Чтение онлайн

Лис дождался кивка и проводил их напряженным взглядом, с удивлением обнаружив, что заросший холм оказался глубокой землянкой, спустившись куда, скоро скрылись из виду и ведьма, и Марушка. Роланд привязал коней и умостился на земле, приготовившись ждать.

— Долго они там будут? — спросил Лис, оглядываясь по сторонам — слизняков собирать он не рвался.

Роланд безразлично пожал плечами и закрыл глаза. Лис вздохнул, побрел, хлюпая ногами в болотной жиже. Вились в лужицах тонкие, что конский волос, пиявки — врезались в худые носки сапог, крутились у голенища и зарывались в илистое дно, не в силах присосаться. Пришлось заглядывать под каждое бревно, хотя бы для виду. Слизни, которых он находил в гнилой древесине, все как один оказывались не больше тыквенного семечка, скользили по коже и, стоило сомкнуть ладонь, просачивались меж пальцев и булькали в воду, к пиявкам — откуда Лис не рисковал их доставать.

Собрав с десяток, выбрал сухое место неподалеку от Роланда и сел, сжав руки в замок: «Достаточно будет, — подбодрил он себя, прислушиваясь, как ползают, оставляя клейкие дорожки у него на ладонях слизняки, — а не понравится что — пусть своего соколика отправляет», — рассудил, нервно поглядывая на вход в землянку.

Ему показалось, что прошла целая вечность, когда, наконец, из чернеющей пасти ведьмовского пристанища выглянула Марушка. Позади, подталкивая ее в спину, маячила горбунья.

Лис подскочил, растеряв добрую половину слизней. Поднялся и Роланд, тревожно вглядываясь во тьму. Девичья фигурка, казалось, стала еще меньше. Марушка ссутулилась, повесила голову, сжалась, обхватив себя руками и пошатывалась, будто от лихорадки. Лис оказался рядом раньше, но не успел подхватить под локоть, когда она шагнула мимо и, подняв отрешенный взгляд на Роланда, тихо спросила:

— Ты с самого начала знал, да? С самого первого дня?

Он кивнул, и девочка, повернувшись к Лису, попыталась улыбнуться. Вышло скверно. Её трясло и знобило.

— Валим отсюда, Муха, — начал он, не оглянувшись даже на Роланда, — дурное это место… И ты вон, побелела вся… — Лис наклонился и шепнул: — Чего тебе эта развалина наплела?..

Он успел заметить, как старуха сдвинула широкие брови и зашевелилась, перемещая вес на здоровую ногу. Быстро повернулся к ней, протянув сомкнутые ладони:

— Вот, собрал слизней. Забирай скорее.

— Брось тут, — велела ведьма, — чего с ними таскаешься?

— Я думал, — протянул Лис растерянно, — они для оберега от птиц нужны…

— Нет, — та шлепнула его по ладоням, и слизни рассыпались по притоптанной земле у входа, а Лис тщетно попытался стереть клейкую слизь с ладоней о штаны, — чтоб любопытный нос занять. Ходи ко мне, скажу важное…

Лис замотал головой и попятился — от одного ее взгляда по коже проносились мурашки, и все тело обдавало холодом, но отступать было некуда — Марушка стояла как во сне, глядя невидящим взглядом перед собой, а позади маячил Роланд, готовый в любой момент обнажить меч.

Лис покорился. «Да чего ж такое? Съест она меня, что ли?» — расправил он плечи, храбрясь, и пригнул голову, чтоб не задеть макушкой низкий потолок землянки.

Если бы не огонь, над которым в котелке булькало зеленоватое варево, сырость пробирала бы до костей. Запахи трав и ягод щекотали нос, смешавшись в один — удушающе сладкий. На широком столе в пестрой куче валялись иссушенные птичьи лапы, ягоды брусники и кругляши похожего на морозно-серые снежинки лишайника. Рядом, во влажное дерево столешницы старуха воткнула толстую кривую иглу. На самом углу, из праздничного, покрытого голубой эмалью с красной каемочкой, низкого кувшинчика торчала подаренная Роландом сухая рыбина — подожженная у хвоста она горела ровным пламенем и освещала скудное убранство землянки. С потолка свисали блеклые корни, а на единственной не покрытой каплями воды стене сушились травы и еще что-то… Лис не стал приглядываться, его и без ведьмовских штучек ощутимо подташнивало.

— Садись, — старуха указала на шаткую лавочку.

— Я постою, спасибо, — криво улыбнулся Лис, но в тот же миг пригнулся и взвыл — горбунья схватила его за ухо и не отпустила, пока тот не рухнул на предложенное место.

— Пей, — она понюхала найденную в закромах кружку и зачерпнула из котелка.

Лис наклонился к пойлу с самым несчастным видом — сквозь запах трав пробивался явственный душок плесени.

— Не хочешь, не пей, — раздраженно бросила ведьма и подвинула кружку на противоположный край стола, за которым, покряхтев и поохав, умостилась сама. — Тяжело тебе, мальчик? — спросила она почти ласково. — Совсем утомился, поди?

— Нормально, — поежился Лис, глядя, как старуха орудует иголкой, приматывая к птичьим лапам разноцветные перья. «Хоть бы не вывернуло, хоть бы только меня не вывернуло…» — стучало в висках.

— Ты собак не бойся, мальчик, — ведьма подняла на него целый глаз, и Лису показалось, что даже безобразное бельмо не мешает ей посмотреть куда-то глубоко, в такие темные уголки души, куда он сам предпочел бы не заглядывать, и заерзал на стуле.

— Каких еще собак? — Лис прокашлялся, оглядываясь, будто из темных углов могли выскочить разъяренные сторожевые псы.

— Никаких не бойся. Я тебе секрет открою.

— Да я не боюсь, — чихнул он. — Не люблю их просто.

— А если бросится? — старуха привстала и нависла над столом, потянувшись к Лису. — Если нападет собака, что делать станешь?

— Отобьюсь, — пожал он плечами, втайне надеясь, что его подруга на старости лет не выживет из ума и не превратится в нечто подобное. Знахарка, ведьма — суть одно и то же. Тем более, никакой чародейства или волшбы старуха не показала, только крутой нрав и немного старческого слабоумия, и Лис расслабился, посчитав ее ненастоящей, липовой колдуньей.

Он закинул ногу на ногу и принялся раскачиваться на лавочке, ожидая, когда та отвяжется сама.

— А если свора нападет? Если свора такая, что и конца и края ей не видно будет? — помолчав, полюбопытствовала она.

— Не знаю. Мне плевать, — Лис снова чихнул и поднял взгляд на собеседницу. Ее мутный глаз лукаво поблескивал в свете рыбины-свечи. — Может, обойдемся без этого всего, а? Знаю я ваши штучки — меня так Пащек подловил однажды, чуть без штанов не оставил. Я теперь ученый, — заявил он, почесывая раздраженный запахами нос, — никаких зелий покупать не стану, ясно?

Лис поднялся так резко, что ударился головой о земляной потолок, а низкая лавочка заскрипела и перевернулась, едва не пришибив ему ногу.

— Бывай, — развернулся он и, щурясь, шагнул к выходу.

— У любой стаи вожак есть, — крикнула старуха ему вслед. — Одолеешь вожака — одолеешь врага, разбежится свора…

Лис не обернулся, проклиная день, когда обманулся обещанием щедрой платы и ввязался в опасное приключение. От спертого воздуха мутило. Он выскочил, оперся ладонями о колени и попытался отдышаться, но вместо облегчения загудела голова. Лис страдальчески скривился и направился, не разбирая дороги и едва не увязнув в трясине обеими ногами, к привязанным лошадям.