Море волнуется раз...
Шрифт:
— Ладно, — проговорила уже более миролюбиво тётя, — только помни, что ты за неё отвечаешь своей головой.
— Так точно, — приложив два пальца к голове, неспешно козырнул Андрей.
После того, как Олеся спустилась с крыльца, он не стал выпускать её ладонь, несмотря на прожигающий его спину взгляд, переплел её пальцы со своими, и они вместе зашагали к машине.
— Почему именно к одиннадцати? У меня как будто комендантский час, хотя я не помню, чтобы в чём-то провинилась, — иронизировала Олеся, когда они уже ехали в машине.
Андрей незаметно втягивал воздух, ощущая ее крышесносный цветочный парфюм. Ну, точно, цветочная фея, невольно улыбнулся он своим мыслям.
— Я просто хотел произвести хорошее впечатление на твою тетю, — ненадолго повернулся к ней Андрей. — А не то, она бы не отпустила тебя со мной на следующее свидание.
Олеся слегка повернулась к нему, провела рукой по каштановым волосам.
— У нас будет ещё одно свидание? Довольно самоуверенно звучит, — подколола она.
— Да, всего будет пять свиданий, — утвердительно кивнул Андрей.
— Ладно, пропустим ту часть, где ты очень уверен в себе. Почему именно пять?
— Все объясню, но позже. Мы почти приехали, — сказал Андрей, заруливая на парковку.
— Эй, так не честно, — выдохнула Олеся в ответ.
— Ну, вот видишь, я тебя уже заинтриговал, а вечер ещё даже не начался. Я уже говорил, что неотразим и передо мной сложно устоять? — отшутился он, довольно улыбаясь, затем заглушил мотор и добавил уже более серьёзно: — Пойдем, надеюсь, место тебе понравится.
“Таверна” — гласила вывеска ресторана, большие мигающие буквы облепили всевозможные морские существа: осьминоги, рыбки, рачки. Андрей заметил, как Олеся обвела взглядом большие панорамные окна и мультяшные декорации. Вход в ресторан был представлен как палуба корабля, а на двери висел корабельный якорь.
— Здесь довольно мило, — прокомментировала она, ныряя в открытую для неё Андреем дверь.
Внутри тоже было много декораций по морской тематике, взять хотя бы огромную люстру под потолком в виде осьминога, щупальца которого тянулись во все стороны и были увешаны крошечными лампочками, меняющими оттенок света. По помещению разносились ароматы кухни, а из динамиков лилась ненавязчивая весёлая попса.
Андрей аккуратно прикоснулся к её спине ладонью, направляя к зарезервированному столику. Они разместились друг напротив друга на мягких креслах, из панорамного окна сбоку открывался вид на оживлённую пешеходную улицу с множеством магазинов и кафе, чуть поодаль виднелась набережная.
— Кстати, забыла сказать, у меня аллергия на морепродукты, — произнесла Олеся, внимательно посмотрев на Андрея.
У него в голове сразу построилась карта с локациями, куда бы они могли внезапно переместиться, с учётом того, что он привёл её в ресторан, славящийся морепродуктами, как болван, не спросив про аллергию на них.
— Я пошутила, — прыснула и рассмеялась Олеся, — видел бы ты сейчас своё лицо.
— Что за шутки? — с облегчением выдохнул Андрей, проведя рукой по волосам, но немного переняв её веселье, он следом улыбнулся. — Я уже мысленно подбирал другое место, но ничего, моя месть будет страшна.
— Предупреждаешь об опасности и подводных камнях? — изогнула бровь Олеся.
— Я прямо об этом говорю, ничего не скрывая. Я знаю всё о таких цветочных феях как ты, я тебя раскусил.
— Да? И откуда же?
— Из Миланкиных мультиков, конечно же.
Олеся только рассмеялась на его шутливые выпады, от звука её смеха у него в очередной раз защекотало где-то под рёбрами.
— Я немного переживаю, что не понравлюсь твоей дочери, она довольно серьёзный ребёнок.
— Если ты дашь ей накрасить свои ногти и позаплетать тебе косы — она полностью твоя. В этом возрасте пока легко угодить её интересам. Плюс, я перескажу тебе все серии про фей, что мы посмотрели за выходные.
— Ты должен признаться, — Олеся убрала за ухо каштановые пряди, — дочка и тебе красит ногти, да? — В глазах Олеси горели озорные огоньки.
— Конечно, я только утром оттер всю эту красоту, — невозмутимо ответил Андрей, поиграв пальцами.
В этот момент к их столику подошла официантка, судя по сдерживаемой улыбке, она слышала последнюю часть их разговора. Она предложила им меню и рассказала про блюдо дня — пасту с креветками. Олеся согласилась её попробовать, а себе он взял микс из запеченных овощей и морепродуктов.
— Так что насчёт пяти свиданий? — напомнила Олеся, после того, как официантка принесла им блюда и удалилась.
— Ну, нет, так будет неинтересно — сразу раскрыть все карты, я расскажу свой план только к концу вечера, — прогудел Андрей.
Олеся только молча и укоризненно посмотрела в ответ.
Андрей прошёлся взглядом по её облегающему платью, ярким браслетам на запястьях, играющим в такт каждому ее движению, проследил, как она делает глоток из прозрачного бокала и завис на её губах.
— Что-то не так? — мягко спросила Олеся, очевидно, намекая на то, как он, не скрываясь, пялится на неё.
— Я соскучился, — выдал откровенность Андрей, не отводя взгляда от того, как она обхватывает губами вилку с нанизанной пастой.
От такого ответа её щеки мило порозовели.
— Ты меня немного смутил.
— Я же говорил, я разучился ухаживать за девушками. Последний раз делал это десяток лет назад, ещё в студенчестве. Но тогда, конечно, всё было немного по-другому.
— Получается последний раз ты ухаживал за своей женой? Даже не верится.
— Если не считать, школьной подружки, и пару непродолжительных встреч на первых курсах, то Таня была единственной женщиной, за которой я ухаживал. Я далеко не Казанова, — продолжил Андрей.
После небольшой паузы Олеся подняла на него свой внимательный взгляд.
— В том числе, из-за этого тебе было сложно принять решение о разводе?
— Я уже говорил, дело в моём отношении к семейной жизни, в моем отце, ушедшем в другую семью, или, скорее, во мне самом. Я не хотел быть таким же, как он. Но корона превосходства уже упала с моей головы. Оказалось, я ничем не лучше него. Это не из-за того, что у меня остались чувства к бывшей жене, поверь.
— Ладно, наверное, зря я завела этот разговор, просто ты переехал сюда следом за женой и дочкой, и выглядит это так, будто… — она осеклась, подбирая слова.
— Как будто я преследую их, как настоящий маньяк? — попытался договорить за неё Андрей.
— Нет, так, будто ты хочешь их вернуть, может, подсознательно, — продолжила Олеся, старательно наматывая пасту на вилку.
— Нет, я не ищу примирения с женой. С дочкой я хотел бы чаще видеться, не привык, что она со мной больше не живёт. Скорее всего, я продолжаю быть тем же эгоистом, каким и был всегда, и не принял то, что приходится возвращаться в пустую квартиру. Я не хочу говорить банальные вещи, но всё теряет смысл, когда просыпаешься и засыпаешь в одиночестве.