Чтение онлайн

– Понятно, - подумав, я все-таки налила себе еще одну чашку чая и пододвинула поближе печенье – слушать это не мешало.

– Так вот, на месте его тогда шведы не прихлопнули, потому что надеялись провернуть все чисто. А потом, когда поняли, что прибора в сумке нет, доктора уже плотно взяли в оборот мы, и какое-то время к нему было просто не подобраться. Зато от сына способ избавиться нашли.

– Полагаешь, это они?

– Конечно. Без малейшего сомнения.

Подумав, я кивнула. Логично, не поспоришь.

– И только после похорон, когда следствие от доктора уже отстало, решив, что тот невиновен, некие интересные господа, подстерегли его и начали трясти на предмет прибора – где? Куда дел?

– Сколько времени уже прошло? – напряглась я. – Неделя? Или около того?

– Да, - Барятин понял меня совершенно правильно. – Погромы уже шли вовсю. И вообще, творилось черти что, особенно, в столице.

Я передернулась, вспомнив трупы на фонарях и в подворотнях. А тот продолжил:

– Вот доктор этой ситуацией и воспользовался, решив, что самое время и ему «умереть». Пришел к старому знакомцу в морг и попросил о помощи. Да еще и денег дал. Сказал, боится, что погромщики до него доберутся. Даже не соврал особо – с механиками-то он сотрудничал. А клинику, к примеру, где наша Анна Ильинична работала, действительно разгромили.

– И знакомец этот пошел навстречу, - я даже не спросила. Просто дала знать, что поняла.

– Да. Устроил подходящую подмену, тем более тел тогда хватало. Всяких. Вот одному из них, относительно похожему, документы Гольтынина и сунул, а тому передал те, что забрал у трупа. Под чужими бумагами доктор из столицы и уехал. На месяц примерно.

– А потом?

– А потом вернулся. Понял, что ему уже все равно – убьют или нет. Держаться за жизнь особо незачем. И просто въехал опять в бывшую квартиру, откуда давно сбежала прислуга. Про документы же свои у мертвеца, сказал полиции, что украли еще при покушении, вместе с саквояжем. В бумагах следствия его заявление нашлось, все честь по чести.

– Но шведам на глаза умудрился не попасться?

– Да. Те его уже похоронили и забыли. Даже в мыслях не было присматривать за его домом.

– Надо же, а герр Скутвальссон оказывается не вездесущ. А то я прям сомневаться в этом уже начала: куда ни ткнись – везде его след.

– Или его людей, - согласился Эльдар.

– И куда ты теперь с этим? – сменила я тему, кивнув на исписанные листы. – К Дробышеву в охранку? Правильно понимаю?

– Правильно. С этим и со списком из сейфа Скутвальссона. Надеюсь, он захочет меня не только выслушать, но и услышать. И понять, что ты здесь ни при чем. – Но тут же покачал головой, сокрушаясь в очередной раз: - Добавить бы сюда еще хоть несколько папок из тех, что я там видел – для большей весомости и убедительности. Ну да что уж…

Я отставила чашку и поднялась, молча шагнув к той консоли в углу, на которую Барятин пристроил мой саквояж:

– Вот таких? – вытащила и положила на стол перед ним две аккуратные, завязанные тесемками картонки со штампами и грифами охранного отделения. И с разборчивыми, хорошо читаемыми подписями от руки: Зарвицкий Андрей Федорович, Зарвицкий Роман Андреевич.

Глава тридцать пятая 3

Эльдар тоже молча поднялся, шагнул ближе и притянул меня к себе. Как будто надеясь спрятать в своих объятиях от всего света и предлагая там поплакать.

– Ли-иза… - тихонько выдохнул он, уткнувшись носом во все еще влажную после душа макушку. – Лиза…

– Это из тех бумаг, - чуть отстранилась я, решив пока погодить со слезами, - что по моей просьбе изъял и спрятал Аршанин. И если Дробышев вдруг спросит, почему они не указаны в описи из сейфа шведа, скажи, мол, как раз потому и прихватил, что их там не было. Самому тоже интересно стало. Или еще что-нибудь придумай – не мне тебя интригам учить. Когда у вас встреча?

– Уже через час, - сказал тот чуть виновато, отпуская меня. – Скоро нужно выходить, чтобы успеть.

– Что ж, - кивнула я, - значит, придется собираться быстро, а не тщательно. Надеюсь, Иван Антонович мне мою небрежность извинит.

– Куда собираться? – Эльдар снова притянул меня поближе, словно пряча в кольце собственных рук и одновременно избегая моего настойчивого взгляда.
– Зачем?

– На ваше рандеву, разумеется. Я тоже с тобой пойду.

– Даже разговора быть не может! – тон у Барятина изменился в корне, став не просто жестким, а словно металлическим. – Ни в коем случае!

– Еще как может! – И не подумала я испугаться. – Ты хотел, чтобы нас услышали, а не просто выслушали? Вот и идем вместе, так шансов на это гораздо больше. Одно дело выгораживать какую-то беглую преступницу, и совсем другое – выступать защитником добровольно явившейся дамы, просто попавшей в беду. Не спорь!

– Нет, это вы, Елизавета Андреевна, не спорьте! Сказал – ни за что! Не смейте лезть туда, где ничего не смыслите!

– А вы, ваша светлость, не смейте на меня орать! И не забывайте, что это прежде всего мое дело! Мое, понимаете? Вас вся эта ситуация задела, считай, по касательной, и то вы едва очухались, а по мне прошлась катком. Вот и подумайте, каково оно. Так что буду лезть. Буду! И не смейте лишать меня возможности отомстить! Даже думать об этом не смейте!

Я попыталась вырваться из его рук, но не дали. Барятин, почувствовав, что жестко настаивая, делает ситуацию лишь хуже, наоборот, прижал покрепче и резко сменил тон:

– Рано пока, - прошептал он очень спокойно, лишь еще раз выдохнув мне в макушку. – Не сегодня точно – сейчас это слишком непредсказуемо и опасно. Но я тебя услышал.

– И понял? – удержаться и не всхлипнуть мне удалось.

– Да. Понял. Но сначала я все-таки должен сам прощупать почву. Поэтому не сегодня. Хорошо?

– Хорошо, - подумав, согласилась я. – Пощупывай. А я пока высплюсь – и в самом деле, не лучшая идея общаться со слишком умными людьми после суток без сна и на нервах.

Эльдар молча кивнул, и я это почувствовала – очень уж близко мы стояли, а потом спросил о другом:

– Ты все-таки вывезла документы из тайника Аршанина?

– Да.

– В Ольховен? Решила, что он для этого достаточно тихий?

– Нет. На дачу, это тоже там недалеко. А Ольховен, кстати, сейчас вовсе не тих, там вся полиция взбудоражена – убийц ищут.

– Нашли тела? – подобрался Эльдар.

– Да. Но, говорят, зацепиться в расследовании не за что, улик ваша светлость не оставили.

– Знаю, - ответил тот совершенно серьезно. – А сведения у тебя, надо полагать, от Сергея Владимировича?

– Почти, - не стала я пока вдаваться в подробности, вернувшись к теме: - В общем, наши дачи сейчас в любом случае потише будут. Я потому и затеялась с этим возвращением в объезд, хотела убедиться, что с бумагами там порядок. Ну и забрать, конечно, кое-что.