Море волнуется раз...
Шрифт:
— Да, теть, всё в порядке, все очень устали, долго пробыли в травмпункте. Андрею наложили гипс, хотела сегодня помочь ему. Завтра он отвезет меня.
— Лисенок, ты взрослая, и решать тебе. Но ты уверена, что всё хорошо? Никто не может заставить тебя остаться, если ты не хочешь, — продолжила тётя.
— Все хорошо, правда. Я хочу остаться, — в этот момент Олеся невольно подняла взгляд на Андрея, в его глазах на мгновение вспыхнули огоньки, а губы тронула едва заметная улыбка. — Я приеду завтра. Обнимаю. Пока.
— Тебе правда нужна помощь с уколами, или ты это придумал для убедительности? — спросила Олеся, ещё не до конца осознавая, что действительно решила остаться на ночь.
— Осталось ещё отправить фото, — не дал развить эту тему Андрей, снова взяв телефон из рук Олеси, сел на диван рядом с дочерью. — Селфи, малыш.
Андрей растянул губы в улыбке и, вытянув руку, сделал снимок, в кадр попали они с дочкой и стоящая рядом Олеся. Затем вернул мобильный владелице. Олеся посмотрела на странное совместное фото, но отложила все размышления на потом и просто нажала отправить.
— Так что у тебя с рукой, пап? — спросила Милана, расправляясь с остатками печенья.
— Понимаешь, Милан, у суперменов бывают сложные миссии, не всегда… знаешь, не всегда всё удачно складывается, спасать мир очень не просто, — убедительно сочинял Андрей, обнимая дочь.
— А мама сказала, что ты опять вляпался в какую-то передрягу, — невозмутимо отвечала Милана.
Олеся ожидала, что его дочь купится на бредни про супермена, как она сама купилась на объяснение, что он упал. Но оказалось, что пятилетняя девочка гораздо смышленее, чем двадцатишестилетняя.
Андрей только рассмеялся на заявление дочери.
— Мама просто переживает из-за моих секретных миссий. Большие способности — большая ответственность.
Андрей перехватил внимательный взгляд Олеси, выведя её тем самым из кратковременного ступора.
Сделав пару шагов, она расположилась на диване на некотором расстоянии от Андрея с Миланой.
— Пойду в душ и переоденусь, а то я со смены,
досматривайте серию, я быстро, — произнёс Андрей, вставая с места и целуя дочь в висок.
Олеся осталась наедине с его дочкой у телевизора. Милана иногда вставляла комментарии, поясняя Олесе происходящее на экране. Щебетала, что у неё есть такая же кукла-фея, как в мультике. Неловкость и напряжение стали постепенно растворяться. Может быть, Олеся просто сильно устала за вечер, но она почувствовала, что наконец-то сжатая пружина внутри неё стала медленно раскручиваться.
Андрей вернулся буквально через пять минут, одетый в майку и домашние хлопковые штаны. С его темно-русых волос еще стекали капли воды. Видимо, он спешил. Как он только смог так быстро помыться и переодеться с загипсованной одной рукой. Наверное, здесь-то ему и пришлось приложить все свои суперспособности, подумала про себя Олеся.
— Милан, сейчас твоя очередь чистить зубы, уже давно пора спать, — произнёс Андрей.
Милана, недовольно вздохнув, отправилась чистить зубы перед сном, сетуя на несправедливость раннего детского укладывания. Хотя время уже перевалило за одиннадцать.
Андрей тем временем открыл сбоку шкаф и вытащил оттуда чистое полотенце и хлопковую футболку с шортами:
— А это тебе, Олесь, чтобы переодеться. Не уверен, насколько подойдёт.
— Да, всё отлично, спасибо, не беспокойся, — Олеся взяла стопку вещей, которую Андрей положил на подлокотник дивана рядом с ней.
Андрей скользнул по Олесе взглядом и ушёл следом за дочкой, из ванной стали доноситься их смех и разговоры. Олеся подумала, что все-таки Андрей очень хорошо ладит с дочерью. Ей сложно было представить, каким будет вечер, когда в доме есть ребёнок, но всё оказалось на удивление как-то уютно и просто.
Через некоторое время она услышала голос Андрея:
— Милан, забирайся в постель, я скоро приду.
Милана прошлепала мимо Олеси в свою комнату готовиться ко сну. Андрей в это время был в коридоре, откуда раздавались какие-то шорохи.
Олеся подумала, что пока Андрей будет укладывать дочку спать, она примет душ и переоденется. Ей хотелось поскорее смыть с себя усталость этого дня.
Олеся не успела закрыть за собой дверь ванной, как раздался голос Андрея.
— Вот твоя зубная щетка. — Он зашел следом за ней и положил новую упаковку на полочку.
И без того маленькое пространство ванной комнаты закончилось окончательно.
Олеся в непривычно ярком свете, отражающемся от светлого кафеля, непроизвольно рассматривала черты Андрея, будто она впервые видела его так близко.
Андрей развернулся к ней, оставив позади себя раковину с зеркалом, Олеся в ответ отступила назад, пытаясь освободить ему немного места, но спиной уперлась в стиральную машинку.
— Ты всегда держишь дома запасную зубную щетку? Это для женщин, которые ночуют у тебя? — спросила она, будто невзначай, не переставая рассматривать его жилистые руки и плечи, на которые открывался отличный вид из-за того, что он был в майке.
Её взгляд пропутешествовал к шее, и его кадык дернулся вверх и вниз. На подбородке и скулах виднелась тёмная щетина, так как он не брился пару дней, и ему это очень шло, особенно в сочетании с витыми прядками ещё влажных русых волос.
— Я только сегодня купил её в аптеке, когда заходил за лекарствами, — спокойно ответил Андрей, блуждая по ней взглядом, видимо, его тоже тянуло рассматривать ее, стоящую так близко. — И, поверь, ни один мужчина не будет заботиться о зубной щетке для случайной женщины. Ты единственная, кто будет здесь ночевать, с тех пор как я переехал сюда.
Его слова попали в цель, и сердцебиение Олеси начало ускоряться. Получается, он планировал пригласить ее остаться сегодня, это предложение не было спонтанным. Наверное, из-за того, что их свидание сорвалось. Но, честно говоря, ее устраивало, как всё получилось. Ей хотелось просто побыть с ним рядом, пусть даже они будут всего лишь пить чай на его кухне.
— Тебя, наверное, уже Милана ждёт, — выдохнула Олеся, не в силах оторвать взгляд от капель, стекающих по шее на его ключицы. — Она протянула руку и легко коснулась пальцами тёплой кожи, стирая капли, затем провела ладонью вниз по твёрдому торсу, покрытому тонкой тканью майки.
— У нас есть пара минут, — немного хриплым голосом прогудел Андрей, опустив взгляд на её губы.
Воздух в небольшом помещении стал густым, и, казалось, наэлектризовался. Олеся глубоко вдохнула свежий запах его геля для душа, отчего восприятие обострилось, сердце начало еще больше ускорять ритм и колотиться в рёбра. Смесь из накопленных за день эмоций грозила выплеснуться в едином порыве. Ей захотелось притянуть его к себе, запустить руки в волосы, обнять, впитывая тепло его тела, ощущать его кожу под своими пальцами. В солнечном сплетении возникло чувство, будто она начинает падать с высоты, одновременно с этим внизу живота стала разливаться приятная тяжесть.