Чтение онлайн

Я скосила глаза на кровать, понимая, что он имеет в виду. Выдержка у детектива оказалась превосходная — мало найдется мужчин, способных противостоять похоти, особенно если уже находятся с женщиной в одной постели. Леонард наглядно продемонстрировал, что не у всех парней в голове только секс — есть более важные установки. И я надеялась, что он не ошибается, и Кевин не обидит мою девочку.

— Если то, что я от него слышал про Лесли, правда, то он очень оберегает ее и исключительно заботится о ней, — заверил Леонард, тактично отвернувшись, когда я подтянула к себе полотенце, в котором спала, чтобы прикрыться и добраться до стула с одеждой. — Поверь мне, беспокоиться не о чем. Но я обязательно обсужу с ним этот момент, клянусь.

— Пожалуйста, сделай это как можно быстрее, — попросила я, не совсем понимая, насколько скоро он сможет заняться этим, если не собирается возвращаться домой. Но детектив Марбас кивнул, достал телефон и с сосредоточенным видом что-то написал в нем. Пока я одевалась, пришло ответное сообщение: отец и сын договорились о встрече.

Мог бы кто-то быть добрее, чем Леонард? А мне еще предстояло узнать, способен ли мой муж, которого я идеализировала шестнадцать лет, с такой же готовностью обсуждать и решать проблемы. Будет ли он сегодня изворачиваться и лгать, пытаясь снова меня запутать? Скажет ли правду, но пообещает исправиться и бросится уговаривать меня не разбивать семью?

Хотя я и храбрилась, но понимала, что Леонард прав: при этом раскладе мало шансов, что я его не прощу. Все мое существо цеплялось за малейшую надежду, что еще можно что-то исправить. Было ли это чертой моего характера потому, что я выросла слишком мягким человеком, не уважающей себя женщиной, которая позволяет мужу манипулировать собой? Или моя чрезмерная отходчивость действительно определялась ангельской природой? В обоих случаях мне предстояло узнать: смогу ли я противостоять тому, что предписано мне самой судьбой, которая, как известно, та еще стерва.

— Как ты мог поступать так со мной?! — рыдала я навзрыд, согнувшись на стуле и закрыв лицо ладонями. — На протяжении многих лет! Сколько у тебя было других женщин? Ты вообще считал? Или тебе плевать? А как же наши клятвы у алтаря, они ничего не значат для тебя?

Я высказала все, что наболело, как только вернулась домой, не стесняясь в выражениях. Хотела избежать громкого скандала, а сесть и спокойно все обсудить, но Малкольм с порога обвинил меня в том, что я где-то шлялась ночью. Мы кричали друг на друга, как собаки, сорвавшиеся с цепи. Я предполагала, что ссора может выйти ужасной, но не представляла, насколько больно будет переживать ее на самом деле. Насколько обидно будет слышать грубые слова в свой адрес, когда я ожидала, что муж будет не злиться, а просить прощения и оправдываться. Все вышло иначе…

— Тебя не было дома всю ночь, ты вообще что о себе возомнила! — орал он на меня, даже не потрудившись дослушать мои претензии, словно обвинения не доходили до него, отскакивая как горох от стенки. — Какого черта ты себе напридумывала, разве я хоть раз давал тебе повод подозревать меня?!

Я бросила желтый конверт на стол, и из него выскользнули фотографии — доказательство измены. А сама тяжело присела и, не в силах больше держать себя в руках, стала безутешно рыдать.

— Ты что?.. — прошипел муж, в его голосе не возникло ни капли раскаяния, ни страха, только гнев — вибрирующий, нарастающий словно цунами, страшный как воткнувшийся в грудь кинжал. — Ты следила за мной?!

— Почему ты спал с другой? Ты больше не любишь меня? Для чего нужно было изображать счастливую семью, если я больше тебя не волную? — Невольно я вспоминала, когда мы в последний раз занимались любовью, а это происходило довольно часто, но реже, чем мне хотелось бы. Всегда это был чисто механический акт, но я, как и Лео, оправдывала это усталостью в браке, которая случается с множеством пар, и не придавала серьезного значения. А надо было.

— Да ты вконец охренела! — устрашающая ярость мужа заставила меня поднять на него зареванные глаза, и в его лице я не увидела ни боли, что он боится потерять меня, ни сожалений, что его поступок заставил меня страдать. Только злоба.

«Демон, демон», — крутилась в голове навязчивая мысль, которую вложил безумный детектив, и которую теперь я никак не могла выбросить, особенно при взгляде на искаженное ненавистью лицо некогда любимого мужчины. Если и правда существует свет или тьма, то его душа была наполнена чернотой, иначе ничем я не могла объяснить его неуважительное ко мне отношение. Тот, кто вчера целовал меня в висок, тот, которого я всегда называла ангелом за ясные голубые глаза, светлые волосы и обворожительную улыбку, кричит на меня, как сам дьявол. Тот, кто поддерживал во всем и всегда, и в тот же день шел развлекаться с другой женщиной, а вместо переживаний за то, что я могла попасть в беду, обвинял в своих же грехах, — такой человек может быть демоном, я уверена. Циничным манипулятором, не способным признать собственные ошибки.

— Ты наняла ищейку, чтобы он шпионил за мной? Ты понимаешь, что ты наделала, дура! Ты все испортила! Ты разрушила нашу семью! Ты!

— Я? Ты не ошибся? — он шока у меня перехватило дыхание, и новые слезы невольно брызнули из глаз. — Разве это не ты нашел женщину на стороне? Я была верна тебе все эти годы, и ты это знаешь.

— Ты полная идиотка, — настаивал он на своем, неожиданно кинув в мое лицо фотографии, от которых мне пришлось испуганно отмахнуться. Теперь я боялась, что Малкольм ударит меня — он выглядел и вел себя как разъяренный лев. Или как… демон? — Зачем тебе вообще понадобилось это вынюхивать, что на тебя нашло?! Ты разве не была счастлива со мной? Я был плохим мужем?

— Ты забываешь, что это ты совершил адюльтер. Причем не в первый раз. Ты не имеешь никакого права винить меня.

Малкольм зарычал в голос, в бешенстве вышагивая по кухне. С досадой всплеснул руками и сжал кулаки.

— Мы были счастливы! — потыкал он пальцем в пустой желтый конверт с такой силой, что получился режущий уши звук. Фотографии валялись вокруг меня, как опавшие листья мертвого дерева, и куда бы я ни посмотрела, моим глазам становилось больно. — Ты могла просто жить своей обычной жизнью ничего не подозревающей жены. И что теперь, Лора? Ты сломала наш брак. Что теперь, дальше-то что?

Мой ужас рос пропорционально его жестоким словам. Я не могла поверить, что Малкольм винит меня. Что в нем не проснулось даже капельки совести, и он ни в чем не чувствует себя виноватым, а только злится, что правда неудобно вышла наружу. Он не жалел о содеянном, и это принять оказалось тяжелее всего. Он пришел в бешенство, что я испортила ему комфортную жизнь и прибавила проблем, вместо того чтобы стремиться к примирению.

Я осознала в этот момент, что даже если бы простила мужа по какой-то причине, он бы продолжил мне изменять, наплевав на то, насколько мне от этого больно… Это был конец. Принять эту правду было невозможно.

— Ты совсем не чувствуешь своей вины, да? — опустошенно промолвила я, внезапно успокоившись и устало стирев с лица слезы.

— Я? Нет, конечно! С чего бы это! — раздраженно выплюнул он, тыча в меня пальцем. — Если бы занималась своими делами, а не лезла в чужие, у нас и сейчас все было бы хорошо!

Вот как. По его мнению, моя слепота была залогом семейного благополучия, а не его верность. Кем бы он ни был, злобным расчетливым демоном или просто гнилым человеком, он точно не был тем, кому стоило верить. Я словно совсем его не знала, и не было этих совместно прожитых шестнадцати лет, когда я видела в нем чистый свет. Стоило мне лишь единожды пойти против течения, и тьма полезла из него наружу, будто только и ждала момента все это время.