Чтение онлайн

Помогающий Николь подняться Минь практически взвалил девушку на себя. Ричард, пусть и шатаясь, шёл сам. Ваня с луком в руках сделался бледным, как полотно, но не раскисал и нюни не распускал. Не каждый день собственноручно убиваешь человека всаживая стрелу в горло, пусть даже это и бандит из банды рыжего Айка. Но выросшие в городке при сто седьмой фабрике дети сталкивались со смертью с раннего возраста и не считали её такой уж трагедией. Если конечно это была чужая смерть, а не их собственная.

Прицепленная к стене гроздь светодиодов давала слишком яркий и при этом контрастный свет. От такого света предметы отбрасывали угловатые, вытянутые и как будто бы острые тени. Часть светодиодов на ленте перегорела и их чёрные точки на фоне сверкающих соседей выглядели пятнами на солнце.

Ричард сидел за столом, наклонившись над электронными потрохами вытащенными из ручного тепловизора. Небрежная пайка, болтающаяся микросхема — всё свидетельствовало, что данный прибор прошёл через руки не очень умелого ремонтника. Например, такого, какой вполне мог работать на дядюшку Игоря, державшего под собой весь ремонт несложных бытовых техноартефактов в рабочем городке при сто седьмой фабрике.

Сей простой факт порождал далеко идущие выводы. Главным, из которых был тот, что обратно в город им четверым теперь лучше не возвращаться.

Варианты конечно оставались. Можно попробовать прийти с повинной головой, преподнеся в качестве откупного за жизни бандитов рыжего Айка всё найденное в древнем бункере богатство. Можно попытаться договориться Ричарду впредь работать на дядюшку Игоря. Но куда в этом случае пойти Николь? Чем ей предложит откупиться рыжий Айк?

В качестве альтернативы можно попробовать добраться до сто шестой или сто пятой фабрики с расположенными при них городами. Ричарду доводилось видеть карты, поэтому направление он знал… примерно. С точностью до плюс-минус ста километров. И опять же, останется ли такое перемещение незамеченным корпорантами? Так-то странствующие проповедники учения великой экономики ходят между городами и некоторые из особенно отчаянных торговцев тоже. Но он-то не проповедник. Попробовать что ли стать странствующим торговцем? Или заделаться диким отшельником живущим сам по себе? Говорят, и такие есть, целые деревни диких — то ли живут, толи существуют. Только вот ещё говорят, что дикие не любят чужаков. Очень не любят.

— Власть! — позвал Ричард. Кем бы ни была древняя машина — демоном или ангелом, проклятием или редким шансом, выпадающим один на миллион. Так или иначе, но сейчас машина находится в том же положении, что и они. Даже, наверное, в более худшем. Ребята, при желании, могли покинуть бункер, а машина не могла. Когда рыжий Айк найдёт это место, он найдёт и её тоже. И что Айк, а вернее сам дядюшка Игорь, будет делать с подобной находкой? И как сама машина отнесётся к возможной смене «партнёров»? Ричард не знал.

Но тот факт, что древняя машина помогла им расправиться с загоняющими их, как дичь бандитами — внушало надежду на то, что Власть не захочет менять ребят на хитрого, осторожного и очень трусливого дядюшку Игоря и его прикормленных бандитов.

А им точно помогла тогда машина. Потому, что кто другой это ещё мог бы быть? Если ты находишься в заброшенном бункере в глухом лесу выросшем на месте когда-то расположенного здесь города. И если в этом бункере скрывается что-то древнее и очень похожее на демона, какими их описывают странствующие проповедники. То совершенно не нужно выдумывать какую-то новую сущность для объяснения произошедших непонятных событий.

— Власть, — позвал он снова.

Что-то шевельнулось в углу, куда не доставал яркий светодиодный свет, где лежали одна поверх другой угловато-острые тени.

— Ричард, — произнёс знакомый голос. — Зачем ты зовёшь меня в этом зале, где не было и нет работающей звуковой системы. Где я не мог и не должен был тебя слышать.

— Но ты всё-таки услышал, — констатировал парень. — Там, в лесу. Эта белая штука. Это ведь был ты? Я на самом деле вовсе не контролирую тебя, правда? Это ты контролируешь всех нас?

— Чтобы контролировать, нужно понимать. Думаешь я понимаю тебя, Ричард?

— Что мне делать? Что делать всем нам?! — потребовал ответа парень.

— Раз ты спрашиваешь меня, означает ли это, что ты доверяешь мне, Ричард?

Сидевший за столом парень вскочил: — Доверяю! Доверяю, будь ты проклята, древняя машина.

— Прекрасно, Ричард, — сказала Власть. — Когда члены команды доверяют друг другу — им по плечу любые задачи. Собери остальных, и я расскажу, что вам предстоит сделать, чтобы оставить старую жизнь в прошлом и начать новую. Где не будет места страху всю жизнь проработать «живым роботом» на фабрике по производству пищевых брикетов.

— Что нужно сделать? — переспросил юноша.

— Вы вчетвером должны заставить корпорацию Лента хотя бы частично вернуть то, что она когда-то забрала у вас.

— А что она забрала у нас, что?

— Ваше будущее, — сказала древняя машина.

…проблема заключалась в том, что Ланс Тэйлор был амбициозным. Точнее: амбициозным молодым человеком. Ещё точнее: Ланс Тэйлор, техник второго разряда, в свои двадцать семь лет, будучи всего лишь техником, всего лишь второго разряда на сто седьмой фабрике принадлежавшей корпорации Лента всё ещё в тайне надеялся осуществить свои амбиции и убраться из этого места куда-нибудь подальше. Куда-нибудь туда, где, совершенно точно, должны обитать талантливые и амбициозные люди вроде него.

Без сомнений, весь план чуть было не пошёл ко всем чертям только из-за неосуществлённых амбиций Ланса Тэйлора.

Обязанности дежурного техника заключаются в общем контроле за всеми системами вверенного ему участка. Проще говоря нужно сидеть и тупо ждать: не загорится ли где-то тревожным красным цветом какой-нибудь узел. При этом очень желательно не спать. За сон штрафуют. Для этого существует специальная отдельная система, которая следит за дежурным техником, который следит за всеми остальными системами. В итоге получается эдакое странное резервирование с тремя независимыми друг от друга локусами контроля.

Сидеть так и ждать пока что-то сломается на самом деле довольно скучно. Развлекаться остаётся только чтением системных логов множества отдельных систем и автоматов. Такое себе развлечение. Говорят, многие из техников научились спать с открытыми глазами. Всё равно, в случае возникновения нестандартной ситуации оповещение завопит так, что мёртвого разбудит и на работу отправит.

Но Тэйлор Ланс не такой. В отличии от других техников второго разряда он наблюдает за логами, следить за которыми, в общем-то, не входит в его обязанности. Потому, что амбициозный и молодой ещё — продолжает тешить себя надеждой как будто бы достоин чего-то большего и хочет это большее получить.

В должностные обязанности Ланса совершенно не входило наблюдение за тем, кто входит и выходит из служебных помещений, в частности из техсклада. Следить, чтобы туда, куда надо, входили только те, кому надо, а кому не надо не входили бы — задача автоматизированных охранных систем. И уж тем более Ланса не должны были интересовать метки менеджеров из низшего управленческого звена, вдруг зафиксированные охранной системой на входе в служебные помещения.

В конце концов где он, Ланс Тэйлор, и где менеджеры из управленческого звена, пусть даже низшего?