Нарисованные воспоминания
Шрифт:
— Ты так меня видишь? Так ты видел меня тем вечером? — спрашиваю я недоверчиво.
— Не только я, тебя так видят все. Ты красивая, Лили, — мягко говорит он.
Я улыбаюсь и провожу пальцами по его груди.
— Есть еще? — спрашиваю я. Он закрывает глаза и кивает. Сначала я не решаюсь пойти, задумавшись о том, почему он кажется удрученным, или как он может вообще стыдиться своих работ и того, что я подумаю. Смотрю дальше вдоль ряда и ищу имя Дрю на табличке каждой картины вместо того, чтобы пытаться догадаться, какая из них его кисти. Имя Дрю прикреплено к нескольким картинам, и я подхожу ближе, чтобы прочитать надпись.
«Зима, которой никогда не было».
Когда я смотрю на картину, мои глаза мечутся вверх и вниз, взгляд затуманивается, пока я пытаюсь сдержать выступающие слезы. Мы с Джессом сидим на скамейке, замотанные в зимние пальто и шарфы. Покрытые снегом ветки дерева заполняют пейзаж и усыпают землю под нами. Он обнимает меня одной рукой, как будто мы позируем на камеру. Я кладу голову ему на плечо, слегка поворачивая лицо, очевидно наслаждаясь теплотой солнца. Мои волосы переливаются и выглядят, как золотые трубочки. Я замечаю, что на Джессе кольцо, поразительно похожее на то, которое он покупает себе перед выпускным годом. На картине зима. Но Джесс не успел увидеть зиму в тот год. Картина показывает только то, как это могло бы выглядеть, если бы у нас получилось разделить ее… Нашу последнюю зиму вместе. По моей руке мягко проходится ладонь, и я смотрю на Дрю, который встает рядом со мной. Я отдергиваю руку, внезапно разозлившись на него. Как он может поступить так, не спрашивая моего разрешения? Он словно дразнит меня, показывая то, как это могло бы выглядеть.
Я отхожу от него.
— Как? Как ты мог так поступить?
— Прости меня, Лили. Я никогда не хотел, чтобы ты…
— Есть еще картины? — спрашиваю я. По щекам текут слезы, и я оборачиваюсь, чтобы увидеть, как Филипп, Стивен, Мишель и Виктория — все наблюдают за ней. Они кажутся шокированными моей реакцией, но остаются на месте, не зная, что сказать.
— Да. Есть еще одна, — говорит Дрю, отводя взгляд.
— Покажи мне.
Он выходит вперед, вытягивает руку и начинает говорить мягким голосом.
— Почему бы нам не выйти на свежий воздух и не поговорить? Я покажу тебе ее позже, когда все уйдут…
— Сейчас же, Дрю! — требую я.
Он подходит ближе ко мне:
— Лили, пожалуйста не надо.
Я обхожу его и решаю найти сама. Снова смотрю на таблички и почти сразу же нахожу ее.
«Не отпускать прошлое» — написано на ней. Я уже чувствую себя задетой, сегодня же годовщина смерти Джесса. Не знаю, смогу ли я справиться с еще одной нашей картиной, на которой мы вместе. Но мне нужно увидеть и узнать, что там изображено.
Она сразу же застает меня врасплох, как только я сосредотачиваюсь на ней. Резко вдыхаю и отхожу от нее, прикрывая рот рукой. Я вижу себя, как моя щека прижимается к мраморной могильной плите, это становится уже слишком. По лицу текут слезы, когда действительность картины абсолютно повергает меня в шок. Я сгибаюсь и почти теряю равновесие. Вокруг спины появляются руки, обнимающие меня за талию, когда я упираюсь в стол передо мной. Я снова бросаю взгляд на картину и просто застываю. Кажется, что кто-то стоит в стороне и делает фотографию выражения глаз, убитых горем. Я мгновенно переношусь в те мучительные моменты, когда стояла за его склепом и обнимала руками его мраморную колонну, молилась, чтобы это был всего лишь сон, и что я проснусь, а он будет жив.
Из глубины души вырывается всхлип, заставляя тело задрожать, и я прижимаю руку ко рту, стараясь заглушить его. Дрю притягивает меня ближе и пытается успокоить, но уже слишком поздно. Я видела слишком много, урон нанесен; воспоминания вырываются на поверхность, как свежая рана. Я освобождаюсь из его объятий и смотрю на Дрю резким и сумасшедшим взглядом.
— После того, что я тебе рассказала, через что я прошла… как ты мог? — кричу я.
Дрю шагает вперед и протягивает ко мне руку.
— Лили, прости меня; я никогда не хотел, чтобы ты увидела их так.
— Мне все равно, что ты хотел, — ору я. — Как ты мог изображать мою жизнь, выставить мои сокровенные чувства напоказ? Я доверила тебе самую ранимую часть себя.
Не знаю, что еще могу сказать. Я чувствую себя обманутой и использованной. Сейчас уже не важно: сделал ли он это намеренно или нет. Эта картина изображает грех. Я являюсь причиной, по которой Джесс умер, и это больше, чем проверка реальности, которую я когда-либо могла представить. Взглянув за спину Дрю, я вижу, что все стоят за ним. В комнате воцаряется тишина, все наблюдают за разворачивающейся между нами сценой. Я чувствую, как по лицу скатывается новый поток слез от полнейшего стыда. И смотрю на Дрю. Смахивая слезы с влажных щек, я произношу:
— Я не могу этого сделать… не могу здесь находиться. — Затем хватаю платье в две руки, разворачиваюсь и направляюсь к двери.
Дрю пальцами касается моей руки, но я отмахиваюсь от них, поскольку спешу убраться отсюда. Мое сердце разбивается еще сильнее, когда я слышу, как он зовет меня дрожащим голосом. Я поворачиваюсь ко всем спиной с неким ожиданием, что вечер продолжится без меня, но все замирают. В комнате стоит тишина. Стивен останавливается посреди зала, кладет руку на спину Дрю и просит отпустить меня. Он перестает противиться хватке отца, но наблюдает за мной умоляющими глазами. Я не могу больше справиться с этим. Печаль в его глазах, стыд или безнадежная жалость на лицах людей. Я не могу больше справиться с тем, что он сделал, как и с тем, что сделала с братом. Поэтому поворачиваюсь и, не оборачиваясь, выхожу оттуда.
Я практически бегу к своей машине. Смутно помню, как я пробираюсь через толпы людей, не останавливаясь, чтобы ответить, когда люди пытаются узнать, что случилось. Когда я разблокирую дверь машины, то благодарю небеса, что не припаркована в VIP секции, что означало бы лишнее время ожидания, тем самым давая Дрю или кому-то еще возможность догнать меня. Я не могу допустить этого. Не сегодня.
Я-то думала, что хорошо справляюсь с этим днем, лучше, чем в прошлые годы. Но те две картины пробуждают боль у меня в сердце. Я хочу быть рядом с ним, и единственным местом, чтобы осуществить это и побыть одной, было кладбище. Становится поздно, пробки скоро рассосутся, и я знаю, что смогу доехать до него меньше, чем за два часа. В конце концов, сегодняшний день ничем не будет отличаться от других годовщин смерти Джесса.
Так или иначе, я все равно проведу вечер с ним, и, может, его дух поможет мне обрести покой.
Глава 23
Поездка из отеля до квартиры занимает даже меньше половины обычного времени, но только потому, что я не помню большей ее части. В мыслях крутится все произошедшее, и я проигрываю каждую часть диалога между нами с Дрю, которую могу вспомнить. И рыдаю, думая, что кто-то будет делать ставки на мои картины, и от несправедливости, что они не позволяют Дрю забрать их назад.
Я вставляю ключ в замочную скважину. Чертов замок всегда находит самое неподходящее время, чтобы начать заедать, особенно когда я спешу. Наконец, мне удается повернуть ключи в замочной скважине, распахнуть дверь и направиться прямиком в спальню. Я наклоняюсь, достаю из-под кровати большую сумку и начинаю наполнять ее одеждой на несколько дней. Затем закидываю несколько туалетных принадлежностей на тот случай, если у меня не получится остаться дома, а точнее, если не позволит отец. Полагаю, это мы узнаем, когда я доберусь туда.