Чтение онлайн

— Геральд делает всё, что может, — сказал Михаил Петрович. — Но нам нужно найти способ связаться с ним, чтобы передать инструкции.

План спасения

Алексей задумался на мгновение, затем сказал:

— Как мы можем безопасно передать Геральду наши указания? И что с охраной тюрьмы?

— У нас есть идея, — продолжил Михаил. — Мы подготовили записку с указанием времени и бутылёк с усыпляющим газом. Передадим их Геральду. В назначенный час он сможет активировать газ, что облегчит наш штурм.

— Этот газ мощный? — уточнил Алексей.

— Очень, — вмешался Марк Евгеньевич. — Он мгновенно распространяется на большую площадь. Большинство охранников уснёт, останутся только те, кто дежурит на вышках. Их устранение займёт считанные минуты.

Алексей одобрительно кивнул:

— План выглядит хорошо. А что с дворцом Ли Муна?

Марк Евгеньевич вздохнул:

— Дворец охраняется куда сильнее. Помимо вооружённой охраны, там находятся пять представителей Смертельного Пламени. Но с учётом того, что у нас есть десять ниндзя Каваками, эта угроза больше не кажется непосильной. Мы планируем одновременную атаку на тюрьму и дворец.

Алексей нахмурился:

— А остальные ячейки синдиката?

— Аой и его бойцы рассредоточились по Китаю, — заверил Михаил Петрович. — В момент атаки они устранят ключевые фигуры синдиката, чтобы обезглавить их структуру. Всё произойдёт одновременно, как только вы дадите сигнал.

Итог встречи

Алексей окинул взглядом присутствующих. Все напряжённо ждали его слова.

— У нас есть план, — сказал он, разрезая напряжение в воздухе. — Мы сделаем это. Спасём семью и уничтожим синдикат.

Его голос был твёрдым, но в глазах читалась тяжесть ответственности. Комната ожила, каждый участник встречи понимал, что впереди их ждёт решающий момент.

Глава 40: На пороге битвы

Подготовка к операции

Алексей с решимостью сказал:

— Если всё готово, до рассвета организуйте доставку письма и колбы с газом для Геральда. Когда он обычно выходит за пределы тюрьмы?

— Всегда в одно время — около семи вечера, — ответил Марк Евгеньевич.

Алексей кивнул и продолжил:

— Тогда запланируем операцию на восемь вечера. Этого времени хватит, чтобы Геральд вернулся в тюрьму и открыл колбу. Сообщите ему об этом в записке.

— Будет сделано, — ответил Марк Евгеньевич, тут же отдав соответствующие распоряжения.

Затем Алексей обдумал расстановку сил:

— Бойцы Каваками будут расположены следующим образом: семь человек у дворца Ли Муна, а троих я беру с собой в тюрьму.

Михаил Петрович и Марк Евгеньевич одновременно спросили, явно обеспокоенные:

— Что значит "вы берёте"? Вы собираетесь лично участвовать в штурме?

Алексей спокойно, но твёрдо ответил:

— Надеюсь, мне не придётся лезть под пули. Я буду там для координации вас и подразделений на месте.

Оба мужчины выдохнули, но Марк Евгеньевич с настороженностью добавил:

— В случае нештатной ситуации прошу вас не ввязываться в бой. Мы не можем позволить рисковать вашей жизнью.

Алексей заверил их:

— Не волнуйтесь. Я не собираюсь геройствовать.

Доставка письма

К утру поступило сообщение, что записка и колба с газом успешно переданы. Посылка ожидала Геральда под тем самым камнем, а бойцы начали занимать свои позиции.

В ночь перед атакой бойцы клана Каваками, съевшие шишки Древа Духа, были полны энергии и уверенности. Их внутренняя сила и сосредоточенность впечатляли всех вокруг. Они отправились на боевые позиции, готовые к любым испытаниям.

В укрытии

Вечер приближался. Алексей вместе с остальными бойцами расположился в укрытии неподалёку от тюрьмы. Три ниндзя из Каваками были рядом с ним, их фигуры сливались с тенями леса, а движения были практически бесшумными.

Алексей взглянул на часы. Стрелки приближались к семи вечера. Он пристально смотрел в сторону того места, где должен был появиться Геральд. Напряжение возрастало с каждой минутой. Бойцы его семьи и Каваками затаились, следя за каждым шорохом.

— Если Геральд не найдёт посылку или что-то пойдёт не так, — тихо проговорил Михаил Петрович через рацию, — у нас будет запасной план?

— Мы не допустим провала, — ответил Алексей. — Доверяйте плану.

Они продолжали наблюдать, время тянулось мучительно медленно. Алексей почувствовал, как в воздухе повисло предчувствие грядущего. Словно всё вокруг затаило дыхание перед бурей.

Глава 41: Последние минуты ожидания

Алексей и все участники операции были на связи через наушники, напряжённо ожидая начала штурма. Через бинокль Алексей следил за массивными воротами тюрьмы. В 19:00 они со скрипом начали открываться, и на тропу, ведущую к выгребной яме, вышел человек с двумя ведрами. Даже издалека Алексей узнал в нём Геральда — медленная, но уверенная походка, изношенный плащ и металлический ошейник с зелёным светящимся диодом.

Алексей внимательно наблюдал, как Геральд двигался к яме, вылил содержимое ведер и повернулся, направляясь обратно к воротам. Напряжение в укрытии нарастало. Алексей нахмурился: "Неужели он не проверит камень?"

Но внезапно Геральд замер. Он поставил ведра на землю и огляделся, будто прислушиваясь. Затем развернулся и направился к кустам, под которыми находился камень с посланием. Алексей видел, как дворецкий присел, начав что-то искать. Несколько долгих секунд он копался у основания камня, затем замер, поднял что-то блестящее и спрятал под куртку.

Перед тем как уйти, Геральд повернулся лицом к лесу и едва заметно кивнул. Алексей понял: "Он получил послание." Геральд быстро поднял ведра, не оглядываясь, и поспешил обратно. Как только массивные ворота снова захлопнулись, Алексей выдохнул с облегчением.

— Посылка доставлена, — тихо сказал он в микрофон. — Отсчёт пошёл. Операция начнётся ровно через 60 минут. Всем поставить таймеры.

Из штаба Михаил Петрович подтвердил:

— Все группы оповещены, штурм начнётся по плану. Я уведомлю Аоя, чтобы его люди начали синхронные атаки на ключевые ячейки синдиката.

Алексей кивнул, хотя в наушниках никто не мог этого увидеть. "Обратного пути нет," — подумал он.

Тягучее ожидание

Каждая минута ожидания тянулась, как вечность. Алексей чувствовал, как напряжение охватывает его всё сильнее. Он думал о том, что на кону — не только его семья, но и жизнь десятков людей, участвующих в операции. Ошибка могла стоить слишком дорого.