Мертвые милашки не болтают
Шрифт:
Шофер провожал Герту, пока она не исчезла в ванной.
– Миленькая пташка. Вы верны себе, Харт, не так ли? Сперва красивая миссис Коттон, а теперь вот эта малышка. Какова она в постели, Харт? Как мед, а?
Харт действовал непроизвольно. Не обращая внимания на оружие, он изо всех сил ударил шофера в челюсть. Когда тот очутился на полу, он хотел врезать ему ногой, но второй мужчина, похожий на полицейского, ударил его револьвером и Харт тоже очутился на полу возле кровати.
– Тебе не нужно было этого говорить, - упрекнул шофера высокий мужчина.
– Как-никак, но она его жена. О таких вещах не спрашивают.
Шофер поднялся и угрожающе обратился к Харту.
– Ну что ж, скоро тебе будет очень весело. До сих пор я только исполнял поручения, но теперь у нас будут личные счеты.
Харт поднялся, провел рукой по рубашке и застегнул ее. Через все его лицо тянулась красная полоса, но он был чересчур возбужден, чтобы ощущать боль.
– Вы преследовали нас, начиная с Розарито. Вы находились в той машине, которая перегнала нас на холме.
– Все верно, - подтвердил шофер.
– Луи и я прибыли в Нью-Порт слишком поздно, чтобы помешать тебе все разнюхать на яхте. Но когда вы остановились в Туджуане, чтобы обвенчаться с миссис Нильсон, мы сумели вас догнать.
– Но что все это означает?
– возмутился Харт.
– В какую историю я попал?
Луи закурил сигарету.
– Долго рассказывать, сеньор.
– Очень долго, - подтвердил шофер.
Харт ожидал, что они все-таки начнут говорить, но оба противника замолчали. А он не собирался еще раз задавать им этот вопрос. Теперь, когда Диринг вышел из тени, возникла необходимость узнать, какая здесь велась игра, и как это касалось его самого.
Харт собрал одежду Герты со стула.
– Вы не возражаете, если я отнесу вещи жене?
Луи цинично ухмыльнулся.
– Если не хотите, чтобы полиция Энзенады арестовала ее за аморальное поведение, то сделайте это.
Герта стояла спиной к двери.
– Как ты себя чувствуешь, крошка?
– Ужасно... Чувствую себя больной и разбитой.
– Понимаю.
– Все было так хорошо, а теперь...
– она дотронулась пальчиками до его лица.
– Они избили тебя, да?
– От этого еще никто не умирал, - Харт подвел ее к стульчаку. Садись, я помогу тебе одеться.
Ему казалось, что он одевает безвольную куклу, но он справился с этим чувством.
– Я люблю тебя, Док, - прошептала она.
Он нежно поцеловал ее в губы.
– Я тоже люблю тебя.
В этот момент шофер начал отвратительно ругаться.
– Сейчас, одну минутку!
– закричал Харт.
– Что они с нами сделают, Док?
– Не знаю.
Окно в ванной было открыто. Харт посмотрел вниз: метров семь до земли. Для Герты слишком высоко. Затем он быстро осмотрел ванную в поисках оружия, но ничего не нашел, кроме чугунной пробки. Он быстро сунул ее в карман на всякий случай.
В ванной возник Луи.
– Выходите скорее! Время не ждет!
Герта прошла мимо него, высоко подняв голову. Шофер Диринга уже выложил на кровать содержимое куртки Харта, а также его бумажник.
– Надо же, из такого количества людей в Лос-Анжелесе в присяжные выбрали такого ублюдка!
– ворчал шофер.
– Вдобавок, потом он встретился с этой Коттон.
Луи пожал плечами. Он взял с кровати деньги Харта и сунул в карман.
– Ваше счастье, что мы вас нашли, ведь деньги у вас уже на исходе.
– Куда вы нас повезете?
– К мистеру Дирингу, - сообщил шофер.
– Он хочет поговорить с вами.
У Харта свалился груз с души. От Энзенады до Туджуаны было сто миль, от Туджуаны до Сан-Диего еще 25 и от Сан-Диего до Лос-Анжелеса еще почти 200. За время такого длительного путешествия всякое может случиться.
– Артиллерия у вас есть, - заметил Харт.
– А на чем мы поедем?
– На машине.
– На вашей или моей?
– На вашей, - буркнул шофер.
– Машину поведу я.
– Он сунул револьвер в карман куртки.
– Не вздумайте разыгрывать из себя героя. Мне не надо и секунды, чтобы добраться до револьвера, а стрелять я могу и через карман. Кроме того, с вами на заднем сидении будет сидеть Луи с пистолетом в руке.
– А по пути к машине?
– Что вы хотите этим сказать?
– Вы должны провести нас через холл. Что будет, если я скажу портье, что нас похищают и попрошу его уведомить полицию?
– Это ваше дело, - проворчал шофер и направил револьвер на Герту, не вынимая его из кармана.
– Но если вы это сделаете, то достанется ей.
– Он открыл дверь.
– Идите впереди, Харт, а ваша жена пойдет за вами.
Когда Харт начал спуск по лестнице, ноги его были словно из ваты. Портье все еще мусолил газету. Он радостно улыбнулся Харту и произнес:
– Сеньора, сеньоры...
Луи предупредительно поклонился.
– Сеньор...
С океана дул свежий бриз. Ночь бликовала и обещала быть прохладной.
– Вы с девушкой сядете со мной впереди, - приказал шофер.
Луна уже заходила, а уличных фонарей не было. Некоторое время они молча ехали по улице, а потом Харт резко произнес:
– Минутку! Ведь эта дорога не на Лос-Анжелес, насколько я понимаю, а к побережью!
– Совершенно верно, - подтвердил шофер.
– А дуло револьвера направлено вам в затылок, сеньор, - дружелюбно добавил Луи с заднего сидения.
Через несколько минут шофер остановил машину в пустынной части побережья. Харт посмотрел через стекло и увидел маленькие сходни, а рядом силуэт маленькой моторной лодки, привязанной к одному из столбиков.
– Приехали, - буркнул шофер.
Харт медленно вышел из машины и помог выйти Герте. Да, оказывать сопротивление необходимо было в отеле. Они не имели намерения отвезти его Дирингу. Их цель была лодка и открытое море. В двухстах футах он заметил огни какого-то отеля. Люди сидели в патио вокруг плавательного бассейна, разговаривали, пили и были милы друг к другу. А здесь лишь темнота, пустынный берег и море. Харт сделал неуверенный шаг вперед, сделав вид, что ему трудно передвигаться по мокрому песку, потом бросился на шофера и обхватил его руками.
– Беги!
– крикнул он Герте.
– Беги в полицию! Скорее!
В темноте позади себя он расслышал дыхание девушки, а затем раздался ее голосок, почти истерический и пронзительный от отчаяния:
– Не могу! Меня держит другой!
Противник Харта был сильнее его. Харт почувствовал, что хватка его слабеет. Скоро шофер вырвал правую руку из тисков Харта, вытащил револьвер и ударил Дока по голове.
– Я тебя предупреждал, чтобы ты не разыгрывал героя!
– тяжело дыша прохрипел шофер.
– Но если ты хочешь этого, то о'кей! Когда акулы объедят твой труп, то тебя не узнает даже родная мама!