Не мой выбор. Плен твоих глаз. (CИ)
Шрифт:
— Как они вообще не уничтожили друг друга? — пробормотал Когис.
— Судя по архивам, пытались, — сухо ответил Ноир.
— Воинственная раса, — сказал Драст.
Он говорил спокойно, но я знал его достаточно хорошо, чтобы услышать под этим спокойствием напряжение.
Его интересовала не Земля или ее люди. А только шанс для его маленькой астниеры.
В этом был весь Амадан тар Драст: если цель определена, остальное превращается в препятствия, ресурсы или риск.
Мне это нравилось. И тревожило.
— Запомни, — произнёс он уже мне. — Не вступай в конфликт без необходимости. Не демонстрируй силу. Не провоцируй местных воинов. Если столкновение неизбежно — минимальный урон.
— Понял.
— И не убивай.
Я медленно повернул голову.
— Ты сейчас на всякий случай уточнил?
— Да.
— Низаров капитан.
— Долг можешь увеличить ещё на один пункт.
— Увеличу.
Посадка прошла мягко. Шаттл опустился на небольшой участок, окружённый растительностью. По местным данным, рядом проходила дорога, ведущая к крупному населённому пункту. Дальше — больница, где теоретически можно было найти подходящий орган.
Теоретически. Самое мерзкое слово в любой операции.
Экипировка была простой: средство связи, анализатор воды и пищи, мини-портативный короб телепорта для образцов крови, маяк, несколько шариков fastigyo и маскирующие документы, собранные Ноиром из земных баз.
— У них это золото, — пояснил он, передавая мне металл.
— Этот мусор?
— У них в цене.
Я посмотрел на шарики. Планета становилась всё страннее.
— Сет, — сказал Драст у трапа. — Связь держишь постоянно. Если почувствуешь, что фильтры не справляются, сразу докладываешь.
— Я не неопытный мальчишка.
— Именно поэтому идёшь ты.
С этим спорить было сложнее. Я кивнул и шагнул наружу.
Первое впечатление было простым.
Тут воняло.
Я застыл, едва не потеряв контроль над дыханием. Воздух ударил по рецепторам сразу: влажный, тяжёлый, грязный, с примесью гнили, металла, дыма и чего-то ещё, что мой организм категорически отказался распознавать как пригодную среду.
Глаза защипало, а горло сжалось. Я закашлялся, согнувшись пополам.
— Дан… — прохрипел я в передатчик. — Ты уверен, что воздух не отравлен?
— Показатели в пределах допустимого, — отозвался он. — Кислорода меньше, чем нам привычно, но дышать можно.
— Можно — понятие растяжимое.
— Фильтры?
— Феромоны не пропускают. Вонь — к сожалению, да.
На канале кто-то тихо фыркнул. Кажется, Когис. Я сделал глубокий вдох и пожалел об этом решении всем телом.
Вокруг росли странные низкие деревья. Тонкие, серые, какие-то усталые. Листья — коричневые, жухлые, будто планета уже начала умирать, а её жители просто не заметили.
Под ногами хрустнул мусор. Я опустил взгляд.
Куски прозрачного материала. Обрывки упаковок. Металлические банки. Окурки. Ещё какие-то следы жизнедеятельности цивилизации, явно уверенной, что собственный дом можно использовать как склад отходов.
— Они это выбрасывают прямо на землю, — сообщил я.
— Что именно? — заинтересовался Ноир.
— Всё.
Пауза.
— Уточни.
— Нет.
Я отошёл от шаттла, чтобы минимизировать риск быть замеченным, и двинулся к дороге.
Лесок закончился быстро. Слишком быстро. Открылось поле, дорога и движущиеся по ней кары-коробки.
Я остановился. Несколько секунд просто смотрел. Потом одна из машин подпрыгнула на яме, резко вильнула, выпустила облако чёрного дыма и понеслась дальше.
— Они передвигаются в этом добровольно? — спросил я.
— Передай изображение, — тут же потребовал Когис.
Я отсканировал дорогу. На канале воцарилось молчание.
— Это транспорт? — осторожно уточнил Ноир.
— Нет, — сказал Когис. — Это попытка самоубийства с колёсами.
Я был с ним согласен. Люди неслись по серой полосе с такой скоростью, будто за каждым гнался личный враг. Дорога была неровной, местами проваленной, транспорт дымил, ревел, визжал, а водители почему-то считали это нормальным.
Потом ветер донёс до меня очередной выхлоп. Я снова согнулся от кашля.
— Сет? — голос Драста стал резче.
— Жив, — выдавил я. — Пока. Но если ваша астниера выросла в этом, я начинаю понимать, почему она такая упрямая. Тут иначе не выжить.
— Продолжай движение.
— Иду.
К ближайшему населённому пункту вёл поток машин. Значит, мне туда.
Я держался подальше от дороги, периодически задерживая дыхание, когда ветер менялся. Шёл быстро, но без демонстрации возможностей. Местные могли отличаться низким уровнем технологий, но недооценивать их я не собирался.
Сия называла их людьми. Люди, судя по данным, были опасны. Медленно развивались, быстро убивали, охотно лгали и обладали удивительной способностью приспосабливаться к любой мерзости, включая собственный воздух.
К полудню впереди начали подниматься сооружения. Сначала я решил, что это искажение атмосферы.
Потом — что мираж. Потом отсканировал.
— Драст.
— Да.
— Я понял, как они с таким количеством населения ещё не захватили соседние планеты.
— Как?
— Они строят вверх.
— Насколько вверх? — оживился Когис.
Я передал изображение. На экране моего дипловизоратора город вырастал тяжёлой серой массой. Высокие здания, плотные ряды окон, дороги, узлы движения, линии проводов, трубы, рекламные конструкции.
Город не был построен. Он, скорее, нарос. Как опухоль.
— Мы так строили семь тысяч лет назад, — задумчиво сказал Когис.
— Не сравнивай, — ответил я. — Мы не душили собственную планету.
— Оценочное суждение, — заметил Ноир.
— Нет. Запах.
К городу я подошёл ближе к вечеру. И вот там операция почти закончилась, не начавшись. Сначала я услышал шум: крики, сигналы коробок на колесах, музыка, разговоры, ужие запахи. Десятки, сотни, тысячи тел, сжатых в одном пространстве.