Чтение онлайн

— Женя, у нас… — он осекся не продолжив. Очевидно, готовое слететь с языка, было не для ушей водителя.

Я сижу не проронив ни слова, никак не реагируя на его присутствие…

— Доберешься, позвони, — в его голосе проскользнули нотки нервозности и обиды. Почему бы ему иногда не вставлять в свою речь это важное слово: "пожалуйста"?!

Он легко хлопнул дверцей машины и я едва не прикрыла уши ладонями, настолько этот звук неадекватно повлиял на ту неразбериху, что творилась в моей душе. Звук — хлопок, как жирная точка, которую поставили в конце так и не начавшихся отношений. Меня тянуло вернуться обратно, когда авто сделало несколько оборотов шинами, что бы все прояснить, вытрясти из него ответы, унять уныние и растерянность внутри, но я лишь сильнее вжалась в спинку кресла.

Ведь некоторые слова могли сделать еще больнее.

Не хочу клеймить, — называя ужасной ошибкой то, что произошло, ведь теперь это часть моей жизни. И признаюсь, час назад, Макс позволил мне почувствовать себя настолько нужной, ценной и желанной, что я давилась бы от восторга, если бы могла ответить на кучу вопросов: Как я позволила этому случится? И что дальше? Еще там, в полумраке гостиной, я ждала от Макса тех слов, что так необходимо слышать любой девушке после произошедшего: о чувствах, которые испытывает. А он будто умышленно держал меня в неведенье, подвергая той самой пытке, которая так чудовищно воздействует на меня.

Как бы я не привыкла к тому, что все в моей жизни не предано ясности, эта расплывчатость, не идет ни в какое сравнение..

Вопросов, что душили меня, задавать не спешила, — мстила самой себе: запомни, Снежная, эти мучения, проглоти горькую пилюлю под названием опыт, примерь терновый веночек… Таким варварским образом, я убивала внутри себя все изжившее, и в первую очередь, — наивность.

Теперь и ты, Женечка, знакома с точкой не возврата.

Давлю горькую усмешку.

Изумляюсь тому, с какой легкостью я изменила своим приоритетам, с каким забвением пошла на этот, казалось бы невозможный шаг. Что со мной?

Влияние Макса на меня оказалось так велико, что оставалось только удивленно развести руками. Теперь, когда пелена страсти и непонятных чувств спала, я начинаю понимать, как виртуозно разыграна им эта партия. Продумана до мелочей: его уютный дом, мягкий вкус латте, приглушенный свет в большой гостиной, рояль, звуки волнующей мелодии- обязательно грустной, слова, которым хочется верить, поцелуи, которые плавят мозг…" Кто, если не я?"

Ну, по крайней мере, я оценила все эти напряги, даря заслуженный приз победителю прямо на полу.

"О-хо-хох, девочка моя, ты так никогда и не научишься играть в шахматы, твоя судьба всегда оставаться пешкой, в партиях, что играют другие."

Желая вырваться из капкана я угодила еще глубже.

На пол пути меня неожиданно "отпустило". Это сказалось накатившей нервной дрожью во всем теле и подступившей тошнотой. Я торопливо зарылась носом в шарф, тяжело дышала, но этого оказалось мало… Вырвалась из машины, не доехав всего квартал до дома. Меня вырвало прямо в сугроб..

Ощущать себя чьей-то, стало невыносимо, но меня словно цепями приковало к тому, что произошло в доме Вронского. Не вырваться. Мысли, блуждая, вырисовали красочные картинки: Макс надо мной, Макс во мне, его нежный шепот, подогревающие кровь поцелуи, движения, которые заставляют выгибаться… Стоп! Стоп! Стоп! Лихорадочно заедаю отчаянье снегом, вытирая холодной, мокрой перчаткой слезы, которые обжигают щеки. Стойкий мороз, в сумраке позднего вечера, был необычайно жгуч, но я не замечала…

Несколько раз заглядывала в сотовый, в поисках номера Макса, что бы не сдерживая рыданий. послать его ко всем чертям, обвинить в предательстве, задать кучу дурацких вопросов! О, как же мне хотелось, что бы он прочувствовал хоть каплю тех чувств, что сейчас испытывала я. Что бы ответил: зачем все так далеко зашло? и что дальше? Но стойкая мысль, что доля вины в произошедшем есть и моя, отрезвляла. Я до отчаянья боялась услышать подтверждение своих выводов: не будь я такой наивной дурой, откажи, и этого никогда бы между нами не произошло.

Надо шагать вперед. надо идти дальше..

Машина брата стоит у дома. Удивительно, пол одиннадцатого, а Никита еще не разу не позвонил. Нехорошие предчувствия тронули меня, отвлекая от стойких мыслей, в которых все это время фигурировал только Макс, и я, сунув в рот две мятные подушечки "орбит", торопливо вбежала в подъезд.

Недоверчиво оглядела незнакомого мужчину ожидавшего лифт и помня о технике безопасности, шагнула к лестнице, обдумывая, что совру брату, и как именно буду держаться, чтобы он ничего не заподозрил.

Оставался один пролет, когда до моего слуха донеслось что то невнятное. Кто — то разъяренно гаркнул и я остановилась, прислушиваясь к стенаниям какой-то женщины. Речь была настолько сбивчива, что ни слова не разобрать. Голоса неслись с той площадки, где находилась моя квартира. Я уже было повернула назад, что бы убраться от греха подальше, как расслышала голос Никиты. И тут же рванула наверх.

В холодном помещении он стоял без майки, словно что-то заставило его покинуть квартиру второпях. Лицо его было перекошено злобой, он орал на женщину в черном пальто, что стояла перед ним. Другая, чуть помоложе, находилась между ними, и вызывающе смотрела на моего брата. Не замечая меня, Никита обратился именно к той, что стояла ближе, тыча пальцем в крашенную блондинку..

— Скажите ей заткнуться, я все равно ни хрена не понимаю!

"— Theo, my boy.. I will not leave Russia without you. You can hate me, you can avoid me, but I want to see my son at least sometimes // Тео, мой мальчик… Я не покину Россию без тебя. Ты можешь ненавидеть меня, ты можешь избегать меня, но я хочу видеть своего сына хоть иногда/- щебетала иностранка, прижимая руки к груди..-Please, listen to me/ пожалуйста, послушай меня/

— Я же просил, не называть меня ЭТИМ ИМЕНЕМ!

— Так нельзя, вы должны хоть как то объясниться. Леди Митчелл слишком многим пожертвовала разыскивая Вас...

" — It's my mistake that you grew far from me. But I want to have a chance for forgiveness/ это моя ошибка, что ты рос далеко от меня. Но я хочу иметь шанс на прощение/ — тараторила женщина, ни слушая ни переводчицу-куратора, а это очевидно была именно она, мне знаком этот голос из телефонного разговора, ни брата, который судя по лицу, готов был сорваться.

— Я никому ничего не должен, — орал Никита, — тем более ей!

— Как же вы можете быть таким бессердечным?

— I can explain my action. Just give me one chance. Only one./Я могу объяснить свой поступок. Просто дай мне один шанс. Только один./

— Вас обеих не должно касаться в каком месте мое сердце!

Ник рванулся к американке. Его лицо выражало растерянность, злобу и неприятие, и мне стало его невыносимо жаль..

— Fuck off from me! Get out! / Отвяжись от меня! Проваливай!/- Ему было сложно объясняться на этом языке, но очевидно, очень хотелось быть наконец-то услышанным. — Какого хрена вы приперлись сюда? Вам известно, что такое частная территория? There is a private area! — повторил он.