Чтение онлайн

Делко отвечает за меня:

— Поехали.

Я киваю и сглатываю, подавляя новую волну тошноты, прежде чем сесть в машину.

Дорога назад проходит в тишине. Настолько глубокой, что я решаю — Келисс уснула на заднем сиденье.

Когда мы останавливаемся перед её студенческим общежитием, Делко паркуется у обочины, и я оборачиваюсь, чтобы её разбудить:

— Келисс?

Она бормочет что-то невнятное и снова засыпает. Я смотрю на Делко; он нервным жестом проводит рукой по лицу.

Он устал.

Как и я, он просто хочет, чтобы этот вечер закончился.

Я выхожу из машины, открываю заднюю дверь и осторожно трясу Келисс за плечо. Наконец она просыпается.

— Мы приехали, — шепчу я.

Она кивает и неуклюже выбирается из машины. Едва не падает на тротуар; я подхватываю её в последний момент.

Я поднимаю глаза на Делко, который наблюдает за мной.

— Я провожу её.

Он кивает и отворачивается к лобовому стеклу, словно осматривая окрестности.

Я с трудом тащу Келисс до её комнаты на втором этаже. Сара наверняка уже спит, но я не волнуюсь за Келисс — она разберется. У меня такое чувство, что ей не привыкать.

Я тихо стучу в дверь, пока полусонная Келисс виснет у меня на плече. Сара открывает почти сразу.

— Ты не спишь? — спрашиваю я, пока она отходит, пропуская нас.

Запах ладана ударяет в нос, когда я вхожу в их студию. В углу работает маленький телевизор, на экране застыл кадр из фильма.

Сара вздыхает за моей спиной, закрывая дверь.

— Я никогда не сплю, пока Келисс нет дома.

Я улыбаюсь. Это мило.

Сара указывает на вторую кровать, рядом со своей.

— Бросай её туда.

Я тихо смеюсь, опуская Келисс на матрас. Снимаю с неё туфли и накрываю пледом.

Когда я оборачиваюсь, Сара уже сидит на своей кровати и улыбается мне. Её хиджаб накинут более небрежно, чем обычно — похоже, она надела его в спешке, прежде чем открыть мне дверь.

— Спасибо.

Я киваю.

— Не за что.

— Вы хорошо повеселились? — спрашивает она.

Я бросаю взгляд на её фильм, застывший на паузе, и пожимаю плечами, пока в памяти снова всплывают неприятные кадры этого вечера.

— Я уверена, что вечер за хорошим фильмом был бы куда лучше. Поверь мне, ты ничего не потеряла.

Сара усмехается, встает и обнимает меня.

— О, я в этом и не сомневалась, — подкалывает она.

Я обнимаю её в ответ, наслаждаясь тонким ароматом жасмина, исходящим от неё.

— Я пойду. Он ждет меня…

Мне не нужно уточнять, о ком я говорю. Теперь они всё знают. Или почти всё…

— Хорошо, спокойной ночи.

— Тебе тоже, — улыбаюсь я.

Мне кажется, я вот-вот рухну от усталости, когда наконец переступаю порог своей квартиры. Делко идет следом, буквально по пятам.

После того как мы высадили Келисс, мы не поехали к нему — мой дом был ближе. И хотя мне не по себе от того, что весь его «арсенал» теперь у меня — эта сумка с бог знает чем и его пушка, — я позволила ему остаться.

Для него не могло быть и речи о том, чтобы оставить всё это в моей машине. Но он позаботился о моем спокойствии и спрятал свои инструменты из ночных кошмаров в кладовке.

Тем временем я ушла в ванную, чтобы принять горячий, спасительный душ.

Вода обжигает ступни, когда я встаю на поддон, но это ничто по сравнению с ломотой в теле и болью в ногах после целой ночи на каблуках. Я поджимаю пальцы, словно массируя их, и блаженно вздыхаю. Я провожу под струями воды долгие минуты, ожидая, что Делко присоединится ко мне, и намеренно оттягиваю момент выхода.

Есть что-то в душе или в ванне такое, что приостанавливает время и дарит передышку. Кажется, будто снаружи ничего не происходит и мир замер, ожидая, пока ты закроешь краны, чтобы снова начать вращаться.

Спустя вечность я выныриваю из своих мыслей, вспениваю шампунь на волосах и намыливаю кожу гелем, мягко массируя живот, чтобы прогнать последние остатки тошноты.

Смыв пену, я выключаю воду и выхожу из душа, завернувшись в мягкое махровое полотенце.

Теперь всё стихло. Только последние капли, падающие из лейки душа, нарушают давящую тишину моей маленькой квартиры.

Я замираю и прислушиваюсь.

На мгновение мне становится страшно: а вдруг Делко ушел, пока я была в ванной?

Ком тревоги подступает к горлу. Я бы поняла, если бы он захотел запереться у себя после всего, что случилось — после того, что он только что сделал…

Но он бы предупредил меня. Конечно.

Я осторожно выхожу из ванной и иду в спальню.

Делко сидит на краю моей кровати, молчаливый, выглядящий почти подавленным.

Испытав облегчение от того, что он всё еще здесь, я хмурюсь, чувствуя, как расслабляются плечи.

Мне почти стыдно за мысль о том, что он мог бросить меня, даже не попрощавшись.

Он поднимает голову, услышав мои шаги, и его взгляд буквально прошивает меня. Я откашливаюсь, пытаясь прогнать остатки тревоги из желудка.

Теперь я всерьез беспокоюсь за его состояние.

Всё дело в моем отце и в том, что он не смог вспомнить свой грех?

Я вздыхаю, подходя к нему и плотно прижимая полотенце к груди.

— Всё в порядке? Почему ты не пришел ко мне? — спрашиваю я, вставая прямо между его разведенных коленей.

Делко бросает короткий взгляд в сторону коридора, понимая, что я о душе. Он качает головой, глядя на свои сцепленные руки. Затем разжимает их, обхватывает меня за бедра и притягивает к себе.

— Я думал, тебе нужно побыть одной.

Я хмурюсь, а затем криво улыбаюсь. Я понимаю, что это больше похоже на гримасу, чем на улыбку.

Я усмехаюсь.

— Почему?

— Из-за того, что я сделал, — говорит он, пожимая плечами, будто ответ очевиден.

Взгляд, который он бросает на меня снизу вверх, внезапно становится неуверенным.