Чтение онлайн

Марат

Я смотрел на снимок и не мог поверить глазам. На нем Полина такая… такая… счастливая. Какая-то незамутненная отчаянная детская радость в распахнутых глазах и диком крики, который умудрился запечатлеть фотограф. Я давно ее такой не видел. Мог бы решить, что это фото из юности, если бы не узнавал ее сегодняшнюю: красивую, спелую женщину. Мою женщину. И ее держал за руку мужчина. В этом сомнения не было. Что же, я долго терпел, но моя крыша не прибита гвоздями, поэтому, блядь, ее уносит смерчем лютой ревности.

— Ты мне изменяешь? — двинулся на нее. Полина на мгновение вжалась в стену, но всего на миг, затем расправила плечи и смело взглянула мне прямо в глаза. Я видел в них ответ, но ярость подбрасывала теории и выводы. Вот почему прощать не хочет! Из-за какого-то мужика готова семью бросить! Разводится со мной из-за чужого хуя!

— Изменял в нашей семье только ты, — холодно ответила.

— Не цепляйся к словам. Ты до сих пор моя жена! Даже взгляд в сторону — это расстрел, Полина. Я твой муж.

— Ты объелся груш, Марат, — жестко отбрила. Я обхватил ее голову и надавил. Что у нее там? Кто у нее там? А где еще? В сердце? В трусиках? Где?!

— Кто он? Отвечай!

— Мне больно. Пусти! — сама не шелохнулась даже.

— Спишь с ним? — отпустил ее голову и обхватил за талию. — Куда давала? — зло запустил руку между стройных ног. — Сюда? — агрессивно сдавил промежность. — М?

— Сюда! — яростно выдохнула и умудрилась лягнуть меня прямо по яйцам.

— Бля… — я схватился за пах, задыхаясь от яркой болевой вспышки.

— Пошел вон! — зло бросила Полина, отскакивая от меня. — Я думала, ты способен на нормальный диалог. На нормальные отношения. Но нет! Ты — сумасшедший ревнивец!

— А как реагировать, если…

— Если что?! Ты мне больше не муж! Даже если я решу завести любовника, то тебя это больше не касается! — кричала она. — Ты потерял на меня права, когда…

Щелкнул замок, и Полина замолчала, судорожно хватая ртом воздух. Дети вернулись.

— Уходи. Я не могу сейчас… Нормально не могу… Уйди…

Я с трудом сглотнул вязкий противный комок злости. Она не ушла, только затаилась на дне. Я тоже сейчас с ней не мог. Если Полина… То я тогда не знаю…

— Папа, привет! — Ильдар бросил рюкзак и дал мне пять. Лиана следом зашла. Я подал ей руку, и она ударила с едва заметной улыбкой. Дочка потихоньку оттаивала. За это я должен спасибо жене сказать: если бы хотела настроить против меня Лиану, то с легкостью сделала бы. Но сейчас меня трясло от одного взгляда на Полину. Ярость вспенила кровь и разгоняла по венам. Мозг вскипел, а в перед глазами жена с другим. Она и кто-то… Кто?

— Здравствуйте, Таисия Валерьевна, — поздоровался с няней. Полина отвернулась, демонстрируя нарочитую занятость.

— Руки мойте и переодевайтесь, — велела через плечо, — ужинать будем.

— Я ухожу, — догнал детей в коридоре. — Нужно срочно уехать. Может… — замялся, — в пятницу вечером погуляем и на ночь у нас дома останемся? — предложил им. Не уверен, что завтра Полина будет готова видеть меня здесь. Не уверен, что сам готов увидеть ее такую… Чужую…

Я приехал домой. В голове ни одной мысли, кроме назойливый и мерзких. Моя жена была с другим мужчиной. Возможно, еще не спала с ним, но была: улыбалась, держалась за руки, целовалась. Полина непросто ускользала от меня. Она убегала! Так убегала, что я больше не уверен, что хочу ее догонять. Никогда не думал, что придет это время… Она, самая родная и любимая. Та, что ближе отца с матерью. Мама моих бандитов. Нежели станет для меня чужой и грязной? Не шлюхой, нет. Это другое. Просто женщина больше не королева. Я испытывал от этого буквально физическую боль. Тяжело и страшно терять идеалы.

Принял душ и упал лицом в подушку, едва вытершись полотенцем. Спал тревожно и урывками, просыпался в холодном поту, а потом вырубило, и мне приснился сон. Там была Полина…

Она смеялась, соблазняла улыбкой, манила за собой, взглядом обещала блаженство. В светлых глазах вызов, волосы трепал ветер, легкий шелк обтекал ладную фигуру. Крутой изгиб бедер, упругая грудь с острыми сосками, плоский животик и лобок с белой полоской и розовыми складками. Я буквально захлебывался тянущим острым возбуждением: хотел догнать, обнять, прижать. Войти в нее и дать нам обоим заветное облегчение. Она тоже хотела. Полина рвано дышала, кусала губы, щеки горели алым. Я почти догнал ее, но… Она ушла с другим, крепко обхватив мужскую руку, а я… Просто проснулся.

Огляделся с неверием: простыни скомканы, тело знобит, мокрый и потный, член буквально пробивал боксеры. Еще чуть-чуть, и я бы кончил в трусы. У меня поллюции не было уже много-много лет!

Я поднялся, сорвал телефон с зарядки и отправился в ванную. Мне нужно сбросить напряжение. Выдрочить дурман из головы. Мое отражение смотрело красными глазами и хищно трепещущими ноздрями. Я пытался вспомнить запах женщины из сна. Аромат спелой, текущей Полины. В этом доме каждая вещи с ней связана, но это бесплотное воплощение, а я хотел, чтобы снова щекотало нос: медовое, остро-сладкое возбуждение. Ее возбуждение. Она внизу пахла пряной ягодой. Я буквально воскресил в памяти вкусы, запахи, пошлые шляпки и порочные стоны. Достал ствол и сжал рвущуюся от натуги головку. Я хочу ее трахнуть. Польку хочу. Кончать на нее и в нее хочу. Со мной творился лютый пиздец.

— Что? — Полина сонная ответила на мой звонок в четыре часа утра. — Все нормально? — я пожирал ее взглядом, непричесанную, заспанную, без косметики. Я люблю ее. Любую. Я ревную ее. Любую. Я могу убить ее. Любую. Лучше бы я мог ее разлюбить. Безопаснее для нас обоих.

— Сука ты, Полька. Зараза. Заноза. — рвано дышал в телефон. Полина сбросила звонок. Мне хватило пары фрикций, и я кончил в кулак. Вот такой вот у нас теперь секс.

Следующий день для меня был какой-то абсолютно странный: я ложился спать с чувством обиды и большой потери, а проснулся со сломанной многолетней уверенностью, что моя жена должна быть идеальной по моим параметрам. Она не стала чужой и грязной. Она нужна мне любая. Меня рвало от осознания и ревности, но больше не накрывало неизбежностью внутреннего обесценивания Полины. Она какая-то все равно королева. Вот королева и все! А кто ее король? Неужели запала на кого-то? Или я накрутил, поэтому с утра пришло похмелье от собственной ничем не подкрепленной мнительности?

Стук в дверь отвлек от хаотично сменяющих друг друга мыслей. И каждая о жене.

— Марат Адамович, к вам клиентка, — заглянула в кабинет Милана. — Без записи. Примите?

Я посмотрел на часы — пятнадцать минут есть, но есть ли смысл? Я не каждого берусь защищать или консультировать, только либо денежные дела, либо интересные с профессиональной точки зрения.

— Кто такая?

— Некая Наталья Алексеевна Юдина. Она просит о встречи. Очень тревожная.

Я нахмурился. У меня встреча с Юдиным на вечер назначена. Какой-то бизнесмен. Что-то среднее у него, но мои услуги оплатить вполне в состоянии.

— Пусть проходит.

Я поднялся навстречу женщине лет тридцати пяти. Сходу оценивал, что ее могло привести ко мне. Если она не полная тезка жены Юдина, то, видимо, нас ждали семейные проблемы. Ее муж дал очень скупаю информацию, хотел лично переговорить со мной. Дело деликатное.

— Добрый день, — протянул руку, — присаживайтесь.

— Спасибо, — она явно чувствовала себя не в своей тарелке. Выглядела хорошо, одета прилично и украшения не бижутерия и стекло, но нервозная и испуганная.