕРТ: Не можешь подождать до вторника? Тебе что, нужны все твои платья немедленно?
ЛОЛИТА: Чтобы я выбрала. Мария, где зеркальце?
ГУМБЕРТ: Я не в силах дотащить сюда твой багаж.
МАРИЯ: Не беспокойтесь, Джо принесет.
ГУМБЕРТ: Хорошо. Мне нужно идти. Что ж, до свидания, Лолита.
ЛОЛИТА: (рассматривая себя в зеркальце) Прощай-прощай.
ГУМБЕРТ: Девочка с зеркалом. Художник неизвестен.
Он задумчиво смотрит на нее, качая в руке автомобильный брелок. Мария ждет у двери.
Комната в мотеле. Гумберт спит, растянувшись на одной из двух парных кроватей. Его изводит вирусная инфекция. Бутылка джина на ночном столике наполовину пуста. Звонит стоящий рядом телефон. Гумберт пробуждается от болезненного забытья.
ГОЛОС: Как поживаете, профессор?
ГУМБЕРТ: Кто говорит?
ГОЛОС: Вы в порядке?
ГУМБЕРТ: Не совсем.
ГОЛОС: Неважно себя чувствуете, а?
ГУМБЕРТ: Да. Кто говорит?
ГОЛОС: Путешествие не в радость? Сочувствую.
ГУМБЕРТ: Что вам от меня нужно?
ГОЛОС: Не знаю, как и сказать. Содействия? Покорности судьбе?
ГУМБЕРТ: Хорошо. Если вы не галлюцинация, не просто tinnitus aurium…