Невыносим. Осколки правды
Шрифт:
Женщина скривила пухлые губы, покрытые бордовой яркой помадой, и медленно пошла к Самойловой. Ире требовался максимум концентрации, чтоб не запнуться и не упасть на грязную землю. Она плавно, всё так же по-кошачьи взяла стул, поставила его напротив девушки и вальяжно села.
В мыслях Поли проскользнуло восхищение: даже в такой ситуации Ирина выглядела просто божественно. Идеальный макияж, дорогой брендовый костюм, шикарные туфли. Даже тонкие часики на запястье ей показались настоящими, золотыми, хотя по факту были лишь искусной подделкой.
— Вот мы и увиделись снова, — с улыбкой проговорила Ира, зыркнула на парней за столом и строго рыкнула: — Вышли живо.
Охранники моментально улетучились. К счастью, звуки в кабинете сверху затихли, не мешая важному разговору.
Ирина собиралась высказать всё этой мелкой паршивке. Она уже год была любовницей Громова, ублажала его так, как только могла, стелилась перед ним. И что в итоге? Пинок под аппетитную задницу? Вот уж нет! На это она не соглашалась.
На самом деле женщина познакомилась с Алексеем не случайно. Их встреча была тщательно спланирована и сыграна “от” и “до”. Ира якобы случайно оказалась в клубе по приглашению знакомой, но у неё украли сумочку с телефоном и деньгами, поэтому она топталась около входа и строила из себя жертву. А подвыпивший Лёша заприметил стройную блондинку, вошёл в её ситуацию и подвёз. Конечно же, к себе, где и заставил её кричать от удовольствия всю оставшуюся ночь. Утром мужчина обнаружил весьма привлекательную женщину в своей постели и не стал отказывать ей во встречах. Следом пошли и подарки: сначала небольшие, после всё дороже и дороже. Уже через год, когда Громов осознал масштаб бедствия, вместо подарков женщина требовала деньги на квартиру, поездки за границу хотя бы пару раз в месяц, тонны украшений и брендовых шмоток. Всё то, чего мужчина обеспечивать не собирался. Если бы аппетиты Иры были чуть меньше, или если бы женщина работала утончённее, не так явно, то её милый бизнесмен вряд ли бы сорвался с крючка. Теперь же приходилось расхлёбывать.
Бывшая любовница понимала, что вернуть Лёшу можно одним способом: навсегда отвадить Полину от него. А для этого нужно всего лишь раскрыть глаза малолетней пигалице.
По крайней мере, Ира представляла себе всё так. Если уж ничего не получится, то женщина была бы рада просто развести влюблённых и знать, что Самойлова больше никогда не приблизится к Лёше, а тот в свою очередь будет страдать.
Поля уже не плакала: она замерла и смотрела на женщину широко распахнутыми глазами, словно перед ней сидел не человек, а находилось дикое животное, готовое к прыжку.
— Что вам нужно? — прошептала Самойлова. Девушка уже поняла, кто стоял за похищением, и чем она помешала женщине. Только никак не могла нащупать нить, ведущую к нормальному исходу.
— О, зайка, от тебя мне ничего не нужно, — оскалилась Ира. — Всего лишь хочу, чтоб ты послушала меня и узнала кое-что о твоём любимом. Готова?
Нет, Поля совсем не была готова. Однако другого выхода не находила.
— Ты ведь в курсе, что твой милый, — женщина выделила это слово особенно нежно, — стал за тобой бегать не просто так? Понимаешь, что у него есть определённая цель?
Девушка кивнула. Она и правда подозревала о таком, только никак не могла понять, что же понадобилось Громову от неё. А в итоге вообще решила забыть об этом предположении и сосредоточиться на настоящем. Они ведь вместе, что ещё нужно?
— Неужели? — искренне удивилась Ирина. — И ты знаешь, что это за цель? — заметив растерянность на нежном девичьем лице, бывшая любовница обрадовалась. Бордовые губы изогнулись в коварной ухмылке. — Тогда мне придётся тебя просвятить. Громов тебя не любит.
Слова больно ударили Полину в самое сердце. Она очень надеялась услышать что-то другое. Что угодно!
— Врёшь, — обиженно прохрипела Самойлова.
— Зачем мне врать? — приподняла брови женщина. — Громов напел теле в уши, чтоб ты не отказывалась от наследства. Ты же родственница Бессонова? Дочка, наверное?
Девушка скривилась.
— Он мне не отец, — плюнула Поля.
— Но наследство завещал, — пропела женщина и расхохоталась. — Ты знала, что Громов тоже что-то получает от Беса? Но только в том случае, если ты получишь свою часть. Его юрист обязался выдать часть наследства Громову сразу после того, как ты согласишься.
Полина яростно затрясла головой. Такого ведь не могло быть! Нет! Только не с Лёшей! Она любила его, он любил её, и никакое наследство, никакие деньги не влияли на их отношения. Бред!
— Не обольщайся на его счёт, — суро рыкнула Ирина и с улыбкой добавила: — Ты же в курсе, что он почти банкрот? Вот и приходится мальчику вертеться. С тобой встречаться, например. Но ты не бойся, как только срок давности у завещания истечёт, его любовь лопнет, как мыльный пузырь.
Перед глазами у Полины всё поплыло. Потому что хоть девушка искренне хотела верить в лучшее, где-то глубоко в душе понимала: Ира говорит правду. Врать ей незачем. А значит Громов — лживый козёл. И он заслуживал наказания.
9.4
Спидометр показывал двести. Алексей гнал за город — Ирина скинула точку в мессенджере и попросила поторопиться. Иначе… Что именно за “иначе” Лёша знать не хотел. Он надеялся на лучшее.
За окном мелькали деревни, которые постепенно сменились непролазным лесом: сплошные сосны, изредка пробиваемые берёзами и осинами. В голове у Громова была каша. Он никак не мог взять в толк, с чего вдруг Ира сорвалась? Они расстались. Да, не так красиво, но ведь мужчина не один раз пытался поставить точку в отношениях. И каждый раз нарывался на стену слёз, истерик и манипуляций. К тому же изначально он поставил вполне ясное условие: никакого брака, никакой серьёзности. Только секс, совместный отдых и приятное общение. С чего вдруг всё изменилось? Когда?
Он не сумел заметить хищную натуру Ирины, не опознал вовремя, что она “с приветом”. Адекватная бывшая не будет похищать человека ради… ради чего? Ради мести? Или она пыталась вернуть его? Странная затея в любом случае!
— Вот же стерва! — ругнулся мужчина, выворачивая руль и выезжая на небольшую просёлочную дорогу. Она поросла кустами, кое-где стояли маленькие осинки и сосны. Клиренс не позволял Лёше ездить по такому бездорожью, но он упорно ехал вперёд. Раньше он вообще старался не выезжать за город на своём авто — боялся повредить. Сейчас же он боялся только за Полину.
— Лишь бы была жива, — шептал мужчина.
9.5
Его встретили два охранника. К тому времени, как Громов подъехал к заброшенному заводу, Пёс уже спустился вниз, заперев Лиду наверху. Он стоял неподалёку от лестницы, ведущей к Баженовой, скрестив руки на груди и зло сверкал глазами. Но Ирина не обращала внимание на охранника. Она рассказывала заплаканной Полине все детали, которые смогла нарыть на Лёшу. Всё-всё.
С каждым словом любовницы девушка вздрагивала сильнее и задыхалась. Поля понимала, что всё сказанное — правда. Слишком жестокая, чтоб такое говорить лично в лицо. Она била наотмашь до головокружения.
Дверь со скрипом открылась, и внутрь влетел Лёша. Его глаза бешено метались от одной фигуры к другой, разыскивая ту, что была ему дороже всего. Он почти побежал вперёд, как вдруг услышал щелчок и предостерегающее тихое:
— Стоять.
Пёс моментально вытащил пистолет из-за пояса, снял с предохранителя и направил на мужчину. Громов замер, медленно поднял ладони вверх и уставился на Полину. Она в тот момент показалась ему настолько беззащитной, запуганной и хрупкой, что между рёбер противно заныло и засвербило.