Чтение онлайн

– Именно, Коленька, - призрачная женщина тяжело вздохнула, с трудом отведя взгляд от снимков, где она - уже не молодая, но все ещё полная сил и главное - живая, с улыбкой победительницы стояла на широком подиуме в окружении своих моделей.
– Не смотря на солидный для дамы возраст, я все ещё могла дать сто очков форы любой расфуфыренной молодке, возомнившей себя непризнанным гением. Уверена, ещё пару лет я бы точно продержалась на модном олимпе Мирославля..., но жизнь распорядилась иначе, - леди Роза поправила несуществующие складки призрачного платья и беззаботным тоном продолжила: - Но не будем о грустном. Ты ведь хотел о чем-то спросить?

Леди не спрашивала, скорее, утверждала, внимательно рассматривая меня прозрачными глазами. Мудрыми и немного грустными, как у всех призраков, которые понимали, что никогда больше не почувствуют вкус любимого блюда, запах распускающих весной цветов и не ощутят угасающего тепла осеннего солнца. И в тоже время не были готовы проститься с миром живых, уйти за грань, в страшащую их и простых смертных неизвестность.

– Мир моды тесно связан с миром сплетен, - я отвел взгляд, не желая расстраивать леди Розу своим сочувствием. Призраки не любят, когда их жалеют.
– Мама говорила, что леди Розалинда Освальд - первая сплетница Мирославля.

Дама в экстравагантной шляпке широко улыбнулась, ни капли не обижаясь на такое прозвище. Наоборот, она словно заискрилась от удовольствия, услышав признание и этой грани своих талантов.

– Верно. И остаюсь ей, даже после физической смерти, - с некоторым превосходством и лукавством подметила леди Роза, жестом отогнав от меня рыжего котяру, бессовестно пытавшего грызть мою обувь.

– Вы же привязаны к этому месту, - я выразительно указал на силовые канаты, тянувшиеся от призрака во все углы комнаты.

– Не совсем. Магистр Серафима - моя давняя подруга и должница. Сделала для меня парочку лазеек. Пока этот олух, мой зятек, отдыхает на Ибице, я активно слежу за жизнью элиты Мирославля. Даже белые маги не догадываются об этом, - леди усмехнулась, наслаждаясь моим удивлением.
– Что ты хочешь узнать?

Что ж, если верить маме, леди Розалинда питала слабость к некромантам и постоянно вращалась в их кругах. Интересно, пристрастие сохранилось и после смерти?

– Антон Вихрев, - все же решил попытать удачу.
– Его обвиняли в пособничестве чернокнижникам. Но потомственные некроманты ненавидят и презирают черных всем сердцем. Что заставило гениального ученого, лучшего мага-теоретика связаться с врагами?

После моих слов леди снова загрустила, печально выдохнул:

– Антон... бедный мальчик, я помню его ещё ребенком. Совсем потерял голову от горя. Говорят, после смерти жены он тронулся умом. Стал одержимым идеей вернуть её из мира мертвых.

– Но это невозможно, - Антона Вихрева, отца моего друга детства Матвея, было жаль. Пусть я и не знал главу семьи Вихревых лично, папа всегда уважительно о нем отзывался. Говорил, что более верного друга и талантливого мага он не встречал. Но в какой-то момент Антон отдалился от всех, замкнулся и заперся в родовом поместье. Теперь ясно, почему.

– Чернокнижники так не считают. Эти их Врата, построенные в Заповедном лесу - они верили, что душу мертвого можно вернуть с их помощью. Но просчитались, белые повязали их раньше, чем эксперименты увенчались успехом.

Снова начала болеть голова.

Я устало потер виски, не понимая, что могло спровоцировать новый приступ мигрени. Не вызов же духов животных, в самом деле? Это с поднятием зомби у меня проблемы, надорваться - раз плюнуть.

– А кто такие пожиратели?
– задал последний вопрос, мучавший ещё с утра, когда я впервые столкнулся с этим термином в записях белых магов.

Леди Роза бросила на меня удивленный взгляд:

– Страшилка, которой пугают детей, даже маленьких некромантов. Редкий дар семьи Брастов, этих подлых гиен, без малейшего представления о чести и вкусе. По легенде, с помощью этого дара можно ставить невидимые метки на ауру жертвы и убить в любое время, на любой расстоянии лишь силой мысли. Но все это вымысел.

Вот только белые маги так не считали...

Глава 4, в которой выпускник связывается с магичкой-экспериментаторшей, получает материальную совесть и сталкивается с новыми-старыми врагами

Наученный горьким опытом пробуждений предыдущих трёх дней, решил все-таки навести порядок в своей квартире. За недолгое время моего пребывания в Мирославле, я умудрился превратить новый дом в настоящий свинарник. Правда, не без посторонней помощи, но факт остается фактом: найти на этой свалке хотя бы чистые носки оказалось невозможно.

Поэтому, возвращаясь с работы, зашел в магазин бытовой химии с твердым намерением навести порядок в своей берлоге. Цена многих товаров немного остудила мой пыл. Но, вспоминая сегодняшнее пробуждение, я решил не мелочиться. Видели бы вы квадратные глаза продавщицы, когда я притащил к кассе тележку, битком забитую всевозможными вариантами продукции типа 'Доместос', 'Туалетный утенок', 'Персил', 'Галла' и т.д. А какие треугольные глаза были у меня, когда я увидел общую цену своих 'богатств'. Четыре моих повышенные стипендии за последний курс! Половина товаров моментально вернулась на полки магазина, а другая половина была неаккуратно сложена в прочные разноцветные пакеты с эмблемой магазина. Как я донес два пакета с продуктами бытовой химии через три квартала - науке не известно. Но зрелище оказалось не для слабонервных.

Идет, точнее, передвигается зигзагами, по улице худой, как палка, парень, согнувшись в три погибели под весом двух больших пакетов, которые весят, как десять таких, как он. На лице - только один вопрос 'Сломаюсь или не сломаюсь?'

Некоторые особо добрые прохожие предлагали помощь. Но, стоило мне назвать адрес, как от меня тут же начинали шарахаться, нервно при этом крестясь. Одна бабуля-'божий одуванчик' даже водой облила и с воплями 'изыди, нечисть!' так шустро припустила в сторону церкви, что у бегущих неподалёку спортсменов отвисла челюсть. Бабулька явно шла на мировой рекорд. Эх, какие спортсмены пропадают!

После этого помощи от сочувствующих прохожих я больше не принимал. В очередной раз забыл, что живу в резервации..., то есть районе магов и некромантов. А люди до сих пор к нам не могу привыкнуть. Память предков, ещё тех, кто во времена святой инквизиции жил, чтоб её!

Но на этом мои злоключения не закончились. Стоило добраться до заповедной многоэтажки и поприветствовать вахтершу с неизменным желтым питоном на плечах, как меня настиг ещё один удар судьбы. В доме, который находиться чуть ли не в самом элитном районе Столицы и битком набитый магами, не работал лифт. Вот тебе и 'куда я попал, где мои вещи'.

Пришлось, стиснув зубы, ползти на пятый этаж. В конце концов, я дополз до своей квартиры и втащил внутрь пакеты с орудием труда всех уборщиц и домохозяек. Оставив пакеты на кухне, я пошаркал в гостиную - набираться сил перед предстоящим подвигом. Как хорошо, что в свинарник я успел превратить только эту комнату!

Через полчаса, собравшись с духом, я приступил к уборке. Все грязные вещи отправились в стирку, чистые - в шкаф. Скатерть, после тщательного обследования, отправилась за грязными вещами. Жирные пятна от шпрот явно не смахивали на элемент декора.