Чтение онлайн

— И в чем подвох? — белоголовый чистильщик с подозрением смотрел на собеседника, не спеша давать свое согласие.

— Если проиграешь — не получишь ничего, и больше контрактов для тебя не будет, — жестко ответил Каасс. — Как говорится, пан или пропал. Рискнешь? Или правду говорят, что этот Шутник, еще будучи единичкой, умудрился навалять тебе как следует в трактирной драке и ты теперь его побаиваешься?

— Вот еще, бояться его, — тут же вскинулся Кейджи. — Много чести! Тогда он просто подловил меня, когда я был не готов, вот и все. Ладно, я согласен, кидай контракт. Деньги, опять же, неплохие…

— И вот еще что, — добавил Каасс вслед уходящему охотнику за головами. — Это ведь ты его друга прикончил когда-то? Надеюсь, ты знаешь о том, что он согласился участвовать в гладиаторских боях только ради встречи с тобой? Он мне сам об этом заявил, когда пришел ко мне после своего левел-апа на второй. Как думаешь, зачем ему это?

Кейджи замер у дверей, и глаза его холодно блеснули. Он инстинктивно напрягся и сжал кулаки, но потом взял себя в руки и неторопливо обернулся к Каассу.

— Я понял, — медленно ответил он. — Спасибо за предупреждение.

«И как так вышло то? — с горечью спрашивал себя Рон. — Нет, ну как я мог так лопухнуться, а? После того, как я буквально вырвал у Каасса этот поединок? После всей проведенной подготовки? Я ведь ни один бой этого Кейджи не пропустил, все его приемчики знаю назубок, и казалось бы — никаких неожиданностей быть уже не должно. И вот мы имеем то, что имеем. Одним словом, полная задница. Нет, я всего мог ожидать — что я его убью, или что сам погибну от его руки… Но чтобы все кончилось так???»

Его столь долгожданный поединок с Белоголовым Кейджи начался пятнадцатью минутами ранее, и любой хоть сколько-нибудь опытный зритель с легкостью мог понять, что этот бой разительно отличался от остальных. Пожалуй, он сильно напоминал поединки на Турнире, где основной и единственной целью является смерть противника. Различие было лишь в том, что в данном случае значительная часть умения бойцов была посвящена тому, чтобы не изранить оппонента, постепенно накапливая преимущество в бою, а сразу нанести такой удар, который не позволит проигравшей стороне сдаться. Такой, от которого уже не откачают.

Но, как известно, не всё и не всегда идет так, как планировалось, и иногда Боги словно в насмешку ставят своих созданий в такое положение, в котором те никак не ожидали очутиться. И теперь Рон стоял над своим поверженным противником, приставив к его горлу острие собственного двуручного меча, и не знал, что ему с этим делать. Лежащий на земле Кейджи боялся пошевелиться и даже дышал через раз, с ужасом ожидая мгновения, когда холодная сталь пронзит его горло и оставит его на белом песке Арены захлебываться собственной кровью. Однако время шло, а он все еще был жив. И причина этому заключалась не в нем, а в его сопернике.

Рон же неожиданно для себя обнаружил, что он не в состоянии просто взять и проткнуть мечом лежащего перед ним беспомощного человека. Нанести смертельный удар во время сражения — пожалуй, да. Убить кого-то, защищая себя или других — возможно. Но чтобы вот так? Его рука дрожала от напряжения, он последними словами ругал себя и вспоминал о погибшем друге, пытаясь настроиться на нужный лад, но безрезультатно. Сейчас, когда горячка боя уже прошла, он просто не мог себя заставить. Не мог — и все.

Между тем Кейджи, почувствовав колебания своего противника, все же рискнул подать голос.

— Эй, Рон, — осторожно начал он. Лезвие меча дрогнуло у его горла, и он замолк в испуге.

— Заткнись, — буркнул Рон, находящийся в совершейнейшем раздрае. — Если ты думаешь, что я позволю тебе сдаться…

— Нет, я не буду пытаться, — медленно произнес охотник за головами. — Я не самоубийца. Я лишь хочу объясниться.

Лезвие меча вновь дрогнуло, оцарапав ему шею, но все же не пронзило горло насквозь, и, собравшись с духом, он продолжил:

— Ты обвиняешь меня в смерти друга, не так ли? Но в том не моя вина. Он сам подтвердил контракт на бой, я его не заставлял. И он знал о риске.

Рон с ненавистью посмотрел на свою жертву и рыкнул в ответ:

— Еще скажи, что это не твой меч ему шею разрубил, и я точно проткну тебя насквозь, сволочь!

— Мой, — признал Кейджи. — Глупо это отрицать. Но я не собирался его убивать! Удар был простейший, его даже нулевка отразил бы. Откуда мне было знать, что он вдруг застынет на месте и ничего не будет делать? Я такого не ожидал — никто не ожидал. Это была случайность.

— Случайность, говоришь??? — возмутился Рон. — И Кристель на следующий день у тебя на коленях тоже случайно оказалась? Нет, ты убил его из-за девчонки, и не пытайся меня провести!

— Да нет же! — завопил белоголовый чистильщик. — Я тут ни при чем! Она сама пришла! Я что, отказываться должен был, а?

— Знаешь, мужик, ты просто жалок, — насмешливо фыркнул Рон. — Так хочешь спасти свою шкуру, что готов валить все на девчонку?

Кейджи с ненавистью скрипнул зубами и замолк. Между тем его противник, окончательно смирившись со своей неспособностью нанести финальный удар, отвел меч от его горла со словами:

— Ладно, сдавайся уже, и закончим этот фарс. Неохота даже оружие пачкать о такого слизняка, как ты.

— Я проигра… — медленно произнес охотник за головами. Рон, не дослушав, начал разворачиваться в сторону выхода… и тотчас крутанулся на носке, придав замаху дополнительное ускорение и вложив всю свою силу в удар. Сверкнувшее на солнце лезвие двуручника описало широкий полукруг и глубоко вонзилось в бок метнувшегося к нему чистильщика, разрубив его практически пополам. «Все-таки я его достал», — меркнувшим сознанием успел подумать Рон и рухнул рядом. Клинок Кейджи тоже достиг своей цели, вонзившись ему в шею и буквально на палец разминувшись с сонной артерией.

— Рон, очнись, ну же! Хватит собственный труп изображать! — откуда-то издалека послышался звонкий голосок. Он глухо застонал и открыл глаза. Фейка сидела рядом с ним на залитом кровью песке Арены и чуть не плакала. Рядом с ней валялся свиток исцеления, исчерпавший до дна свою магическую энергию и оттого потемневший и скукожившийся.

— Как ты? — тут же спросила она, заметив, что он очнулся. — Лежи, не вставай, сейчас носилки принесут.

— Хреново, — с трудом произнес он. — Как будто… из меня все жилы… выдернули. Разом. Перед глазами… звездочки. И голова сильно кружится.