За дворомъ лужокъ зеленешенекъ, У меня дружокъ холодешенекъ, Молодешенекъ-милъ милешенекъ, Мы пойдемъ во лужокъ, заведемъ кружокъ; Милый съ гуслями — а я съ пснями Не придутъ гусли противъ псенокъ, Не придетъ свекоръ противъ батюшки. Мой-тo батюшка — слово врное. Моя матушка — дума крпкая.
141
Саша, барыня моя, Не гнвайся на меня, Что я не былъ у тебя. Ухъ я былъ-побывалъ, Въ Новгород гулялъ, Тужилъ, плакалъ, горевалъ Купецкую любилъ дочь Любилъ ее до поры… Дунулъ втеръ со горы Со московской стороны На купецкіе дворы. Во купецкихъ во дворахъ Тамъ двушка хороша Сашечка душа.
142
Шло, шло солнышко вдоль по залсью, Катилось красное по затемному Шла, шла двушка вдоль по застолью, Роняла слезы на блую скатерть, Била руки объ дубовый столъ, Бросила ключи она вдоль стола: «На теб, батюшка, золотые ключи; Я теб, батюшка, я не клюшница, Я теб родимой не ларечница, Ключница, ларечница я лютому свекру, Лютому свекру да лютой свекровьюшк, Врный посолъ я дружку своему.
113
Молодушка молода Черноброва хороша. Ай ну, ай ну, ай ну Червой бровью повела Съ молодцемъ любовь вела. Ай ну… Въ такую во любовь Въ горенку повела. Ай… Изъ горенки въ комнатку, Изъ комнатки во кроватку. Ай… Посадила на кровать. Стала дружка цаловать. Ай… Ужь, другъ ты милой, Поживи, радость, со мной. Ай… Съ одинокою женой. Ай… Одинокая жена Во одиночеств жила. Ай… Много горя видла Цаловала миловала дружка, спрашивала. Млада хату затопила, Сама по воду пошла, Какъ по воду, воду, На Самару на рку. На Самар, на рк Гуси лебеди сидятъ, Воду свжую мутятъ Постояла молода, Устоялася вода. Размахнула широко, Почерпнула глубоко, Ведерушхи подняла, Зашаталася, пошла. Скоро на гору взошла. Какъ на этой на гор Солучилася бда: Загорлась слобода. Ужь на этотъ на пожаръ Созжались господа, Дивовалися пожару, Ужь чтой-то за пожаръ? Онъ нежарко горитъ Выше города политъ.
141
Шелъ Ваня слободою, Велъ Дуню за собой. Дуня рчи говоритъ, Нарядиться велитъ: Нарядися, мой милой, Нарядися дорогой. Носи шляпу на кудряхъ, Перчаточки на рукахъ. И я чаяла почаяла, Я со миленькимъ пожить. Хорошъ милой уродился, Онъ не долго поводился, Разставаться, шельма, сталъ, Чужу сторону спозналъ. Чужая сторона Со миленькимъ мила, Ай мила, мила, мила Тамъ сударушка жила, Сударушка двушка, Лебедушка блая, Коса кудриная, блокудриная. Уже кто кудри кудрилъ — Я того бы полюбилъ. Во Казань городъ вступилъ Плису, бархату купилъ, Я и плису и атласу Тесову кровать украшу.
145
Вы туманы, разосенніе часты дожди, Не пора ли вамъ, туманы, со синя моря долой? Не пора ли вамъ, ребята, съ разгуляньица домой? Прошло лто, лто дорогое, прошла красна вся весна, Вс празднички на проход, ко мн милой не бывалъ: Знать-то мой другъ разлюбезный, знать иную любить сталъ, Знать иную, размилую Машутку у вдов. Ты, Машутка, ты шельма Машутка, ты разлучница шельма моя: Не дала, шельма Машутка, во любв съ милымъ пожить.
146
Какъ родила меня мать недоростка, Какъ пустила меня мать недоростка, Какъ жена-то меня, курва, не взлюбила, Она въ лсъ за калиной заманула Ко сырому-то къ дубу привязала: Она девять денёчковъ не бывала, На десятый день приходила. «Ты здорово ль, недоростокъ, тутъ пируешь?» — «Государыня жена! не до пиру; Комарики головушку источили, Вс дубовыя мн корочки прілись Вся болотная водица припилася». «Ужь ты будешь ли, недоростокъ, пущать въ гости?» — «Государыня жена, ступай вовсе». «Ужь и будешь ли, недоростокъ провожати?» — «Государыня жена, хоть до дому». «Ужь ты будешь ли, недоростокъ кормить хлбомъ?» — «Государыня жена, калачами». «Ужь ты будешь ли, недоростокъ, поить квасомъ?» — «Государыня жена, хоть сытою!»
147
Ахъ ты, врная манерная, Сударушка моя! Ахъ люли, да ахъ люли, Сударушка моя! Ахъ да ты ль, моя сударушка, Повысушила… Безъ морозу, безъ лютаго, Сердце вызнобила. Присушила русы кудри Ко буйной голов. Ай люли, да ай люли, Ко буйной голов. Ты разсыпала печаль По моимъ яснымъ очамъ; Ты заставила ходить Но чужой сторон; Ты заставила любить Чужу мужнюю жену. Какъ чужая-то жена — Лебедушка блая; А моя курва жена — Полынь-горькая трава. Полынь горькая трава Во чистомъ пол росла, Во ржи на межи, На широкомъ рубежи Изъ ржицы во пшеницу Перепелочка летитъ, Что летитъ она летитъ, Перепархиваетъ. Какъ изъ терема въ теремъ Красна двица бжитъ, Ай люли, да ай люли, Красна двица бжитъ, Что бжитъ она, бжитъ Все поглядываетъ. Ай люли, да ай люли, Все поглядываетъ.
148
Чтой-то мн Матушка спалось, Много во сн видлось, Будто меня конь разносилъ. Конь разносилъ, Вороной разомчалъ; Шапочка свалилась Съ буйной головы; Лучёкъ оборвался Съ правой стороны. Стрлушки посыпались По сырой земл. Дтушка милая! Сонъ разскажу, Теб разслзю Себ догрублю (въ скорбь введу: Конь разносилъ, Вороной разомчалъ, То теб, дитятко, Въ служб быть, Шапочка свалилась Съ буйной головы: То теб, дитятко, Убиту быть; Лучекъ оборвался Съ правой стороны: То твоей жонушк Вдовушкой быть; Стрлушки посыпались По сырой земл: То твоимъ дтушкамъ Сиротушками быть.
149
Охъ да вянетъ, вянетъ Въ пол бдная травка, Она вянетъ безъ дожжа, Силенъ дожжичекъ намочитъ, Бдная травка отдохнетъ. Охъ да безъ того ли сердце ноетъ, Оно ноетъ каждый часъ То завоетъ, али то застонетъ И вздохнетъ въ послдній разъ. Пойду я съ горя въ чистое поле, Разгуляюся али во лсу. Охъ да ничего въ лсу не вижу, Брон стадичка овецъ; Охъ да вс овечушки папарно Бродятъ по лсу одни. Охъ да я горькая несчастная Одна въ горести живу. Пойду я въ садикъ, Разгуляюсь я во саду Охъ да ничего въ саду не вижу, Кром вишенья цвтутъ; Охъ да цвтутъ вишенья едрены, Вс слезами облиты, Охъ да тамъ и листья были милы Гд я съ милымъ гуляла, Охъ да гд я съ миленькимъ гуляла, Много пташечекъ поютъ… Канареечка моя любезная Пріутшь хоть ты меня. Охъ да отворю я теб клтку — Лити къ другу моему, Охъ да прилетай и сядь на втку, Пропой псенку мою ему.
150
А въ терем А въ высокомъ: Молодецъ двицу Подговариваетъ, «Мы пойдемъ, двица, А въ Казань городъ, Нашъ Казань городъ На гор стоитъ — На всей красот, По горамъ, горамъ А все каменныя, Развоцвтныя. Казанка рка Мёдомъ протекла, Малыя ручеёчки — Блымъ сахаромъ; По лугамъ, лугамъ А все травушка, Все муравушка, Все шелковая.» — «Ахъ бездушной ты! Добрый молодецъ, Халаушная Твоя голова! Я сама знаю, Сама вдаю: Нашъ Казань городъ На гор стоитъ, на всей пропасти»; Казанка рка Кровью протекла, Малые ручеёчки Кровь горючая, По лугамъ, лугамъ Ни травушка, Ни шелковая Молодецкая.
151
Зародила Ваню мать На все горя, на печаль; Чужихъ людей докучать. Надокучилъ Ваня, надолъ Ваня родненькимъ своимъ, Истрепалъ Ваня сапожки Ко Дуняш ходючи, Изодралъ Ваня сюртукъ По заборамъ лазючи Па заборамъ, па плетнямъ, По двичимъ по клтямъ, Истеръ Ваня перчатки, За колушки держучи, Згноилъ Ваня картузикъ Подъ капелями стоючи, Капелюшки капали — По немъ двки плакали, Молодушки рыдали. Старушеньки ругали, За что Ванюшку поймали, Больно на крпко связали, Въ новы сани посадили, Къ застав падвозили, Въ ново стуло посадили, Русы кудри подобрили, Во пучечки вязали Ко Дуняш отсылали.