Лунный свет
Шрифт:
– Куда ты так торопишься? Это же опасно!
– У нас… слишком… мало времени, – еле выговорил Марк.
– Времени ещё достаточно. Пара месяцев точно есть.
– Прошло уже почти полгода… может, ты… ошиблась?..
– Ты же знаешь, я не ошибаюсь.
– Я думаю… это… просто… кошка…
– Именно так. Тебе большего и не нужно.
– Я… не… понимаю…
– Всё хорошо. Отдохни. Позвони мне завтра, хорошо? Как придёшь в себя.
– Ладно…
Девушка встала и ушла, захлопнув дверь. Тц… ох уж этот автоматический замок. А то ведь можно было сейчас сбежать. Марк мирно спал. Я подошла к нему поближе и принюхалась. От него очень странно пахло. Этот слабый, еле уловимый запах. Я запрыгнула на диван, подошла к лицу Марка и ещё раз принюхалась. Он пах чем-то страшным, непонятным, но настораживающим. И, наверное, усталостью. Не знаю, как описать, но человек, который вымотан до предела, пахнет чем-то особенным. Такой слегка приторный, солоновато-болотный запах. Гадость.
Марк внезапно открыл глаза и уставился на меня. Ой. Я зашипела и тут же ринулась прочь. Забилась под диван и оттуда тихонько, но угрожающе мяукнула. Марк встал и отправился в свою комнату-лабораторию. Он шёл, пошатываясь, долго возился с замком и, наконец, скрылся за дверью.
Уж не знаю, о чём они с этой девушкой говорили, и какие планы у них на меня, но я уж точно не собираюсь быть подопытным кроликом. Мало времени… пара месяцев. Чует моё сердце, Марк скоро что-то со мной сделает. Ох, он вышел, прикрыв дверь, и, придерживаясь за стену, ушёл на кухню. Дверь! Она открыта. Я немного помедлила, затем подбежала, подцепила её лапой и, наконец, смогла попасть внутрь. Странная комната. Почему-то она не кажется мне зловещей, где мучают и пытают животных. Скорее, здесь спокойнее, чем во всём остальном доме. Интересненько. Я запрыгнула на один из столов и учуяла незнакомый, но такой приятный и манящий запах. Я порыскала на столе и заметила небольшую коробочку. Ох, как от неё пахло! Это было так опьяняюще, что сводило с ума! Я с лёгкостью открыла крышку лапой. В нос ударил чарующим, манящий аромат. Это был странный, серовато-коричневый порошок. Я зарылась в него носом, затем раскопала лапой, извалялась в нём на столе. Мне хотелось утонуть в этом запахе, влиться в него, стать единым целым.
“Нет, нет нет! – закричал Марк, войдя в комнату. – Стой!” Я бросилась прочь, снося на пути колбы, баночки и коробочки. Кое-как сориентировавшись, я выбежала из комнаты и юркнула под диван. Там было темно и хорошо. И так весело! Так волшебно! Запах того порошка был со мной, опьянял меня и будоражил разум. Ой! Марк схватил меня под диваном и вытащил оттуда. Отпусти! Я заорала и вцепилась в руки зубами. Драла когтями, вырывалась и шипела. Но Марк упрямо тащил меня куда-то. Затем, крепко удерживая меня одной рукой, стал поливать меня душем. Какого хрена?! Я вывернулась из мощной хватки, поскальзываясь на мокрой ванне, но всё же смогла выбежать в холл. Оттуда бросилась в свою комнату, поддела лапой дверцу шкафа и забралась туда поглубже. Брр, вся шерсть мокрая. Я тут же начала вылизываться.
Дверь шкафа резко отодвинулась, меня ослепил яркий свет. “Не лижи это! – прокричал Марк. – Нужно срочно это смыть!” Что? О чём он говорит? Я зашипела и угрожающе замахнулась лапой несколько раз. Но Марк ловко схватил меня и снова утащил в ванную. Ох, от этого порошка мне совсем крышу снесло. Меня так одурманило, что я почти ничего не соображала. Наверное, только поэтому Марку-таки удалось меня помыть. Причём с мылом. Ужас какой! Вся кожа после этого горела. И во рту пересохло. Ох, как хочется пить. Как только Марк отпустил меня, я, как могла быстро, побежала к миске. Что-то мне нехорошо… и глотать больно. Голова болит. Я легла рядом с миской, тяжело дыша. Ничего, скоро отпустит. Плохой порошок. Что-то в нём было не то. “Да, доброй ночи, – услышала я голос Марка. – Я могу вызвать врача на дом?.. Возможно, отравление свинцом. Кошка, молодая. Да, только что, извалялась в свинцовом порошке. Возможно, сколько-то его съела. … Я уже помыл её с мылом, она попила, но явно ей плохо. Как скоро будете? … Хорошо, жду вас”.
Так вот оно что… свинцовый порошок. Он так вкусно пах, а оказался таким ядовитым. Ух, мышцы свело. Как больно… Время шло… мне становилось всё хуже. Скоро всё тело начала одолевать судорога. Так больно… Кто-то пришёл. Меня положили на диван, затем сделали укол в холку. Затем ещё укол, но в заднюю лапку. Стало легче. Намного легче. Я постепенно приходила в себя.
– Зачем же вы храните у себя свинец в открытом доступе? – услышала я незнакомый мужской голос.
– Это смесь свинца с травами используется для травли насекомых, – ответил Марк. – Я работаю в компании по разработке новых методов борьбы с вредителями. У меня дома маленькая лаборатория, но я всегда запирал её на ключ. Сегодня пришёл слишком уставший, вышел попить воды и не заметил, как оставил дверь открытой. А Багира нашла смесь с валерьяной. Видимо, для неё это был очень приятный запах, вся в нём извалялась. С ней всё будет в порядке?
– Это острое отравление. Но довольно слабое. Я уже дал ей всё необходимое. Видите, ей уже лучше. Лекарство в холке будет рассасываться около часа. Если снова будет плохо, то лучше отвезите её в клинику под наблюдение.
– Хорошо, я понял. Спасибо вам.
– Поправляйтесь.
Я дрожала, но уже чувствовала себя намного лучше. Только спать хотелось. Марк сел со мной рядом на диван и слегка поглаживал по голове. Приятно… Давно меня никто не гладил, я ведь и сама не даюсь. А так приятно, когда слегка почёсывают загривок, или чешут горлышко. Или мягкими, но уверенными движениями поглаживают по спинке. М-р-р. М-р-р.
Я и не заметила, как уснула. Провалилась в блаженное небытие без боли и страха. Так приятно. Все тело наполняется теплом и силой, распирающей изнутри. Будто вспышка света, меня озарило холодным, родным лунным светом. Только не это… полнолуние! Я знаю эти ощущения! Мне нельзя, нельзя обращаться! Я попыталась проснуться, но сладкая дремота окутала меня, как плотная вата. Я карабкалась через неё, пытаясь вздохнуть, открыть глаза, закричать. Свет ослепил меня. Яркое утреннее солнце отражалось от окон стоящих напротив домов и светило прямо в глаза. Я сощурилась, приподнялась. На мне что-то лежит, плохо видно. Одеяло? Мягкий тонкий плед. И руки, мои руки… я человек! Так, спокойно. Обратиться обратно не составит труда. Нужно только сосредоточиться. Главное, чтобы Марк не увидел меня такой. Но… одеяло. Он укрыл меня кошкой? Или же увидел, что я стала человеком, и решил укрыть меня голую? Он видел меня голой?! Я осмотрелась, щурясь от яркого света и пытаясь разглядеть в мутных пятнах вокруг образ человека. Ох, кошкой я видела гораздо лучше. Что же делать?.. Так, а ну собраться! Взяла себя в руки, сосредоточилась, и вернулась в кошку! Так спокойнее. Пусть думает, что слишком устал, поэтому приснилась голая противная девчонка. Надо успокоиться, сжаться… внутренне сжаться в комок…
«Постой! – крикнул Марк откуда-то из размытого мира».
Я уставилась в сторону звука и смогла с трудом различить силуэт человека. Ох, он же меня видит почти голой! Я натянула одеяло повыше. Страшно! И стыдно. И солнце ещё это раздражает. И голова гудит. Ох, сколько всего сразу! Кошкой быть намного проще. Надо обратно! Сжаться в комок…
«Подожди, не обращайся, – снова сказал Марк, подойдя немного ближе. – Я знаю, кто ты».
Знает? Он знает, кто я?! Откуда? Разве есть ещё такие, как я? Хотя, с чего я решила, что настолько уникальна? Такая же, как и многие. Или хуже.
«Ты не бойся, я тебя не обижу, – тихонько сказал Марк, протянул мне какое-то серое, бесформенное пятно, а затем кинул мне в ноги. – Я принёс тебе одежду. Оденься, я хочу с тобой поговорить. Пожалуйста».
Одежда – это правильно. Поговорить – интересно. Ладно, в кошку я всегда могу обратиться. А вот поговорить… давно я уже не разговаривала. Уже и не помню, как звучит собственный голос. Хотя бы узнаю про таких, как я. В конце концов, в облике человека сбежать из квартиры куда проще.
Я залезла под одеяло, натянула на себя толстовку явно большего размера, чем нужно. И штаны, которые пришлось завязать шнурками на поясе, чтобы не сползали. Немного подумав, я спустилась с дивана на четвереньки, стянув с себя одеяло. Ну, нет! Так люди не ходят! Опираясь о диван, я, хоть и с трудом, но смогла подняться на ноги. Тяжело. Неудобно, непривычно. Конечно, столько лет ходила на четырёх лапах, а теперь вот… придётся вспоминать. Я прислушалась к ощущениям, всматриваясь в две свои длинные неуклюжие нижние конечности. Осторожно приподняла глаза, привыкая к окружающему размытому и такому маленькому миру. Ох, высоко! Шаг, ещё шаг. Медленно, потихоньку, я всё же смогла сделать несколько шагов вдоль дивана, с трудом удерживая равновесие.
«Наверное, можем поговорить и здесь, – внезапно заговорил Марк».
Я вздрогнула. Ох, а про него уже забыла! Без усов я плохо ориентируюсь и совсем растерялась. Да и вообще в облике кошки зрение у меня на порядок лучше. Уж не знаю, как это работает, но я бы всё отдала, чтобы человеком видеть так же, как кошкой.
Марк, т.е. размытое пятно передо мной, подошёл ближе к дивану и присел на край. Я отшатнулась назад и неуклюже села, поджав ноги и оперевшись на руки спереди. Какое неудобное, неповоротливое человеческое тело!
«Ты себя хорошо чувствуешь? – спросил Марк, слегка наклонившись».
О, я могу видеть его лицо, не так чётко, но всё же… если прищуриться. Кареглазый красавчик, ага. Я привыкла видеть его кошкой, но человеческие глаза видят его в каком-то другом ракурсе что ли. И кожа уже не такая бледная, да и само лицо какое-то не такое. Нет, красавчиком Марк как был, так и остался. Но вот что-то совершенно неуловимое в нём изменилось. Будто стал… ровнее что ли.
«Ты умеешь говорить? – спросил он».