Чтение онлайн

Вошедший в этот момент Заяц обмер от восхищения.

Король стоял перед ним, выпятив бочкообразное пузцо из под одетого наоборот пиджака, с жилетом, застёгнутом на лице и без штанов.

— Не твой фасон, — констатировал Заяц — снимай.

Снимать, оказалось не проще чем одеть, хорошо что рядом был Заяц, он помог монарху разоблачиться и пообещал найти одёжку посподручней.

Сбегав в спальню к сестре, Заяц вернулся с просторным белым балахоном из грубого льна.

— Сеструха в отелье специально размер побольше заказала, — Заяц надевал балахон Королю через голову — а когда пришла за ним и померяла — большое на неё оказалось, так она такой скандал устроила, что ей бесплатно отдали. Тебе должно впору быть.

Балахон, действительно подошёл Королю по ширине, а, вот, в длину, едва, прикрывал колени. Но ничего выбирать не приходилось.

— Вот ещё, кое что имеется, — Заяц вытянул из сундука пару обуви — пынеходы! Я купил, когда твоё имущество распродавали. Ну как купил — украл, когда аукционист отвернулся, только мне они велики, на ты померяй.

Его Величество обул пынеходы и стал, будто бы, на пол головы выше и вдвое чванливей.

Заяц и посвежевший приодетый Король, державший подмышкой свою старую хламиду, вышли в гостиную и сели к столу.

Зайчиха смерила монарха взглядом, узнала свой балахон, но промолчала.

Наконец, Зайчиха начала подавать на стол. Яичница с салом в большой сковороде, голубцы со сметаной, салат из заячьей капусты с клевером, чёрный хлеб и банка варенья.

— Скудновато, — пожаловался Король.

— Не жри, — равнодушно посоветовала Зайчиха и запустила вилку в сковороду с яичницей.

— Нет, уж, позвольте, король ест первый! — Его Величество поддел вилкой голубец и закинул в рот, перепачкав усы и бороду сметаной — Фи! — скривился Король — рис и капуста — пища бедняков!

Зайчиха чуть не подавилась со смеху.

— Пища бедняков! Ха! — она утёрла усы — Разве, что эти бедняки у тебя во дворце побираются!

Король иронии не понял, но заметил за столом недостачу.

— А где моя греча? — спросил Его Величество с набитым ртом.

— Назавтра оставила, — Зайчиха не отрывалась от яичницы — на завтрак тебе подам.

— Ага, на завтрак всё будет, — поддержал сестру Заяц.

— А ты, братец, — обратилась она к Зайцу — давай — ка, отвернись харей от стола, а то, мне не очень — то охота жрать салат заправленный твоими слюнями.

Дело было в том, что Зайчик был жутко слюняв и при разговоре умудрялся всё орошать своей мокротой, что за столом являлось делом не самым приятным и нарушало гигиену.

Заяц, прихватив свою миску, недовольно развернулся на табурете спиной к столу, но спохватившись, скоро молвил:

— Сестрица, разреши нам, по — поводу гостя, макнуть по писюрику?

— Не надо мне писюрик макать, — отказался Король — я же, только, искупался!

— Я имею в виду, накатить по пятьдесят грамм освежительного напитка, — разъяснил Заяц.

— Ладно, — согласилась Зайчиха — сиди тут, не подсматривай! — она слезла с табурета и, сходив, куда — то в комнаты, вернулась, неся четверть наполненную прозрачной жидкостью, горлышко бутылки было заткнуто бумажной пробкой.

У Зайца засверкали глазёнки, он радостно потёр ладоши, принял у сестры бутыль, сбегал в буфет принёс две рюмки, поставил одну Королю, одну себе и откупорил бутылку.

Едучий тяжёлый запах самогона разнёсся по гостиной. Заяц налили себе и Королю по полной рюмке, они цокнулись и Заяц мгновенно проглотил свою порцию.

Король не спешил. Он внимательно разглядывал содержимое рюмки, потом осторожно поднёс рюмку к носу, слега вдохнул, сморщился, перекривился…

— А у вас нет, хотя бы, Хенесси? — спросил Его Величество, ответом ему было молчание — Я эту отраву пить не буду, — он отставил рюмку, разливая самогон по столу.

— Как хочешь, — сказал Заяц — а мы не гордые, — он одним движением опорожнил рюмку Короля и занюхнул лапой.

— А как же тебя с моим братом судьба свела? — завела разговор Зайчиха.

— Случайно, — отвечал Король, не забывая, уплетать голубцы — я дал указание моей шалапутной супруге, в виду, утраты мною королевства, пойти добыть для меня другое, сроку я ей дал до вечера, но какие — то разбойники меня изгнали с моей же земли и я пошёл куда глаза глядят, надеясь, естественно, что по пути супруга догонит меня и бросит новое царство к моим ногам, — он тяжело вздохнул — но она так и не появилась. Предала меня. Она всегда такая была, негодница. Меня, ещё, до свадьбы предупреждали, что хлебну с нею горя. Так и сталось. Никогда она доброты королевской не ценила. Понимала, что я — человек тонкого душевного состояния, чувствительный и ранимый, — Король громко срыгнул — и, постоянно, этим пользовалась, а я, по добросердечию, всё ей прощал. Вот и допрощался — остался сам один, без королевства… — Король ещё раз тяжело вздохнул — а в лесу мне встретились, трое моих преданных слуг и составили против меня заговор, с целью покушения на мою священную особу. Гонялсь за мной на танке с пулемётами! Ой — йо — йо!. — Его Величество быстро посмотрел на Зайца и Зайчиху и, изменившимся тоном, грозно забасил — Власть короля в такой ограде божьей,

— Да мы и так поняли, что убежал, — лениво зевнула Зайчиха — иначе бы ты тут не сидел. Дальше — то, чем ты заниматься намерен? Как будешь себе на пропитание добывать?

От наглости вопроса Король подавился голубцом, пустив из ноздрей сметану.

— Что значит «на пропитание добывать»? — негодовал монарх — Я — король! Короли ничего не добывают, им всё холопы подносят! Вот я, к примеру, у вас могу расквартироваться, а вы будете мне верно служить. Как вам идея?

— И не мечтай! — коротко отрезала Зайчиха.

— Не пойму? — удивился Его Величество — Что случилось? Я тридцать лет так жил, на иждивении у всей страны. Никто мне ни в чём не отказывал, а тут, вдруг, все как сговорились, никто прислуживать не хочет. Что с вами произошло? Я, ведь, тот же король, что и был, не узнаёте что — ли?

— Ну как тебе объяснить? — призадумалась Зайчиха — Вот как ты отличаешь призренного хлопа от достойного господина?

— Ясно как, — усмехнулся абсурдности вопроса Король — уж точно не по воспитанию, что те что те, когда козюли в носу ищут, руку по локоть в ноздрю запихивают, матерятся, тоже, одинаково, а как налакаются, в портки мочатся. Но я их не по этому различаю, а по вольво — мерседесам, коли есть свой выезд — значит господин, человек уважаемый.

— Ну, хотя бы, так, — кивнула Зайчиха — и где твои вольво — мерседесы?

— Нету, — шёпотом признался Король.

— Значит кто ты теперь?

Его Величество на секунду задумался и выдохнул:

— Король!

— Тьфу на тебя! — Зайчиха решила прекратить бесполезный спор.

— Это на вас тьфу! — обиделся Король — Я бы, между прочим, у вас бы и не остался. Не хватало мне в эдакой землянке гостевать! Я к тестю своему отправлюсь!

— Думаешь он тебя приютит? — Зайчиха лениво ковырялась в зубах.