Чтение онлайн

– Что можно пить под такую закуску? Водку, конечно.

– А вы не лишены здравого смысла, - как-то очень хитро улыбнулся Забелин и заказал графинчик «Столичной», две порции селедки под шубой и холодец.

– Значит, так ужинают простые русские мужики из «Forbs»?

– Я человек обеспеченный, поэтому потребностей у меня немного. В продолжение нашего разговора позвольте поинтересоваться: а что же, по-вашему, нескучно читать нормальному человеку?

– «Vogue».

– «Vogue»?
– Забелин посмотрел на меня высокомерно.

И вот тут-то я по-настоящему разозлилась. Потому что на меня нельзя так смотреть. Я сама высокомернее всякого высокомерного.

– Да, «Vogue». А знаете ли вы, что по «Vogue» можно прогнозировать состояние мировой экономики, изучать историю и много чего еще?

– Историю? Это как?

– Очень просто. Вот, например, в последнем номере есть статья о том, где и как одевались первые леди Америки. И рассказано о них в такой последовательности, что сразу становится понятно, какой президент за кем следовал: сначала был Рейган, потом - Буш-старший, потом - Клинтон, потом Буш-младший, потом Обама. Но лично мне больше всех нравится Кеннеди, потому что у него жена красивая. А известно ли вам, что изысканные туалеты Жаклин сделали для побед Америки в XX веке больше, чем все авианосцы и ракеты, вместе взятые?

На лице Забелина появилось очень странное выражение - некая смесь настороженной серьезности и безмолвного возмущения.

– Вы это серьезно?
– спросил он и, получив от меня утвердительный кивок, добавил: - Первый раз вижу человека, который изучает историю государственной власти США по «Vogue».

– А вы что-то имеете против «Vogue»?
– Я вся как-то внутренне подобралась, приготовившись ринуться на защиту своей правды.

– Это смешно.

– Что именно?

– Относиться с таким пиететом к дешевому бабскому глянцу. Смешно и глупо, - равнодушно пожал плечами Забелин и уставился в стену. Это выглядело так, словно он только что мысленно прилепил ко мне ярлык «тупая кукла» и я перестала представлять для него какой бы то ни было интерес. Такое отношение взбесило меня еще сильнее.

– Именно благодаря тому, что я с пиететом отношусь к глянцу, мне без разговоров понятно, что вы за человек.

– И что же я за человек?
– В глазах Забелина мелькнула искорка любопытства.

– Вы надели джинсы, пиджак, простую белую футболку и ботинки в стиле милитари. А могли бы надеть джинсы и рубашку. Или свитер. И туфли. Как сделало бы большинство мужчин вашего возраста. Вам ведь лет сорок пять, верно?

– Полтинник, - коротко бросил Забелин, не отводя от меня заинтересованного взгляда.

– И в свои пятьдесят вы оделись, как тридцатилетний продвинутый модник. Продуманно и ультрасовременно. О чем это говорит?

– И о чем же?
– Забелин отложил вилку.

– О том, что вы молодитесь. А молодитесь вы, потому что бабник.

– Да, я действительно люблю женщин. Но чтобы это понять, не обязательно читать «Vogue». Я же мимо вас не прошел. Разве не достаточно?

– Можно я продолжу?
– тоном, полным официоза, спросила я.

– Послушаю с удовольствием, - с саркастичной блядской улыбочкой ответил Забелин.

– Так вот, судя по вашему сегодняшнему внешнему виду, вы - бабник.

Но если учесть, что джинсы и пиджак на вас от «Dsquared», а братья Кейтоны делают одежду провокационную, дорогую, но практичную и без пафоса, то можно почти со стопроцентной уверенностью заключить, что вы не тусовщик.
– Мне польстило, что Забелин слушает мой монолог чуть ли не с раскрытым от изумления ртом, и я продолжила с еще большим вдохновением: - Тусовщик, при аналогичном аутфите, скорее всего, остановил бы свой выбор на более узнаваемом бренде. Например, на D&G. К тому же на вас часы «Breguet » - классика уровня luxury, и, скорее всего, носите вы их каждый день, не подбирая под одежду. А у тусовщика есть часы для спорта, офиса, ночного клуба, свидания и обеда на plain air.

Забелин посмотрел на меня с недоверием и даже, как мне показалось, с опаской, быстро выпил две рюмки водки без закуски, и спросил:

– Вы сейчас шутите?

– Да нет. Я серьезно. А парфюм у вас «Cerutti 1881» - классический до тошноты. Его выбирают мужчины-консерваторы, склонные к накоплению капитала. Ну, примерно так, - подвела итог я.

– Вы с какой планеты?

– А какое это имеет значение?
– пожала плечами я и тоже выпила две рюмки водки. Как и он, без закуски.

Так мы пили и ели. Надо сказать, с аппетитом. Еще мы слушали электроскрипку, изредка обмениваясь колкостями. А потом Забелин отвез меня домой, с нарочитой церемонностью поблагодарил за приятный вечер и уехал.

Уехал. Представляете? Безо всяких приставаний. Как будто обычная девушка, а не объект сексуальных желаний любого нормального мужчины!

В недоумении я позвонила Денису.

– Ну что?
– сразу приступил к допросу мой друг.

– Что-что! Этот козел взял и уехал! Поблагодарив, блядь, за приятный вечер! Я что - уродина?

– Детка моя, даже думать так не смей! Ты - самая красивая, а Забелин - импотент. Точно-точно. Забудь о нем. Выпей шампанского, полежи в пене, посмотри что-нибудь красивое и печально-обреченное. «Осень в Нью-Йорке» или «Элегию», например. А потом ложись спать.

И я добросовестно выполнила все, что посоветовал Динечка: пока валялась в ванне, осушила пару бокалов шипучки и, надев Мишкин белый хлопковый свитер, улеглась на диване.

На экране разворачивалась история любви Ричарда Гира и Вайноны Райдер. Я пребывала в состоянии светлой печали и легкого алкогольного опьянения. И в тот момент, когда прекрасный Ричард Гир узнает, что его прекрасная возлюбленная (в этом прекрасном фильме все такое до розовых соплей прекрасное) безнадежно больна, в мою дверь постучали.

Почему не в домофон? Странно.

– Кто?
– смахивая с лица сентиментально-пьяные слезы, спросила я.

Ответа не последовало. И тогда я, оглупленная то ли шампанским, то ли фильмом, решила, что там, на коврике, сидит крошечный котенок - замерзший, голодный и бесконечно одинокий. Как я…

Вместо котенка на пороге стоял Забелин. Один. Без охраны. Красивый и злой. Не дожидаясь приглашения, он быстро вошел в квартиру и закрыл за собой дверь. Я инстинктивно попятилась назад. А Забелин все стоял, не говоря ни слова, и смотрел на меня исподлобья. Я тоже ничего не говорила. И тоже на него смотрела.

Не знаю, сколько времени так прошло, пока я наконец не спросила:

– Что вы тут делаете?
– Мой голос звучал хрипло. Раньше такого не было. У меня вообще-то высокий голос.

– Ты такая красивая сейчас, - не отрывая взгляда от моих голых ног, ответил Забелин.

И близко-близко подошел ко мне. Пахнет кофе и сигарами, подумала я, а в следующую секунду его ладони грубо и нетерпеливо залезли под мой свитер. Я попыталась отстраниться, но он был весь словно из стали. Вот уж и впрямь стальной магнат! Поначалу я еще хотела вырваться, молотя кулаками по его спине и голове, но он, ни на что не обращая внимания, продолжал гладить меня своими огромными ручищами и нагло целовать. А потом в моем сознании мелькнула мысль: если он сейчас меня не трахнет, я умру. И тогда он достал член, виртуозно раскатал презерватив, и не осталось ничего, кроме ощущения чего-то большого внутри, тепла его кожи под моими ладонями и дыхания над ухом. Кулаки стали ватными, а голос, казалось, весь вышел из меня и завис где-то в районе потолка. Я больше не выебывалась и старательно подстраивалась под его ритм.