Чтение онлайн

После моих слов между нами снова возникает пауза, но я тороплюсь её заполнить:

— Ты предлагал тогда попробовать ещё раз. Если твоё предложение в силе, я бы хотела, — моя рука всё ещё в его руке, и это даёт мне надежду, что мы договоримся.

Андрей перетягивает меня к себе на колени и, наконец, заключает в свои тёплые объятия.

— Мы попробуем, — обещает, зарывшись лицом в мои волосы, — у нас с тобой всё получится.

«There's no one perfect in this town

Don't beat yourself up…

Bit by bit it all gets turned around»

Никто не идеален.

Не вини себя…

Постепенно всё наладится.

(Garou — «Accidental»)

Наше бурное воссоединение длится уже вторую неделю. Я прогуливаю занятия, пуская насмарку всю проделанную за семестр работу по получению зачетов и экзаменов автоматами. Андрей отменяет и переносит встречи и отлучается только на судебные заседания, которые нельзя отложить. Словно изголодавшиеся, мы набрасываемся друг на друга и не можем насытиться, навёрстываем всё, что упустили за этот долгий месяц. Мы почти не выходим из квартиры и заказываем доставку еды на дом.

Сегодня мы ждём пиццу, и когда раздается трель домофона, я, не спрашивая, нажимаю на кнопку и впускаю курьера в подъезд, при этом сразу же открываю дверь квартиры.

На мне надета только мужская футболка, поэтому кричу Андрею, чтобы он забрал заказ, а сама ухожу в кухню ставить чайник.

— Где она? — слышу через минуту знакомый голос, от которого холодеет в груди. Преодолеваю настигший меня ступор и вылетаю в прихожую.

— Папа! — выдыхаю пересохшими губами, когда мои застывшие от ужаса глаза встречаются с разъярённым взглядом отца.

— Ты! — он с силой бьет кулаком в стену и резко подается ко мне, отчего я делаю шаг назад и больно впечатываюсь спиной в выступающий угол. — Быстро оделась и в машину!

— Папа, пожалуйста! Я не поеду! — и пусть мой голос звенит отчаянием, я полна решимости отстоять своё право встречаться с Андреем.

— Вы отец Ульяны? Давайте пройдём в гостиную и спокойно поговорим, — Стогов становится рядом со мной.

— О чём мне с тобой говорить? Как ты тут… с моей дочерью? — гневно сощурив глаза, отец сжимает кулаки.

На мгновение мне кажется, что сейчас он набросится на Андрея, но он снова переключается на меня:

— Быстро в машину, я сказал!

Я отрицательно качаю головой, и тогда он хватает меня за локоть и тянет к входной двери.

— Нет! — я вырываюсь и крепко обхватываю своего мужчину за пояс. — Папа, дай объяснить!

Не ожидавший от меня такого своеволия, отец на несколько мгновений теряется, но глядя на обнявшие меня мужские руки, выходит из себя ещё больше.

— Что? Что ты мне объяснишь? — суровый тон, которым заданы эти вопросы, заставляет зажмуриться. — Почему бросила учёбу и сожительствуешь со взрослым мужиком?

— Всё не так!

— Ульяна, что вообще происходит? — в проёме входной двери появляется невысокая элегантная женская фигурка. Тёмно-карие глаза, так похожие на мои, неодобрительно проходятся по нам с Андреем, не упуская ни мои вцепившиеся в него до побелевших костяшек пальцы, ни мои голые ноги, едва прикрытые чужим трикотажем.

— Мама! Мама, пожалуйста, не забирайте меня, дайте объяснить!

— Я думаю, нам с вами нужно сесть и спокойно поговорить, — уверенность в голосе Андрея даёт мне надежду, что всё ещё может разрешиться нормально.

— Я сказал тебе, мы приехали за дочерью! Никто с тобой здесь говорить не собирается! — раздражённо бросает отец, готовый силой оторвать меня от моего любимого.

— Коля, подожди! — мама успокаивающе кладёт руку ему на грудь. — Давай послушаем человека.

— Ну, послушай, если хочешь, — звучит ей в ответ со злой усмешкой. — Через полчаса чтоб обе были в машине. А с тобой я ещё поговорю, — грозное обещание адресовано уже мне.

— Проходите, — приглашает Стогов мою маму в гостиную, как только за отцом с шумом захлопывается дверь. — Я Андрей. А как к Вам можно обращаться?

Он пропускает её вперёд и придерживает меня за талию.

— Беги оденься, — шепчет мне на ухо.

Пока они беседуют в гостиной, я успеваю натянуть свои джинсы и кофту, выключить на кухне надрывающийся нервным свистом чайник, встретить доставщика пиццы. Всё это время в груди печёт от беспокойства. Если Андрей убедит маму, она наверняка сможет уговорить отца принять наши отношения. Неслышно крадусь поближе и прислушиваюсь к разговору.

— Андрей, вы взрослый мужчина. Она девочка совсем. Ей надо учиться, общаться с ровесниками. Сами подумайте, что у вас может быть общего?

— Больше, чем кажется на первый взгляд. Я серьёзно отношусь к вашей дочери.

— Вы сделали из неё любовницу и содержанку. Поймите, ни один родитель такого не потерпит.

— Полина Юрьевна, ваша дочь не любовница. У нас серьёзные отношения. И если она захочет остаться со мной, я буду с ней.

Захожу и сажусь рядом с Андреем. С тревогой всматриваюсь в мрачное лицо мамы. Предлагаю ей чай, но она отказывается.

— Ты понимаешь, почему мы здесь? — отчитывает меня строгим голосом. — Нам позвонили из деканата, сказали, что тебя вторую неделю нет на занятиях. Мы не смогли тебе дозвониться. В общежитии тебя тоже не видели вторую неделю. Света внятно нам ничего объяснить не смогла. Ты понимаешь, как нас напугала?

После её слов я вспоминаю, что мой разряженный телефон уже несколько дней валяется на тумбочке в спальне. Моё небрежное обращение с этим средством связи не первый раз играет со мной злую шутку.

Вообще-то последний раз мы созванивались с родными в прошлое воскресенье. И они бы не всполошились, если бы не этот странный звонок из деканата. Странный, потому что родителей прогульщиков у нас начинают оповещать только по итогам аттестации, если студент пропустил не менее половины занятий.

— Извини, мамочка, я не хотела вас напугать! — всё-таки, с моей стороны это было безответственно — забыть обо всём на свете.

— А потом ещё этот мальчик в деканате сказал, что тебя тут чуть ли не силой удерживает взрослый мужик, — мама косится на Стогова, — и тебя срочно нужно спасать. Как же ты могла, Ульяна? Приезжала домой, врала. Мы же тебе доверяли! — голос мамы полон укора и разочарования. Её слова попадают в цель, вызывают во мне растущее чувство вины.

— Я не врала, просто боялась признаться. Андрей ведь старше! И я не бросала учиться. Только последнюю неделю пропустила, но я всё догоню! — начинаю горячо оправдываться.