Чтение онлайн

— Дай руки, — Илья вытер ее ладони и пальцы салфеткой, ухаживая за ней, как за маленькой девочкой. Она не злилась, не сопротивлялась, как обычно, желая в каждом слове, в каждом действии доказать всем, что она может все сама. Или доказать себе? Илья вложил в руку бутылку воды. — Много не пей, три небольших глотка, потом посиди.

— Хорошо, — Юля кивнула и посмотрела на Арнольда. — А ему ты воды не взял?

— Нет, он напился перед походом. Я с ним договорился.

В подтверждение его слов Арнольд демонстративно отвернулся от воды и бутербродов. Юля засмеялась, как ей показалось слишком громко, и зажала рукой рот. Илья сел рядом, немного попил и стал жевать бутерброд с сыром и колбасой, между которыми красиво спрятался листик салата. Острая горчица вместо масла на поджаренном хлебе, немного свежемолотого перца или это подземелье и темнота расшевелили голод внутри Юли, и она съела разом три бутерброда. Илья с трудом дожевал один.

— Я такая обжора! — весело воскликнула Юля, ей больше не хотелось прятаться, если бы их ждали, то точно знают, где они и что делают.

— Я знаю. Вот, положи к себе на всякий случай, — Илья высыпал из рюкзака козинаки и энергетические батончики.

— Зачем?

— Не знаю, просто сделай, как я прошу и все. Я думаю, что так будет правильно.

— Ладно, как скажешь. Но я же их все съем, и тебе не достанется! — для пущей убедительности она показала ему язык.

Илья рассмеялся и повел уставшими плечами, все же рюкзак был тяжелым, и она заметила, что он устал.

— Интересно, очень интересно, — Илья следил за маршрутом дрона, то и дело переключаясь на ИК-камеру. — Похоже, пути назад нет.

— Как это? — удивилась Юля, не ощутив ни капли тревоги, какая-то она стала спокойная, наверное, действительно надо было поесть.

— Видишь, вот наш старый маршрут. Так мы шли, а вот наш робот. Этих коридоров больше нет, они уходят в другую сторону и, по-моему, они гораздо длиннее. Мы столько не могли пройти. Все же мы двигались медленно, наша средняя скорость два с половиной километра в час, и это еще довольно быстро, мы нигде не стояли.

— Хм, раз здесь есть электричество, значит, мы не пропадем.

— В целом да. Тут даже розетка есть, можно пока аккумуляторы подзарядить, — Илья поставил планшет и телефон на зарядку. У него были еще запасные, массивный блок, оттягивающий лямки рюкзака.

Юля пожала плечами и достала свой телефон. Связи не было, да и какая тут может быть связь на такой глубине в бетонном мешке? Судя по интерьеру и розеткам с тумблером думать о ретрансляторах было бессмысленно. Юля поморщилась, недовольно взглянув на Илью — это из-за него она стала заумно думать, раньше бы ей это все в голову не пришло, бесилась бы, как и все, от того, что нет связи. Она выключила телефон.

— Ого! Максим к сети подключился! — Илья аж подпрыгнул на месте.

— Чего-чего? — Юля нахмурилась.

— Вот, смотри, — он показал лог-файл, Юля помотала головой. — Короче, мы с ним договорились, что когда пойдем вниз, то у нас будет общий доступ к моему дрону. Он и Леха взяли простой клиент, программа такая, полувоенная. Допилили его за вечер под мое ПО. Блин, проще говоря, я скинул ему ссылку на локальную сеть, ее сам дрон создает. И он подключился к ней, значит, он где-то рядом с дроном!

— Так ты что, сказал Максиму, куда мы пошли? — Юля хотела было стукнуть его, но сдержалась. — Извини, ты прав. Я сейчас понимаю, как все по-дурацки получилось. А он знает, где мы?

— Пока нет, мы можем только текстом обмениваться, проц у дрона слабый.

— Мне бы такое никогда в голову не пришло, — вздохнула Юля. — Не повезет твоей жене, будет все время чувствовать себя рядом с тобой дурой.

— Значит, не женюсь никогда, — хмыкнул Илья.

— Ну-ну, это мы еще посмотрим, — злобно прошептала Юля.

— Что ты сказала?

— Да так, проворчала что-то, не бери в голову.

Илья хотел еще что-то спросить, но не успел. В коридоре вспыхнул свет, и послышались тяжелые шаги, будто бы кто-то шел в чугунных сапогах и волочил за собой шестипудовую гирю на цепи. Сначала они слышали, что это шагает человек, тяжело передвигая ноги, с трудом подтягивая цепь, но потом резко, неожиданно нечто обретало четыре лапы и быстро громыхало к ним, играючи волоча гирю. Илья вскочил и схватился за молоток. Юля распихала батончики по карманам, она и забыла, что на толстовке были карманы с молнией. Рука нащупала монтировку, она хотела было встать рядом с Ильей, но он жестом отодвинул ее назад, а Арнольд показал зубы и еле слышно заворчал. Они приготовились биться за нее, она немного испугалась взгляда Ильи, брошенного через плечо. Он был совсем другой, глаза почернели, и ей показалось, что какая-то тень вошла в него через макушку, раскрывая заросший с младенчества родник, доисторический рудимент, где когда-то был глаз, первый глаз прародителя млекопитающих. И какая только глупость не лезет в голову, она вспомнила его шутки про третий глаз, что его всегда не там ищут, и стало спокойнее, а руки превратились в железную арматуру, пальцы надежно сжимали холодную рифленую сталь, готовясь нанести упреждающий удар.

В дверном проеме показалась девушка в кандалах. На ногах и руках висели ржавые цепи, ступни были обуты в железные башмаки, и к левой ноге прицепили железный шар. Девушка была обернута в серое полотно, похожее на саван, с грязной от запекшейся крови головы, лишенной волос, уродливо смотрели на них жуткие шрамы. Она не улыбалась, умные карие глаза смотрели на Илью и Юлю с сожалением, но без жалости.

— Ты все-таки пришла к нам, — прошептала девушка. Звук ее голоса напоминал затертую пластинку, будто бы кто-то вместо иглы насадил на головку ржавый гвоздь. — Я тебе показала, куда ты попадешь отсюда. Ты не сможешь убежать, брось эту железку, она тебе не поможет.

Юля вдруг почувствовала, что кто-то схватил ее за руку и вырвал монтировку. Инструмент отбросили в сторону, и он жалобно зазвенел на бетонном полу.

— Если в тебе и есть сила, то она не в оружии. Оружие тебя убьет. Я могу и не советовать тебе, но мне хочется, чтобы мы сражались честно. Ты единственная, кто зашел так далеко, не зря он в тебя верит.

Девушка засмеялась, и от ее смеха стало холодно, Арнольд зарычал, приготовился к прыжку. Девушка с интересом посмотрела на пса и Илью, сделавшего шаг вперед, вставая в позицию для удара. Как бы ни была она слаба и беззащитна на вид, ни у Юли, ни у Ильи не было сомнений, что перед ними враг, сильный и жестокий. Они видели это в ее глазах, в самодовольной усмешке красивых губ, немного приоткрытых, чтобы были видны длинные мощные клыки.

— Ты тоже сделал свой выбор. Твоя любовь сильнее, чем я думал, — девушка засмеялась и зарычала низким жутким голосом. — Вы еще не знаете, с кем вступили в бой! Он не сказал вам, он и не имел права сказать об этом. Ты не поняла, когда я убил твоего отца, ты должна была понять и отступить!

Девушка обнажила звериные зубы, глаза почернели, как и лицо. Она менялась, что-то внутри нее рвалось наружу, сдерживаемое телом, саваном и цепями.

— Смотри, смотри на меня! — ревела девушка, красивое лицо исказилось чистой ненавистью. — Смотри, смотри, как она умирала, как ты умрешь!

Девушка раскрыла саван, отбросив его в сторону. Ткань моментально сгорела в воздухе, черным пеплом зависнув над полом. На одно мгновение она стала вновь живой и красивой, с чуть вьющимися распущенными волосами, веселыми карими глазами и улыбкой. Илья опешил, опустив молоток при виде красивой обнаженной девушки, Арнольд заскулил.

Юля не хотела этого видеть, она пыталась закрыть глаза, поднять руки, прикрыть лицо, отвернуться, но ступор сковал ее, и она смотрела, смотрела, не мигая, проживая каждую секунду так долго, что нервы рвались на лоскуты. Девушка вырывала волосы, точнее это делал кто-то, кто-то другой, кого не было видно, с удовольствием садиста скальпируя ее. Потом он резал ее, долго, с наслаждением. Крик Сабины стоял у них в голове, парализуя, выпивая все силы до капли.