Чтение онлайн

– А чего ж не радоваться?
– Ватанабэ пожал плечами, не спуская глаз с собеседника.
– В последний раз мы виделись лет десять назад.

– Восемь, - поправил мужчина.
– Моложе были мы тогда, и оба неразумны.

– Судя по тому, что ты так и не избавился от своей дурацкой манеры говорить, поумнел ты не то, чтобы очень, Вито, - усмехнулся толстяк.

– А ты все тешишься надеждой, что имя прежнее я буду вспоминать, - парировал итальянец.
– Ты помнишь ведь, что я поклялся.

– Ага, угу, - саркастически замычал Сэм.

– Так перестань же делать вид, что ты язвителен, мой мрачный старый друг.

– Когда-нибудь я точно выбью тебе пару зубов, чтобы испортить дикцию, - пообещал Ватанабэ.

– Не раньше, чем ты сбросишь вес, упрямый пожиратель.

– Задушу.

– Неужто ты еще и мавр?

– Ну ладно, хватит, - толстяк пристукнул пальцами о подлокотник кресла.
– Давай, выкладывай, зачем заманивал меня сюда.

– Так ты подозревал?

– А ты как думал.

– Не думал, что способен ты на подозренье. Казался мне всегда простым ты, Сэм.

– Зато ты у нас очень сложный, - Сэм глянул исподлобья.
– Выкладывай, Фауст.

Кэтрин Винтерс чувствовала себя мягкой разваренной сосиской. Она не умела и не любила летать на самолетах. Долгий и нудный перелет в Сиэтл был для женщины отмечен приступами тошноты, головокружением и нервозным ознобом. К счастью, наполнить специальный рвотный мешочек так и не довелось. Но приятного все равно было мало.

Джейс, стараясь сгладить неприятные впечатления подопечной, позаботился о том, чтобы транспорт встретил их прямо у выхода из аэропорта. Кэтрин, конечно, привыкла к машинам определенного класса, но длинный черный лимузин, на который указал менеджер, показался ей немного излишним. Винтерс вообще не была склонна к помпезности. Но отказываться от столь протяжной машины не очень тянуло. И там были такие мягкие сиденья...

Клевать носом Кэт, как звали ее друзья, начала еще по дороге. Джейс что-то вполголоса обсуждал с пригласившим ее выступить толстосумом по телефону, а женщина, потерявшая целую ночь в хлопотах, расплывалась по кожаному полю благодати. Когда сопение ее носа стало совсем уж невежливым, Джейс потрепал певицу за коленку.

– Вставай, спящая красавица. Приехали.

Выбираясь из лимузина с некоторым сожалением, Винтерс мельком взглянула на здание отеля и почувствовала, что очень хочется простецки уронить челюсть куда-нибудь в район поясницы. Огромный тетраэдр гостиницы "Крит" подпирал хмурое небо верхушкой из темного стекла. Окна, стены и вся атрибутика отеля, построенного в прошлом году и открытого с большой помпой, были черны как ночь и блестели даже под грязно-серыми облаками. Она читала об этом месте. Самое дорогое заведение для отдыха и проживания в западной части Америки, почему-то возведенное не в столице жаркой республики Калифорния, а в центре ее скромного северного сателлита, бывшего штата Вашингтон. Винтерс всегда казалось, что Сиэтл слишком холоден и слишком сильно окружен неприятными горами, чтобы привлекать туристов. Однако проект, стоивший огромных денег, окупался. Иначе не стоял бы сейчас у входа лощеный швейцар. И не причаливал бы к ковровой дорожке, словно в отеле проходила какая-нибудь церемония, огромный лимузин.

– Ты куда меня привез?
– спросила Кэт у Джейса, пока услужливо подскочивший носильщик укладывал на тележку их багаж.

– В гостиницу, - изобразил невинность толстяк.

– Ты меня привез в, мать его, дворец магараджи, - певица свирепо изогнула бровь.

– Все оплачено заказчиком.

– Да что ж этот богач за псих такой?
– заворчала Кэт, кутаясь в плащ. Май в Сиэтле был в этом году прохладным.
– Здесь сутки проживания стоят как месяц кокаиновых вечеринок в Сан-Франциско.

– Тебе-то откуда знать?
– фыркнул менеджер, с видом гордого набоба зашагавший вслед за носильщиком.
– Ты была всего на двух.

– На трех, - голосом смерти с косой поправила Кэтрин.

– Вот-вот, - не унимался Джейс.

У столика регистрации их встретил прилизанный мужчинка, которого язык не повернулся бы назвать полнокровным, настоящим мужчиной. Худосочный хлыщ с лицом хорька подал Кэт старомодную книгу записей, где она поставила росчерк напротив цифры "двести два". Джейса поселили в двести четвертом номере. Внеся данные в компьютер, хлыщ выделил певице с менеджером услужливого седовласого мужчину в ливрее. Тот и довез их на лифте до обители сна. Ничем другим для Винтерс ее просторный, роскошно обставленный номер не стал. Ибо, едва добравшись до кровати, раскинувшейся на полкомнаты, женщина рухнула на подушки и провалилась в страну сновидений.

Когда она проснулась, то обнаружила себя свернувшейся клубочком на покрывале, в одежде, разве что, без плаща. Устыдившись собственной неряшливости, Кэтрин тут же разоблачилась и отправилась в душ. Ванная комната оказалась размером с целый футбольный стадион, и Винтерс долго слушала свое эхо в душевой кабинке, больше похожей на автомойку. С удовольствием смыв с себя осадок сна и усталости, певица укуталась в полотенце и вернулась на кровать.

Телевизор хохотал, кричал и пытался острить лицами и голосами ведущих, актеров и прочих статистов. Лениво щелкая пультом, Кэтрин нежилась в широкой постели и ждала, когда придет Джейс, чтобы с пыхтением и милым ворчанием поведет ее к заказчику выступления. Ее успела заинтриговать эта таинственная личность, способная позволить себе селить не самую высококлассную, если быть честными, певичку в дорогом отеле, заплатить ей немалые деньги и вообще всячески улестить. Неужели у Кэт нашелся фанат с золотыми горами под ковром? Тогда, конечно, открывались весьма радужные перспективы. А если это был всего лишь сумасброд-эксцентрик, разбрасывающий деньги направо и налево? Тоже, конечно, хорошо, но уже не настолько.

Судя по часам, дома уже давно проснулся Алекс. Стоило позвонить ему, чтобы не грустил. Возле кровати как раз имелся удобный телефон с обтекаемыми линиями эбонитового корпуса. Кэт взяла трубку, услышав тихий писк, и принялась набирать номер центра междугородней связи. Почему-то клавиши не пищали. Закончив набор, певица приложила к уху мембрану. Гудка не было слышно. Она подождала несколько секунд, но в трубке по-прежнему сохранялась мертвая тишина. Винтерс нажала кнопку сброса, затем прислушалась снова. Ничего.

Телефон не работал. Вот тебе и дорогущий отель. Хмыкнув себе под нос, Кэтрин лениво выползла из-под одеяла. Вынув из чемодана сменное платье, она неторопливо оделась и посмотрелась в зеркало. Отдохнувшая нестарая женщина смотрела иронично.

– Бабушка какая, - самокритично отметила Кэт, поправляя прическу.

Обувшись, певица прошла к двери в коридор. Ручка была претенциозно большой, с резьбой и позолоченными прожилками. Взявшись за нее, Кэт толкнула дверь от себя.

Ничего.

Она что, заперлась и забыла? Или не туда открывает? Винтерс потянула дверь на себя, но та оставалась неподвижной.

Где там ключ?

Выданная седоусым работником гостиницы карта лежала возле телефона. Кляня собственную беспечность, Кэт вернулась и подобрала ее. Совсем она расклеилась: то дрыхнет с незапертыми дверьми, то забывает, что заперлась. Ключ-карта легко вошла в отверстие замка. Щелчок...

Кэтрин обескуражено толкнула дверь, оставшуюся на месте, потянула к себе ручку. Выход по-прежнему оставался перекрыт. И теперь женщина вспомнила, что не запиралась на замок. Она снова попыталась открыть дверь ключом, но флегматичный щелчок лишь повторился, не приведя ни к какому результату.