Чтение онлайн

— Что сегодня для меня припасла?

— Зависит от того, как ты справился с тем, что я дала в прошлый раз?

Я начинаю идти, и он шагает рядом со мной.

Он не отвечает, и я решаюсь поднять на него взгляд. Он потерял дар речи.

— Ты что, краснеешь? — тихо смеюсь я.

— Ещё как краснею, женщина.

Возможно, стоит почаще делиться с ним романтическими книгами, если реакция такая.

— Ты прочитал её?

— Прочитал.

— И?

— И она... она горячая.

Я-то знаю, насколько она горячая, сама перечитывала раз десять. Погружаться в книгу — одно из моих любимых занятий.

Не скажу ему, но я всерьёз впечатлена. Я знаю, что он не из тех парней, кто любит читать, но, возможно, мне удалось его обратить.

Я протягиваю руку, и он возвращает мне книгу.

— Что дальше? — спрашиваю я, направляясь к другому стеллажу. — Как насчёт…

Его пальцы ловят мои и мягко притягивают меня обратно к себе.

— Как насчёт того, чтобы ты позволила мне пригласить тебя на свидание?

Эти глубокие, сложные карие глаза впиваются в мои, умоляя сказать «да».

Он всё ещё держит мою руку, делая шаг ближе, а его другая рука обвивается вокруг моей талии — и это ощущение на удивление приятно.

— Ретт, — шепчу я, приникая к нему. — Я тебе не пара.

— Почему бы тебе не позволить мне самому это решить?

Мы стоим в проходе между двумя стеллажами, скрытые от посторонних глаз, и кажется, будто мы здесь одни.

— Позволь мне пригласить тебя, Либ... пожалуйста?

— Хорошо, — выдыхаю я, наконец сдаваясь тому, чего, я знаю, хотим мы оба.

Его ответная улыбка ослепительна.

Его большой палец мягко движется вверх-вниз, лаская мой бок и заставляя меня трепетать.

— Когда?

— Я освобожусь через... — я поднимаю руку, чтобы посмотреть на часы, и его рука поднимается вместе с моей, — ... десять минут... Тебе подходит?

— Мне подходит, — быстро отвечает он.

Он держит меня в плену своих прекрасных глаз, и когда я думаю, что он попытается поцеловать меня, он поднимает наши сомкнутые руки выше и дарит самый нежный поцелуй моим костяшкам.

У меня подкашиваются ноги, а по спине бегут мурашки.

У меня серьёзные проблемы. Он уже ближе, чем кто-либо с тех пор... с тех времён, о которых я не хочу думать. Все они: он, Джинни... даже Калум — слишком близки.

Я так сильно привязалась к этим людям, что одна мысль о том, чтобы двигаться дальше и оставить их, заставляет меня рыдать.

Думаю, мне будет даже не хватать глупого огромного пса Кэла.

— Уже прошло десять минут? — спрашивает Ретт, и его волнение заразительно.

Я хихикаю.

— Не совсем. Как раз хватит времени, чтобы подобрать тебе ещё одну книгу.

Он усмехается. Мы находим для него ещё один роман, и после окончания моей смены он всё ещё ждёт меня там, где я его оставила, — прислонившись к стене у входа в библиотеку, читая только что взятую книгу.

И, Боже, он до умопомрачения сексуален с книгой в руках.

— Всё, готова.

Он поднимает глаза и, увидев меня перед собой, расплывается в улыбке.

Он всегда смотрит на меня так, будто я только что осветила всю комнату. Будто видит меня в самый первый раз.

Он убирает книгу в сумку и протягивает мне руку.

«Мы просто держимся за руки», внушаю я себе. «Маленькие дети держатся за руки».

Я вкладываю свою ладонь в его, и его длинные пальцы переплетаются с моими, прежде чем он тянет меня за собой.

— Пошли, мы опаздываем.

— Опаздываем? Я только что согласилась.

Он одаривает меня ухмылкой через плечо.

— Я очень долго ждал, чтобы ты сказала «да», Либ, так что, если думала, что у меня не припасено запасного варианта для свидания, то ты серьёзно ошибалась. Надеюсь, оно тебя не разочарует.

Я почти уверена, что ничто, связанное с этим человеком, не сможет даже приблизиться к разочарованию.

Но я не могу отделаться от мысли, что он может разочароваться, если узнает мою настоящую историю.

Ретт

Наконец-то это случилось.

Она сказала мне «да».

Её маленькая тёплая рука в моей заставляет сердце биться чаще, пока мы идём к моему грузовику.

— Потом я могу подбросить тебя до твоей машины. Нормально?

Её хватка на моей руке сжимается, а затем ослабевает.

— Я, э-э... вообще-то, у меня нет машины.

— Нет машины? Вообще?

Она качает головой.

— Я даже не умею водить.

— Почему?

Она пожимает плечами.

— Меня никто никогда не учил.

— А как ты добираешься до работы?

— Пешком или на велосипеде, — отвечает она застенчивым тоном, словно боясь, что я посчитаю это глупым.

Не знаю, что в ней такого, но эти крупицы информации кажутся частями гораздо большей головоломки. Такой, которую я отчаянно хочу собрать, чтобы увидеть готовую картину.

— Зато какая экономия на бензине! Мать-природа тебя точно любит.

Она хихикает, и настроение становится лучше.

Я открываю перед ней дверь, и она забирается внутрь, слегка прикусывая свою восхитительную нижнюю губу.

Я довожу нас до аркады, паркуюсь и поворачиваюсь к ней на сиденье.

— Может, это немного по-детски, но я всегда обожал аркадные игры... ты готова?

Она пожимает плечами, с любопытством оглядываясь.

— Я никогда на таких не была.

Я не знаю, откуда, чёрт возьми, взялась эта девушка, но тот факт, что она никогда не играла в кучу переоценённых детских игр с дешёвыми призами, — это ситуация, которую нужно исправить. Прямо сейчас.

— Что же, тогда я сейчас переверну твой мир.

Она ухмыляется, ловит себя на этом и пытается сдержаться, но безуспешно — я это вижу. Я вижу её.

Мне нужно поговорить с её родителями; похоже, они не дали ей некоторых самых простых детских впечатлений.

Её рука снова в моей, и она следует за мной внутрь, прежде чем я успеваю задать какие-либо назойливые вопросы, которые, я уверен, она не хочет, чтобы я задавал.

Если я и понял что-то о Либби за последние недели, так это то, что она умеет говорить так, при этом не говоря ничего существенного.