Неразрывная цепь
Шрифт:
Три пилотируемых запуска «Скайлэб» были назначены к стартовому столу 39B. Поскольку ракета «Сатурн IB», которая должна была вывести экипаж на орбиту, была значительно короче «Сатурна-5», всю конструкцию собирали на подставке, которую мы называли «табуреткой для дойки». Это позволяло по-прежнему использовать существующие кабельные башни и мобильную сервисную конструкцию для обслуживания корабля «Аполлон».
Нумерация миссий «Скайлэб» немного сбивала с толку непосвящённых. Беспилотный полёт, выведший на орбиту саму станцию, именовался «Скайлэб-1». Первый пилотируемый полёт с экипажем из Пита Конрада, Джо Кервина и Пола Уэйца официально назывался SL-2, однако сами экипажи называли его «Скайлэб-1». Следом шли SL-3, известный как «Скайлэб-2», и SL-4, известный как «Скайлэб-3».
В Хантсвилле инженеры и астронавты работали в огромном бассейне, известном как «нейтральная взвесь», отрабатывая процедуры ВКД, которые потребуются для ремонтных работ. Одновременно в Хьюстоне изготавливался специальный ящик для транспортировки теплового зонтика. Как он будет выглядеть, мы понятия не имели. У нас были его основные габариты — примерно 30 на 45 сантиметров и около 90 сантиметров в длину — и больше ничего. Мы знали, что его загрузят в командный модуль и разместят под средним ложементом, но и только.
Запуск экипажа Конрада был назначен на май. В НАСА беспокоились, что «Скайлэб» медленно поджаривается под солнечным излучением, и все — от Космического центра Джонсона до Космического центра Кеннеди — торопились с запуском. «Сатурн IB» стоял на стартовом столе, обратный отсчёт начался, а ящика с зонтиком мы так и не видели. Более того, он не появился даже после заправки. Его везли самолётом на полосу здесь, на мысе, и мы нервно ждали его прибытия.
Когда ящик наконец прибыл, его немедленно доставили к стартовому столу B на машине охраны с особым разрешением. Оказавшись в белой комнате, мы впервые увидели серый алюминиевый контейнер. Мы сразу принялись укреплять его под ложементами с помощью ремней и литых металлических кронштейнов. Установить ящик на место было немного неудобно, но мы справились. Однако в ходе затягивания ремней один из кронштейнов сломался. У нас появилась проблема.
Не желая разглашать подробности на весь свет, я вызвал по гарнитуре Скипа Шовена и попросил его «перейти на чёрный телефон». Это была маленькая кодовая фраза, заранее условленная на случай, если нам нужно поговорить конфиденциально. У меня в белой комнате чёрного телефона не было, и Скип понял: я хочу переговорить по одному из немониторируемых каналов. Но Джордж Пейдж тут же вышел из себя.
— Какого чёрта у вас там происходит? У него нет чёрного телефона!
Исторический запуск Mercury-Redstone 3 с Аланом Б. Шепардом на борту. Вдали виден бункер стартового стола 5 и то, как он выглядит сегодня (снизу).
Стартовый стол 14 и запуск Mercury-Atlas 6 с Джоном Гленном на борт орбиты Земли. Сегодня у подножия рампы стоит мемориал в честь исторического полёта (справа). Башня обслуживания снесена.
Групповой снимок наземного расчёта у стартового стола 14. Астронавты Джон Гленн и Скотт Карпентер стоят в центре на переднем плане. Гюнтера можно разглядеть вторым слева в первом ряду — в своих фирменных очках в роговой оправе.
Стартовый стол 19 перед запуском Gemini-Titan 5. При опущенном подъёмнике белая комната не видна. На вставке — бункер стартового стола 19, слева виден кабинет Гюнтера.
Аэрофотосъёмка стартового стола 34 в начале программы «Аполлон» — он расположен на возвышенности к северу от стартовых столов программ «Меркурий» и «Джемини».
На снимке слева — запуск «Аполлона-7» на ракете «Сатурн IB» фон Брауна. Фотография сделана из-за бункера, который виден в центре на переднем плане снимка выше.
Бункер ощетинился камерами и перископами и стоит удивительно близко к стартовому столу.
От стартового стола 34 сегодня осталась лишь бетонная конструкция, которую можно увидеть у основания красной башни прямо над бункером.
На конструкции закреплена мемориальная доска в честь экипажа «Аполлона-1».
Гюнтер едет вместе с ракетой «Аполлон — Сатурн V» на вершине огромного мобильного пускового устройства. Перевозка к стартовому столу шла со скоростью 1,6 км/ч и вызывала резонансные колебания в башне и ракете. Эта вибрация пугала водителя внизу, но для Гюнтера вершина мобильного пускового устройства в день вывоза ракеты была любимым местом.
Один из членов стартового расчёта разбирает перчатки для астронавта Джима Макдивитта, командира «Аполлона-9». Гюнтер делает пометки справа от Макдивитта.
Гюнтер помогает астронавту Джону Янгу во время тренировки по программе «Аполлон». Другой член стартового расчёта держит вентилятор и кондиционер Янга. На переднем плане — аварийное дыхательное оборудование.
Директор Маршалловского центра космических полётов Вернер фон Браун беседует с Куртом Дебусом в центре управления запуском «Аполлонов» в Космическом центре Кеннеди.
Грандиозный «Аполлон — Сатурн V» покидает стартовый стол 39 с «Аполлоном-10» на борту, курсом к Луне. Белая комната и кабинет Гюнтера были отведены перед запуском.
По завершении демонстрационного испытания обратного отсчёта астронавты «Аполлона-11» Майкл Коллинз и Базз Олдрин покидают командный модуль, пока Гюнтер совещается с Нилом Армстронгом на заднем плане.
Легендарная «Трофейная форель», подаренная Гюнтеру Майклом Коллинзом прямо перед отлётом «Аполлона-11» к Луне. Рыба пролежала в морозилке Гюнтера несколько лет, пока таксидермист в Орландо наконец не обработал её методом сублимационной сушки.
Астронавт Фред Хейс и Гюнтер беседуют со специалистом по скафандрам Джо Шмиттом перед запуском «Аполлона-13». Обратите внимание: на комбинезоне Гюнтера эмблема Rockwell, тогда как все вокруг — персонал НАСА.
Гюнтер и расчёт закрытия фотографируются на дамбе. На заднем плане на стартовом столе стоит «Аполлон-14». Как правило, расчёт состоял из шести человек, каждый из которых выполнял конкретную функцию.
Алан Шепард вручает Гюнтеру немецкую армейскую каску. Надпись на лицевой стороне гласит: «Полковник Гюнтер Клинк». Церемония транслировалась по всему миру и вызвала некоторое недовольство в штаб-квартире.
В последний раз Гюнтер занял своё любимое место в день вывоза ракеты — на вершине мобильного пускового устройства. К его удивлению, весь экипаж «Аполлона-17» поднялся вместе с ним, чтобы присутствовать при вывозе своего корабля.
Последний человек, ступивший на Луну, — Юджин Сернан — отрабатывает процедуры в ходе демонстрационного испытания обратного отсчёта «Аполлона-17».
Две модели, нанятые фотографом Джимом Лонгом, позируют рядом с орбитером Enterprise в день вывоза в Палмдейле. Гюнтер работал в Палмдейле на ранних испытаниях шаттла. (Фото: Джим Лонг)