Неписанная любовь
Шрифт:
Я мог бы провести целую вечность между ее бедер, и все равно этого было бы недостаточно.
Даже близко нет.
Ее ногти впиваются в покрывало, когда она кончает, и я улыбаюсь, глядя, как ее идеальный мир рушится из-за меня.
Ублажать ее — мой новый наркотик. Кайф, который не похож ни на что, что я когда-либо чувствовал раньше, и я хочу преследовать ее до конца своих дней.
Точно так же, как я буду преследовать ее до конца света и обратно, потому что я люблю ее.
Она замирает, а я надеваю на себя презерватив и ползу по ее телу, пока наши рты снова не сливаются воедино. Сначала она целует меня нерешительно, запятнанная вкусом своего освобождения, но затем ее язык вырывается и проводит по моей нижней губе, заставляя меня вздрогнуть.
Я выпрямляюсь и медленно погружаюсь в нее. Ноги Элли обхватывают мою талию, еще больше открывая ее для меня, а ее пятки упираются мне в поясницу. Я закрываю глаза, и мое тело содрогается, когда я проникаю в нее дюйм за дюймом, пока со вздохом не опускаюсь полностью.
Я хочу, чтобы этот момент длился как можно дольше. Хочу наслаждаться выражением обожания на ее лице и чистым чувством радости, которое нарастает в моей груди, когда я понимаю, что могу чувствовать себя так всю оставшуюся жизнь, если только не буду мешать себе.
Она гладит меня по щеке, и я открываю глаза и вижу, что она смотрит на меня снизу. При таком освещении ее лесные глаза кажутся скорее карими, чем зелеными, а темнота радужки подчеркивает более глубокие тона.
Я быстро целую ее в лоб, а затем медленно отстраняюсь. Мой член блестит на свету, полностью пропитанный ее возбуждением, и я на несколько мгновений отвлекаюсь на вид того, как я погружаюсь в нее, прежде чем она возвращает мое внимание к своему лицу.
Я обхватываю ее голову руками, удерживая на месте, пока я медленно ввожу и вывожу свои бедра из нее. Секс в такой позе кажется интимным. Как будто я обнажаюсь перед Элли, и мне некуда спрятаться, пока между нами нарастает наслаждение.
Я поднимаюсь на колени и углубляю позицию. С каждым движением бедер Элли отползает назад, и я обхватываю рукой ее горло, удерживая на месте.
Ее дикие глаза мечутся между моим лицом и членом, когда я ускоряю темп, а ее пятки впиваются в мою спину. Давление нарастает у основания моего позвоночника, мои яйца напрягаются, но я отказываюсь сдаваться, пока Элли не кончит первая.
Мои пальцы на ее шее сжимаются сильнее, а ее глаза закатываются на затылок, когда я меняю угол наклона, попадая в то место, которое заставляет ее пальцы впиваться в мое бедро достаточно сильно, чтобы оставить следы.
Я толкаю ее бедрами, заставляя ее тело содрогаться от каждого толчка, и она отвечает протяжным стоном и еще несколькими царапинами на моих бедрах.
— Mi estrella (Моя звездочка).
Она вздрагивает подо мной.
— Тебе нравится, когда тебя называют моей звездочкой?
Она качает головой.
— Мне нравится, когда ты называешь меня своей.
Я наклоняюсь вперед, и наши губы оказываются в сантиметре друг от друга.
— Если это не было очевидно, то позволь мне объяснить все предельно ясно. Ты моя, Эль. Во всех смыслах этого слова, с этого момента, потому что я люблю тебя.
— Скажи это еще раз.
Я отстраняюсь, только чтобы снова войти в нее.
— Я люблю тебя.
Слеза скатывается по ее лицу.
— Я люблю каждую вещь в тебе, — я двигаю бедрами, заставляя ее задыхаться. — Твой разум. Твои шрамы. Но больше всего — твое сердце.
Дрожащей рукой она прижимается к моей щеке и смотрит на меня блестящими глазами, полными надежды.
— Я тоже тебя люблю.
С последним толчком она испытывает оргазм, с криком сжимая мой член. Я не прекращаю двигаться, мои толчки становятся все более отчаянными, пока она не оседлает волну удовольствия.
Несмотря на желание трахать ее, пока не взойдет солнце, я физически не могу больше сдерживаться, и мой разум, тело и душа разлетаются на куски, когда я кончаю. Мои яйца болят от потребности освободиться, и кажется, что это длится вечно.
В конце концов, когда мой член перестает дрожать, я со вздохом падаю на нее сверху. Ее дрожащие пальцы перебирают мои волосы, посылая по позвоночнику вспышку удовольствия.
Я могу привыкнуть к этому.
К ней и к любви, которую она с такой готовностью дарит.
И к любви, на которую я хочу ответить взаимностью, потому что она — та, без которой я не представляю жизни.
Глава 60
Элли
Поскольку завтра Коул приезжает играть на местной лондонской сцене, мы с Рафаэлем проводим его единственный день здесь, исследуя город. Мы посещаем несколько известных достопримечательностей, исследуем Риджент-стрит и дорогие магазины, тусуемся в местном пабе, а затем возвращаемся в отель, чтобы подготовиться к ужину.
Когда мы возвращаемся в номер, я в шоке обнаруживаю три новых пакета из «Liberty London» на маленьком столике рядом с нашей кроватью.
Я поворачиваюсь лицом к Рафаэлю.
— Скажи, что ты этого не делал.
— Я собираюсь быстро принять душ и побриться, — бесстрастно говорит он и направляется в ванную.
В предвкушении я разворачиваю первую коробку и обнаруживаю то самое платье, которое примеряла в магазине. Я сказала Рафаэлю, что оно не стоит этих денег, и до сих пор остаюсь при своем мнении, но, очевидно, он с этим не согласен. Роскошное платье было с огромным ценником, который ассоциируется у меня со свадебными и бальными платьями, и у меня возникло искушение попросить его вернуть платье, пока у меня не было возможности его испачкать, но я передумала.
Рафаэль может воспринять мою просьбу как оскорбление в свой адрес, а у меня не хватит духу испортить его грандиозный жест своей неуверенностью.
Даже если это означает надеть гламурное платье стоимостью в два ипотечных платежа моих родителей.
В следующей коробке — пара туфель на каблуках, на которые я засмотрелась, причем моего размера, а в последней коробке — то, на что я сегодня даже не взглянула.
Золотая заколка для волос в форме падающей звезды, которая, как я собираюсь притворяться, сделана из поддельных камней, а не драгоценных.