Чтение онлайн

– Но ведь об этом браке точно никто не узнал? – опять попыталась я приподняться и заглянуть ему в лицо, едва угадываемое в свете ночника. – Если даже ты был не в курсе. Так при чем же здесь покушение и его причина?

– Про брак – да, никто и в самом деле не в курсе. Наверное. Зато в курсе про другое – Михаил в тот же день прервал переговоры о помолвке. Без объяснений. Просто отказался и все. И это, когда уже кольцо для будущей невесты должен был передать.

– То самое? С изумрудом? – получив молчаливый кивок, я протянула: - Н-да… Думаешь, шведы оскорбились? Аж до такой степени?

– Не в том дело, - поморщился Барятин. – В политике оскорбления – мелочь. Гораздо больше играет выгода, а вот как раз ее они и лишились.

– Выгода?

– Именно. Мария-Филиппа не зря считается почетной покровительницей Упсальского университета, и этот титул не просто декорация. Семья ее матери, считай, полностью контролирует в Швеции отрасль сильной механики.

– И собиралась контролировать здесь? – опять вскинулась я, но меня опять осторожно уложили.

– Конечно. Через Михаила Константиновича и его будущую жену. Но когда поняли, что не выгорит, спешно перешли к другому плану.

– Если что-то не получается контролировать, - кусочки мозаики, наконец, сложились у меня в голове, - Значит, это что-то следует просто уничтожить, задавив конкурентов на корню. Осколки же тщательно подгрести под себя, устроив нашим механикам массовый переезд.

– А здесь у нас всячески поддерживать всякую шваль, лезущую к власти, чтобы сделать условия совсем уж невыносимыми. Чтобы у тех осколков даже мысли не возникло задержаться.

– Боже, - потрясенно выдохнула я, - как все просто, на самом деле. И как низко…

– Ладно, спи, - Эльдар окончательно подгреб меня себе под бочок.
– Пока я тоже не утащил тебя венчаться. Как они.

– Не, - теперь уже и в самом деле сонно пробормотала я. – Не хочу тайно. Хочу красиво. Весной. Чтобы все цвело. И солнце… И лепестки в воздухе…

– Непременно лепестки?

– Угум-м…

– Ну, как скажешь, - довольно хмыкнули мне в макушку. – Значит, будут лепестки.

Они мне до утра и снились. Розовые облетающие яблони, Эльдар в светлом мундире и я сама в чем-то легком – кажется, и правда подвенечном.

Глава тридцатая

Состав из нескольких ободранных вагонов, угольной платформы и паровоза отходил от перрона натужно и не слишком плавно. Такой же ободранный и пропитанный дождем фасад Финляндского вокзала проплывал мимо его окон медленно, но, увы, не слишком торжественно – несусветная суета, царившая внутри здания, выплескивалась оттуда и на перрон тоже: носильщики, громыхая телегами и задевая друг друга, стаей неслись к соседней платформе, стараясь успеть к следующему поезду, невнятно объявленому в хрипящий громкоговоритель; от двух грозно орущих мужиков, лавируя в нестройных рядах провожающих, удирал худенький мальчишка, похоже, что-то у них сперевший, пока сами провожающие пытались докричать нечто страшно важное вслед уезжавшим; проводник на последней подножке остервенело бил в колокольчик, сигнализируя отбытие, и вровень с ним зачем-то бежала вслед за вагонами тетка с корзиной, закутанная в серый платок перевязанный на спине крест-накрест, голося про пирожки с ливером – неужто всерьез надеялась, что кто-то предпочтет выскочить за ними, помахав ручкой уходящему составу? В общем, гам стоял настолько густой, что пробивался даже сквозь стекла наглухо закрытых окон, соперничая в этом с вонью горелого угля, машинной смазки и креозота. И контрапунктом к нему мерный, все нарастающий стук колес набирающего ход поезда…

Две молодые бабы, успевшие занять в купе одного из вагонов целую лавку, вписывались в эту суматошную картинку идеально – мне, по крайней мере, казалось, что взгляни на нас с Анной кто со стороны, решили бы именно так. Обе в потертых пальтишках поверх теплых юбок, закутанные до самых глаз в платки и с грузом. У одной на руках попискивающий куль с младенцем, у второй объемистый сверток с лямками, позволяющими закинуть его за спину.

– Уф-ф… - выдохнула я устало, впихнув под деревянную скамью свою обмотанную дерюгой торбу, чтобы тут же получить в спину выданное злющим голосом:

– А ну, двигайся, давай! Здесь на троих место!

– А ты глаза разуй! – развернулась я и тут же подбоченилась, невольно копируя жест обнаружившейся позади высокой и жилистой тетки. – Нас тут и есть трое!

Константин Михайлович на руках у Ани немедленно и весьма кстати подал голос, оповестив присутствующих о своей персоне, причем так, что скандалистка, претендующая на его место, слегка попятилась:

– Холера! – выдала она и, не зарясь больше на наше беспокойное соседство, потащилась по проходу вагона дальше, волоча перед собой здоровенную корзину с курами, стоявшую раньше в ногах, - Возют тут… Дома бы с дитями сидели…

– С курями тоже! – отбрехнулась я ей вслед, немедленно поймав одновременно и ошалелый, и восторженный взгляд Анны:

– Ну, Лиза, ты и… Слов нет!

– Правильно, - неожиданно одобрила меня устроившаяся напротив нее благообразная бабуля. – Дети ей, вишь, не нравятся… Это мальчик у вас, да? Зовут-то как?

– Ко… - начала было Анна, но я вмешалась, стараясь сделать это не слишком резко:

– Коленька. Николай он.

– Ага, - опять одобрила старушка. – Хорошее имя. Далеко едете-то?

– До Приморска, - турнув несостоявшуюся захватчицу, я уселась на отвоеванную лавку готовая к обстоятельной беседе – даже не сомневалась, что так оно в итоге и будет. Хорошо хоть сидевший рядом с бабулей господин – по виду мелкий чиновник – сразу отгородился от всех газетой и любопытствовать точно не собирался. Кстати, его-то куроносица подвинуть не рискнула – мужик, как-никак, то есть персона для бабы по определению неприкосновенная…

– А чего не через Выборг? – отвлекли меня от размышлений о мировой несправедливости и тяжелой женской доле.

– Так туда состав только через три часа пойдет, а утренний мы пропустили, - озвучила я давно заготовленную баечку. – Да и спокойнее на этом-то.

– Ну да, - спорить со мной не стали. – От Терийоки точно поспокойнее будет, оттуда поезд к побережью почти пустой идет.

– Нам лишь бы к пересадке не опоздать, а то уедут на Приморск без нас…

– Да не, не бойтесь, - усмехнулась та, махнув морщинистой ручкой, в которой каким-то чудом уже появился румяный пирожок. – Там даже паров разводить не станут, пока вот этот, столичный, к станции не подкатит. Насколько бы не опаздывал. Кого ж им тогда везти?.. Угощайтесь, с капусткой. Сама лепила.

Я сморгнула: пирожков волшебным образом оказалось уже два – по одному в каждой руке и протягивали их нам с Аней.

– Спа… Спасибо, - нашлась, наконец, я и с удовольствием куснула угощение, одновременно раздумывая, что переживал вчера Эльдар явно зря. Эта стыковка в Терийоке казалась ему самым слабым местом нашего плана, слишком уж мало на нее было времени, а оно вон как. Расписание, выходит, специально подогнали так, чтобы люди могли пересесть с поезда на поезд и спокойно ехать дальше.