Чтение онлайн

Культистка указала ему на стул, и он сел, положив на стол деньги. Она отвернулась к зеркалу. Сняла капюшон, пальцами провела по волосам, разложив вокруг лица длинные серые пряди. В каждом ее движении определенно проскальзывало что-то ребяческое.

Наконец она подошла к столу и села напротив. Глаза у нее были с синим оттенком и с такой напряженностью следили за ним, точно она узнавала в нем кого-то из своего прошлого.

– Чего тебе надо? – снова повторила она.

– Механизмы бренна, достаточно, чтобы взорвать целый дом. И еще человек, который знает, как с ними обращаться.

– Четырех маленьких должно хватить.

– Тебе придется показать мне, как ими пользоваться. Я никогда не держал в руках реликвий.

Она подалась вперед, ее старушечьи глаза искрились.

– Не волнуйся, паренек. Я тебя выучу.

– Премного благодарен. – Внезапно ему стало не по себе, как будто их разговор сменил русло. – Еще мне нужно, чтобы от установки до взрыва прошло несколько часов. Вложи это в свою магию, пожалуйста.

Вдруг она сказала:

– Нечасто ко мне сюда забредают такие… красавцы.

Трист буркнул:

– Спасибо… Простите, не знаю, как вас зовут.

– Софен, – ответила она. – Хотя здесь это не важно, ведь мало кто зовет меня по имени.

– К какому ордену вы принадлежите? – спросил Трист, надеясь сменить тему.

– Ни к какому. Есть много культистов, которые предпочитают работать сами на себя, паренек. Так и в политику не ввяжешься, и никаких особых правил соблюдать не нужно. Как тебе такое предложение, паренек: составь мне на пару часиков компанию, а твои штучки пока приготовятся по твоему желанию.

– Компанию? – повторил Трист, до которого начали доходить ее намеки.

Да она ненормальная… Может быть, шутит? Или это тоже проверка моей верности Уртике?

– Ну, не смотри так удивленно, – продолжала Софен. – Старики ведь сплошь и рядом получают удовольствие с молоденькими девушками, так почему бы не наоборот.

– Ладно. – Трист упал духом. Ведь если он не раздобудет эти реликвии, то чем ему тогда взорвать Джерида и его дом?

– Что-то не так? – продолжала Софен. – Я тебе не нравлюсь?

– Нет, что вы, – соврал Трист и тут же подумал: «Хотя, если говорить правду, карга старая, от тебя стошнит и вурдалака». – Нет, просто я человек принципа.

– Принципа, – повторила она. – Ха! И что же это за принцип такой, который приводит тебя ко мне и заставляет просить у меня средства для убийства?

– Все зависит от того, кого и почему убивают, – пояснил Трист.

Она пробуравила его взглядом:

– Наконец-то ты сказал правду. Это мне нравится. Но моя цена остается прежней. Ты платишь мне деньгами и собой.

Трист снова задумался над тем, какой у него выбор, и пришел к выводу, что никакого.

– Может, тебе помочь? – спросила Софен.

– Это как? – удивился Трист, не зная, как это понимать: как угрозу или как предложение.

– Погоди минутку. – Софен шагнула к двери, за которой были улица и тьма. Привстав на цыпочки, она сняла с высокой полки что-то вроде металлического зеркальца и ушла в тень.

Полыхнула пурпурная молния без звука, только тонкая струйка дыма потянулась от дверей, будто там жгли благовония.

Трист вскочил и схватился за короткий меч, который всегда носил под плащом на поясе. Странный, почти цветочный аромат заставил его нахмуриться.

– Софен? – позвал он и сделал шаг к порогу.

В дверь вошла прекрасная женщина.

Трист был поражен этим видением и особенно его сходством с самой Софен, какой она могла быть лет шестьдесят тому назад. Ее роскошные черные волосы блестели, как зеркало, синие глаза искрились. Полные губы, высокие скулы. Сбросив плащ, она осталась в элегантном белом платье, скроенном на хорошую фигуру, которую оно не обтягивало, но лишь немного облегало, намекая на то, что скрытые детали придутся ему по вкусу.

Новая женщина насмешливо проговорила:

– Можешь закрыть рот.

– Кто ты? – спросил Трист.

– Та, кем ты брезговал минуту назад. – Она хрипловато усмехнулась. – Магия – реальность, в которой воплощаются все желания. Это лишь иллюзия того, какой я была когда-то, она продержится час или около того, так что не теряй времени.

Трансформация была столь изумительной, что он не находил слов.

– Я… даже не знаю. – Он колебался.

Она придвинулась к нему так близко, что он вдохнул аромат чистоты, исходящий от ее кожи, свежесть ее дыхания. Почувствовал прикосновение упругой груди. Морщины, печаль – все исчезло с ее лица.

Крепко держа Триста за руку, она потянула его за собой во тьму.

Рандур и сам видел, что выглядит сногсшибательно.

Он всегда был парень что надо, но сегодня сам от себя не мог отвести глаз, так и глядел не отрываясь в большое зеркало в позолоченной раме. С зачесанными назад волосами, в черных узких бриджах по последней моде, в синей рубашке и камзоле в тон, в черном коротком плаще, лишь подчеркивавшем все это великолепие, он был готов ко всему. Вот к чему приводит жизнь в Виллджамуре.

Эйр даже дала ему кое-какие украшения: простую серебряную цепочку на шею и два кольца. И вообще, она так его поддержала, что он готов был душу свою ей отдать, если бы мог. Самый дорогой ее подарок был не в деньгах, а в участии. Только с ней он получил то, чего ему, вероятно, не хватало всю жизнь, – возможность любить кого-то.

Долг перед матерью, обязанность продлить ее жизнь как-то незаметно отступили на задний план.

– Перестань вертеться перед зеркалом. – В его покои вошла Эйр. – Тебя прямо не оторвать от него.

Рандур повернулся к ней и замер:

– Да ты и сама отлично выглядишь.

Она шла к нему, ее ослепительный новый наряд подчеркивал плавность ее движений. Броское, поразительно откровенное платье винно-красного цвета льнуло к каждому изгибу ее тела, делая ее взрослее, утонченнее и соблазнительнее. Ее волосы украшали черные ленты, а на каждой скуле темнела накладная татуировка.

Она приблизилась к нему такой знакомой и в то же время какой-то новой походкой и сказала:

– Должна ли я считать это редкое для тебя молчание по-хвалой?