Чтение онлайн

Дав себе слово больше никогда не жаловаться коллегам, ибо страшно представить, что было бы, если б я пожаловался на головную боль, я отправился приводить себя в порядок.

Первым делом нашел флакон с опохмеляющим зельем, которое изобрел в суровые студенческие будни, и осушил одним глотком. В голове немного прояснилось, и я нетвердой походкой отправился в ванную. Сунув голову под струю ледяной воды, напряженно пытался вспомнить, что вчера было.

Память радостно вышла из тумана, подгоняемая сзади пинками недремлющей совести.

Как оказалось, в десять вечера мои коллеги решили устроить продолжение банкета у меня дома. Где был в это время я и почему не успел возмутиться, ни науке, ни моей памяти неизвестно. Зато об этом оказалась прекрасно осведомлена моя совесть. В этот момент я валялся под столом в обнимку с Александром, и мы задавали друг другу вечный вопрос: 'А ты меня уважаешь?'. Я Сашу уважал, он меня - нет. На вопрос 'почему?', ответил кратко: 'Я из-за тебя сто рублей проиграл'.

Не знаю, чем бы закончилась наша содержательная беседа, но именно в этот момент ребята решили отправиться ко мне домой. Нас с Сашей вытащили из-под стола, наскоро приведены в чувство, то бишь в аквариум помакали, для 'освежения головы'. Судя по невозмутимой реакции рыбок, способ проверенный и не раз испытанный на работниках данного агентства. И после водных процедур мы дружной толпой двинули на автобусную остановку.

Через пятнадцать минут, когда до остановки оставалось всего ничего, шеф вспомнил, что на работу он ездит на машине, в которую поместятся все, и не надо будет толкаться в автобусе. Вовремя вспомнил, ничего не скажешь Не долго думая, мы пошли обратно.

Когда вернулись, Вик вспомнил, что водить машину в нетрезвом состоянии запрещено законом. Дружно почесав затылки, решили, что мы все-таки добропорядочные граждане-некроманты нашей страны, развернулись и снова поползли в сторону заветной остановки. Во время этой прогулки мы с Александром немного протрезвели, и в мою квартиру вошли уже без посторонней помощи. Точнее, вползли.

Вик, как самый прямоходящий из нас, побежал в магазин за выпивкой, поскольку оказалось, что и с закуской, и с алкоголем в моем холодильнике напряженка. Вернулся он не скоро, примерно через полчаса. Оказалось, что на выходе из магазина его остановили два человека в форме, - хвала Костлявой, не белые, - и потребовали документы. Один из них уже с блаженной улыбкой подсчитывал, сколько можно стянуть с добычи за нахождение в общественном месте в нетрезвом состоянии, а у второго азартно блестели глаза, когда он смотрел на пакет водки и закуси к ней, которую предстоит изъять у задержанного. Но после того, как они увидели удостоверения работника агентства 'Аид и Ко'... Сколько разочарование было на их лицах. Кто ж в здравом уме и свежей память полезет выяснять отношения с пьяным некромантом? Да ещё из агентства 'Аид и Ко'? Камикадзе нет, все в этом агентстве и работают. Так что Вик в целости и сохранности доставил ценный багаж. Что было потом, не знала даже совесть.

Зелья начала действовать, и после совести проснулся зверский аппетит - побочный эффект моего чудо-лекарства.

Готовя завтрак, я пришел к выводу, что вариантов развития дальнейших событий могло быть только два.

Первый: через пару тостов мы с Александром вернулись к прерванному разговору о вечном и поэтому быстро выбыли из всеобщего веселья. Кулак в челюсть, и спокойной ночи, малыши.

И второй: как самый неопытный в нелегком деле 'пить и не пьянеть', я выбил из 'игры' ещё до продолжения прерванного разговора. Почему я так решил? Синяк под глазом отсутствует, как и под любой другой частью моего многострадального тела.

Подхватив тарелку с подгоревшей яичницей, я вернулся в гостиную и наткнулся на заваленный грязными тарелками стол.

И тут наконец-то проснулся мозг.

Стол. Ноут. Ёша.

Файлы!

Вот так и прокалываются великие и не очень комбинаторы. Потому что ноута на столе не было.

Бросив тарелку на стол, судорожно заметался по комнате в поисках пропажи, костеря на чем свет стоит шефа, решившего обмыть боевое крещение подчиненного, поившего меня 'теневика' и других нетрезвых коллег, завалившихся на дом к новичку.

Вот и куда делся этот кусок железа, пластмассы и микросхем?!

Через пять минут квартира лежала в руинах. Перевернутые вверх ножками кресла печально скрипели, диван был трижды разобран, ящики всех шкафчиков безжалостно выпотрошены на пол, шкаф простукан в поисках тайников. А я на полном серьезе рассматривал паркет, даже не представляя, куда спьяну засунул чертов ноутбук. И гнал от себя мысли, что его прихватили вчерашние налетчики-собутыльники. Иначе здравствуй, одежда в полоску, небо в решетку.

Возмущенно зазвенел телефон. Похлопав по карманам и не обнаружив источник противного звука, с ужасом посмотрел на возникший в комнате Эверест из всевозможных вещей.

Раскопки заняли добрых пятнадцать минут, сопровождаемые матом соседа слева, разбуженного воплями телефона и моими шумными поисками. А когда я нашел противно звеневший аппарат, экран телефона несколько раз мигнул и 'умер', явив мне рожицу с рожками и высунутым языком.

– Мелкий, не доводи до греха, - проникновенно попросил обидевшегося Ёшу.
– Покажи, куда я дел ноут, и обижайся, сколько влезет.

Рожица угрозой не прониклась.

– Пожалуйста. Торжественно клянусь, что начинаю трезвый образ жизни!

Экран мигнул, и на нем появилась большая красная стрелка, указывающая куда-то в сторону кухни. Одолеваемый нехорошим предчувствием, я последовал указаниям импровизированного 'навигатора'.

К счастью для меня, ноутбук никто не украл. Похоже, даже в невменяемом состоянии я помнил, что его посторонним лучше не показывать, и решил его спрятать.

И в трезвом состоянии я бы в жизни не угадал, куда.

Обалдело уставился на газовую плиту, на которую недвусмысленно указывал Ёша.. И наконец-то вспомнил, куда я спрятал ноут.

В духовку.

Хорошо хоть не в бачок унитаза. И какое счастье, что Василия так и не пустили на кухню, доказать, что его еду есть можно, а магазинную дрянь - нет. Вот бы коллеги удивились, увидев содержимое моей духовки.

Забрав ноутбук, я вернулся в гостиную и сел на диван, включив неуловимую железку.

С места не сдвинусь, пока не увижу, что Ёше удалось найти.

К моему разочарованию, информации было не густо. По крайней мере, сначала мне так показалось. Но стоило внимательнее вчитаться в то, что прятали маги под грифом 'секретно', как вопросы возросли в геометрической прогрессии.

– Что за ерунда?
– пробормотал, не веря своим глазам.

'16 октября 2012 года.

Антон Вихрев, обвиняемый в пособничестве чернокнижникам во время Серой войны, проведении запрещенных ритуалов и государственной измене, умер в зале суда. Дежурный целитель подозревает убийство с помощью метки пожирателя. На месте происшествия найдена аура неизвестного некроманта. Личность устанавливается. Слепки аур лиц, которых надлежит исключить из числа подозреваемых, прилагаются'.