Чтение онлайн

— Ты уселась на него при первой возможности и нагло лапала. И не постеснялась ведь приличного общества! А теперь вешаешь мне лапшу на уши, утверждая, что он видите ли не в твоем вкусе!? ТАК!?

Им не нужны оправдания. Это совершенно очевидно. Хищницы наслаждаются моей беспомощностью и своим превосходством, показывая жалкой деревенщине её место.

Безжалостные богачки продолжают подпирать со всех сторон. И слева, и справа, и спереди. Позади — стена. Не сбежать.

— Хитрая маленькая лживая дрянь! — гневно проговаривает еще одна девушка.

Она болезненно впивается пальцами в мои мокрые волосы и тянет за них. От резкой простреливающей боли я вскрикиваю, но девушка не прекращает издевательство. Напротив, делает это еще с большим энтузиазмом и ведет меня, как овцу на заклание, в каком-то неизвестном направлении, наслаждаясь моими стонами и попытками высвободиться.

Я чувствую себя безвольным бесхребетным существом. Паника накатывает неожиданно, становится ужасно страшно, ведь девушки вряд ли остановятся. У них нет никаких моральных принципов, нет жалости к другим, готовы уничтожить любого, стоящего на их пути. Таким образом, меня, полусогнутую и униженную, девушки выталкивают из раздевалки в спортивный зал, где, наконец, отпускают. Но угрозы на этом не заканчиваются:

— Переночуешь здесь! — приказывает снова самая высокая девушка. — Предупреждаю: еще раз увижу тебя возле него и подкорректирую твое стремное личико еще сильнее, чтобы даже уголовник, несколько лет не видевший женщины, не взглянул на тебя! Поняла!?

А всё происходящее далее напрочь отнимает способность думать…Завершающим аккордом выводит из строя резкая унизительная пощечина. Я ничего не слышу и ни о чем не думаю. Просто нахожусь в шоке, чувствуя, как сильно горит пострадавшая щека. Сердцебиение учащается, я нервно дышу. В ушах звенит, кровь в венах бурно закипает. От шока несколько секунд не могу прийти в себя, чтобы оценить случившееся. Боль…унижение…грязь сжирают меня. Чувствую себя грязной и опустошенной.

Не знаю, сколько так простояла, довольно длительное время. От унизительной пощечины до сих пор чувствую жар и неприятные ощущения. Медленно преодолевая боль, я начинаю приходить в себя. Насильно заставляю тело расслабиться, хотя его по-прежнему трясет из-за полученного стресса.

И только в этот момент я понимаю, что в помещении спортзала нахожусь одна, девушки ушли, что не может не радовать! На подгибающихся ногах я медленно добираюсь до двери, ведущей в раздевалку, с намерением одеться, пока окончательно не замёрзла. Дергаю за ручку, но что-то тут не то… она не поддается. Не может быть!? Паника возвращается с удвоенной силой особенно в тот миг, когда в памяти всплывают последние угрозы девушек:

«Переночуешь здесь»!

Они этого хотели? Оставить меня голой в спортивном зале университета? Женская зависть и жестокость просто не знают границ!

Я с ужасом вспоминаю, что сумка с одеждой, телефоном, и тетрадями осталась в раздевалке. Теперь я босиком, лишь в одном жалком полотенчике по середине зала. Нервно дыша, быстро-быстро, насколько возможно, на болезненных ногах бросаюсь к входной двери из самого спортивного зала. Сердце подпрыгивает в груди, а я дрожащими пальцами тянусь к ручке двери. Осторожно нажимаю на нее…

Еще и еще раз пробую открыть, нервно дергая дверь, но попытки тщетны. Заперта. Я. Заперта.

Страх накатывает, рождает тяжелые мысли, которые хаотично проносятся в голове. Пытаюсь понять происходящее со мной и решить, как поступить в этой отвратительно-щекотливой ситуации.

Не потеряв надежды выбраться из замкнутого пространства спортивного зала, я продолжительное время неистово колочу по деревянной двери кулаками, ладонями — всем чем могу. Из последних сил кричу, чтобы по ту сторону кто-нибудь услышал и пришел на помощь. Сейчас самый разгар учебного дня, все преподаватели на месте, студенты — тоже. Вопрос времени, когда кто-нибудь спустится вниз и обнаружит запертую дверь.

Надеюсь, я правильно рассуждаю? И не важно, что это место находится на цокольном этаже и в теплое время года его больше используют в качестве подсобки, предназначенной для хранения инвентаря. По расписанию у нашей группы еще две пары, кто-нибудь должен меня хватиться!

Хотя… зачем я себя обманываю. Вряд ли кто-то обратит внимание на отсутствие некой Царевой. Вскоре, смирившись с собственными неутешительными выводами о безвыходности ситуации в которую попала, я убираю отбитые горящие ладони от двери и прохожу в глубину зала. Ни одна живая душа не спустится без причины на цокольный этаж. Значит, выбираться придется самой.

— Спокойствие. Спокойствие, — уговариваю себя не паниковать, лучше заняться анализом окружающей обстановки.

Подумаешь, телефон и все вещи остались в раздевалке. И совсем не страшно находиться здесь, даже учитывая то, что рассерженные девчонки, покидая спортивный зал, выключили свет, а на улице довольно мрачновато из-за непогоды. Еще несколько часов и окажусь почти в полной темноте. И не стоит беспокоиться из-за отсутствия запасного ключа, который ищу более часа и притом так отчаянно, словно обезвоженный странник каплю воды. Не беда, что окна расположены слишком высоко, практически под потолком. Даже при большом желании мне не дотянуться до них и не выбраться наружу. Правда ведь!? Не стоит паниковать, что ко всему прочему под полотенцем я полностью обнажена.

О, боже!

В какой-то момент страшное ощущение безвыходности и невыносимого отчаяния поглощает меня, и я чувствую лишь вселенскую усталость и желание куда-нибудь присесть. В центре зала располагается огромное пустое поле, и только в самом углу я нахожу стопку черных матов. Это единственная приемлемая горизонтальная поверхность, на которую можно присесть. Я устраиваюсь на матах с самыми ужасными мыслями и чувством обречённости. Скоро вернется мама с работы, а меня нет. Куда она пойдет? Где будет искать? Как сильно будет волноваться?

В таком состоянии я пребываю длительное время, не двигаясь и глядя в окно, а затем каким-то чудесным образом я засыпаю. Видимо, истощенный волнением организм берет контроль надо мной и намеревается восстановить силы для дальнейшей борьбы.

***

Пробуждение наступает резко. Из-за шума.

Мне требуется некоторое количество времени для окончательного пробуждения. Тело постепенно просыпается, мозг включается, анализируя обстановку, но из-за внезапного яркого света после кромешной тьмы я слепну и ничего не вижу. Зато отчетливо слышу грохот, многочисленные тяжелые шаги и несколько мужских голосов.

Ох, нехорошее предчувствие… мозг рождает страшные ассоциации: одна обнаженная девушка…замкнутое пространство…и куча парней, пришедших в спортзал не понятно с какими намерениями. Вряд ли, чтобы освободить?

Поэтому я не бросаюсь к моим освободителям с радостными воплями, наоборот максимально замираю, прячась за стопкой матов. По идее меня не должно быть видно.

Сонное марево мгновенно пропадает, едва я осознаю, в какую историю угораздило влипнуть. Я осторожно и, почти не шевелясь, присматриваюсь к парням и наблюдаю за происходящим. К этому моменту глаза уже полностью адаптируются к яркому освещению.