Чтение онлайн

– Не угадала, – сказал он бывшей жене. – И вообще я не желаю обсуждать с тобой свою личную жизнь.

– А мы и не будем обсуждать, – легко согласилась Юлия. – Мы просто выпьем за твою будущую жену! Грех тебе отказываться! – Она вскочила с кресла, достала с застекленной полочки маленькие хрустальные стопочки, сильными пальцами отвинтила фирменную крышку и разлила коньяк.

И они выпили сначала за будущую жену Сергея, потом за саму свадьбу, затем за успех бизнеса Юлии, потом за сына Петю, за его здоровье и успехи в учебе, а затем Юлия куда-то исчезла. Сергей Игоревич медленно тянул душистый коньяк из стопочки, когда она вдруг вернулась, но без джинсов-стрейч. На ней была одна коротенькая маечка, почти обнажавшая грудь. Юлия подняла руки, якобы поправить волосы, и Сергей вынужден был зажмуриться. Кроме маечки, на бывшей жене не было ничего. Она знала, что ему нравилось, когда она была раздета не до конца. В этот самый момент, когда перед Сергеем стояла почти голая женщина, и позвонила Валентина. Он, разволновавшись, не смог ей сразу ответить. Он слушал пищащую зуммером трубку и никак не мог сообразить, что ему сделать. В конце концов непослушными пальцами он набрал номер Валентины и сказал, что рад и что обо всем они переговорят в понедельник. Несмотря на дурманящие коньячные пары, он почувствовал, что Валентине хотелось бы услышать что-нибудь другое, но ничего лучшего в такой ситуации он придумать не мог.

– Это она! – констатировала Юлия.

Сергей согласно качнул головой, избегая смотреть на бывшую жену.

– Сере-е-еженька! – вдруг жалобно протянула она. – Ну, посмотри на меня! Зачем тебе какая-то женщина, когда есть я? Ну сваляли дурака, развелись… Так можем же и сойтись вновь?

Сергей Игоревич в ужасе поднял глаза на Юлию. Она сбросила с себя маечку, качая бедрами, подошла к нему и своими ловкими и сноровистыми руками начала делать то, чему, отягощенный французским коньяком, противиться он был абсолютно не в состоянии. Размягченный после интимных удовольствий, которых уже давно не имел, Сергей Игоревич думал о том, что, пожалуй, зря растревожил Валентину. Юльку он знает как свои пять пальцев, и Юлька его – как облупленного. Вон как ловко с ним справилась! Она знает, что он любит! Он еще ощущал на своем теле ее руки, слегка царапающие камешками колец. С Валентиной может так и не заладиться. Кто знает, к чему ее приучил Шурик? Шурик – моложе! Молодые, они нынче такие подкованные в этом деле… Вдруг он, Сергей, не будет соответствовать? Нет, лучше проверенная Юлька. Ну и что, что она капризная и любит командовать?! Зато рядом опять будет Петька! К тому же еще неизвестно, как помыкала своим мужем Валентина. Может, он от этого и спился?

Валентина, размышляющая этой ночью о предстоящем ей новом замужестве, даже не могла предположить, что ее будущее благополучие висело на волоске и зависело исключительно от ловкости бывшей жены Сергея Игоревича. Юлия была достаточно ловка, но все-таки просчиталась. Ей бы немножечко мудрости Галины Андреевны Голощекиной, которую та всегда проявляла, когда дело касалось ее личной жизни. Юлии бы утром сказать бывшему мужу:

– Сереженька, съезди, пожалуйста, один к поезду, а я пока оформлю бумаги. А вечером нам опять будет так же хорошо, как вчера!

После этого ей стоило бы поцеловать Сергея и, может быть, даже сделать ему какие-нибудь авансы на обещанный вечер. Но Юлия решила, что главное уже сделано. Строгим голосом деловой женщины она заявила:

– Так! Сергей! Сейчас ты поедешь на вокзал один. Парни все те же, ты их узнаешь. У меня – другие дела! Заплатишь им вот это, – она сунула ему в руки пухлый конверт с деньгами, – потом везешь товар в комплекс и ждешь меня! Не вздумай доверять Лидке, что, мол, она постережет баулы! Это такая прохиндейка! И поторопись, а то опоздаешь! Белорусы ждать не будут: сбросят товар на платформу, а дальше – наши проблемы.

– А как же деньги? Они же будут ждать деньги?

– Деньги они с меня потом вытрясут. Ты за них не беспокойся. Я же с ними собираюсь и дальше иметь дело, и они об этом знают. Так что давай! Вперед! – и она довольно сильно подтолкнула Сергея к выходу, что было еще одной ее тактической ошибкой.

Сергей с бледным от негодования лицом медленно развернулся, выхватил у нее сумочку и вытряс ее содержимое на журнальный столик. Среди всяческой женской мелочовки он отыскал ключи от своей квартиры, потряс ими у нее перед носом и сказал:

– Ты последний раз здесь была, Юлия! Ясно?

Она поняла, что проиграла, но расстраиваться ей было некогда: белорусы ждать не будут. Она окончательно спрятала улыбку и металлическим голосом произнесла:

– Разумеется, мне все ясно, а сейчас – марш на вокзал! Ты мне обещал, и не вздумай отказываться, а то вообще никогда не увидишь Петьку!

Светлана Аркадьевна Тарасова остановила машину у подъезда входящей в моду питерской модели Сабины. Она специально надела лучший свой костюм из натурального шелка цвета бордо, чтобы девчонка не заносилась. Этот эксклюзив существует в одном экземпляре. Татьяна Кравец сшила костюм специально для Светланы и при ней разорвала в клочья лекала. Конечно, такому асу своего дела, как Кравец, ничего не стоит и без лекал сшить точь-в-точь такой же костюм, но она, конечно же, не станет этого делать. Светлана Аркадьевна – ее главный спонсор, вернее, не она, а Мишка, что дела не меняет. Через несколько лет Кравец не нужны будут никакие спонсоры, потому что она – грандиозный талантище, и клиенты станут к ней записываться, но пока о ней знают немногие. Ее открыла Светлана. Однажды ее неожиданно пригласили на презентацию с последующим банкетом, и ей срочно нужно было платье, да такое, чтобы не ударить в грязь лицом перед женами питерских бизнесменов. Она вспомнила, что в старом доме на Загородном проспекте, где они с Тарасовым начинали свою супружескую жизнь, жила Татьяна, которая здорово и, главное, быстро, шила. Именно эта Танька сшила юной Свете потрясающий наряд к свадьбе. Светлана перерыла весь дом, нашла старую записную книжку и позвонила бывшей соседке. К счастью, как потом оказалось обоюдному, Татьяна никуда не переехала и даже обрадовалась срочному заказу, поскольку очень нуждалась в деньгах, а Светлана посулила ей весьма неслабый гонорар. К следующему вечеру наряд был готов. У Светланы перехватило дыхание, когда она, одевшись в голубое с дымкой платье, подошла к зеркалу в тесной Татьяниной комнатушке. Платье было очень простое и в то же время стильное. Оно красиво облегало крупную, но стройную Светланину фигуру. Впереди оно не имело никаких украшений, если не считать узкой гофрированной полоски, пришитой чуть ниже талии. Фишка была в необычном крое спинки в виде деформированной, вытянутой вбок капли. Внутри этой капли от шеи к талии тянулась серебристая нитка, унизанная голубыми, в тон платью, стразами. Татьяна Кравец в тот главный в своей жизни день получила удвоенную сумму гонорара, а вечером от зависти к Светланиному платью зеленели и чахли жены абсолютно всех питерских бизнесменов и банкиров. Одна из них даже не выдержала и спросила Светлану, не может ли она пристроить ее к своему мастеру, поскольку у дочери скоро свадьба, и им хотелось бы иметь к этому дню эксклюзивные наряды. Светлана не стала жаться. Она сосватала их Татьяне, а потом купила Кравец помещение и помогла оснастить его. С тех пор она имела бесплатную портниху, которая одевала ее, как в лучших домах моды мира, а Михаил Иннокентьевич Тарасов считался официальным спонсором салона модной одежды «Татьяна», что тоже было немаловажно.

Светлана Аркадьевна бросила в зеркало заднего обзора последний взгляд на себя и осталась довольна. Колье и, как всегда, крупные серьги из темно-розового халцедона здорово подходили к костюму. Они были на несколько тонов светлее ткани и безупречно гармонировали с помадой, сумочкой и туфлями. Пожалуй, Сабинка треснет от зависти.

Сабина сразу отметила костюм. Светлана поняла это по слегка вытянувшемуся лицу девушки и дрогнувшим губам и специально задержалась в прихожей у большого зеркала. Она небрежно поправила рукой камни на груди, одернула короткий пиджачок с эффектными сборками на рукавах и даже чуть-чуть крутанулась на каблуках, чтобы легкая юбка метнулась в стороны, и Сабинка увидела ее модно-«рваный» подол с полупрозрачными вставками на клиньях годе. Удовлетворившись произведенным эффектом, Светлана Аркадьевна прошла в комнату, которая больше походила на игрушечный домик куклы Барби: горы мягких игрушек, розовых подушечек, занавесочек с бантиками и фотографий в рамочках. И на всех, разумеется, она, ослепительная модель Сабина. Не спрашивая разрешения, Светлана уселась в кресло и уставилась на девушку. Конечно, она хороша, ничего не скажешь: мини-юбочка обнажает длинные ноги, облегающая белая футболка демонстрирует пышную грудь, разумеется, без бюстгальтера. Сабина либо отдыхала на юге, либо загорала в солярии, и ее кожа была ровного золотисто-медового цвета. Светлана подумала, что она специально выставила его на обозрение, чтобы уесть престарелую предпринимательницу. Ну и напрасно! В двадцать лет – все прекрасны, а вот выглядеть так, как Светлана, в сорок – это надо очень постараться, и у Сабинки, таскающейся на все модные ночные тусовки, где черт знает что курят и чем ширяются, вряд ли получится.

– Я не стану ходить вокруг да около и сразу скажу, зачем пришла, – заявила Светлана. – Я хочу знать, что задумал против нас с Михаилом твой Ленчик Волосов.

Сабина соорудила на прекрасном лице что-то вроде с трудом сдерживаемой улыбки и, слегка растягивая слова, ответила:

– Откуда мне знать, Светлана Аркадьевна? Я в его бизнес не лезу.

– Все ты знаешь, – с угрозой прошипела Светлана, – и тебе лучше мне сказать, потому что в противном случае… – В этом месте она решила выдержать эффектную паузу. Сабина тут же на нее клюнула и уже более бодрым голосом, без всякой томности, спросила:

– И что же будет в противном случае?

– В противном случае Ленчик узнает, что параллельно с ним, пятидесятилетним жирным и лысым мужиком, ты живешь еще и с юным знойным Рашидом из варьете «Аладдин». Волосов, конечно же, вышвырнет тебя из этой кукольной квартирки, и ты вместо Сабины опять превратишься в обыкновенную Ирку Собину, которой место не на подиуме, а на какой-нибудь прядильной фабрике.

Светлана надеялась, что после такой ударной информации Сабина замечется по комнате и, ломая руки, расскажет все, что знает, но девушка расхохоталась ей в лицо.

– Рашид из «Аладдина» – это вчерашний день, Светлана Аркадьевна! Ваши сведения устарели! – сказала она, нагло улыбаясь и закуривая длинную черную сигарету. – Курите! – она протянула пачку Светлане.

– У меня свои. – Светлана достала из розовой сумочки любимые сигареты с шоколадным вкусом и, закуривая, судорожно обдумывала создавшуюся ситуацию. Как на грех, в голову ничего путного не лезло. Прокололась она с этим Рашидом, ох прокололась. Информацию надо проверять. Говорят же, семь раз отмерь, а потом отрежь.

– Допустим, что эти сведения устарели, – наконец сказала она, выпустив в сторону Сабины длинную струю дыма. – Но ведь я могу собрать и новые. Вряд ли ты долго пролежишь под жирным стариканом Волосовым! Захочется, поди, молодого тельца-то, а!

– А вдруг не захочется, а? – повторила интонацию Светланы Сабина. – Может, у меня такие извращенные вкусы, Светлана Аркадьевна! Не допускаете? Я, может быть, потому и кинула Рашида, что от толстых жирных мужиков получаю больший кайф!

– Все, конечно, может быть, Ирка, – вздохнула Светлана. – Признаю свое поражение. Но ты все-таки знай, что я буду рыть дальше, потому что мой магазин – это мой магазин, и твоему толстопузому Ленчику я его за просто так не отдам!