Чтение онлайн

— Я лучше подожду. Просто дождусь ее…

— Пф, смотреть на вас обоих смешно. Если любишь, нужно видеться друг с другом! Обнимать! Надоедать, приставать! Просто любить — и то жизни мало! Не жалко тратить драгоценное время на глупое ожидание и бездействие? Может, мне разок устроить Чони взбучку? Она прислушивается к каждому моему слову!

Громкий, взволнованный голос Кымнам сотрясал магазин. У нее сердце сжималось при мысли об этой нерадивой парочке.

Ынсок тоже почувствовал комок в горле и сдавленно ответил:

— Не ругайте ее, пожалуйста. Чони очень ранимая. У нее сейчас, кроме вас, никого нет. Поэтому ничего не говорите ей про меня.

Кымнам хлопнула Ынсока по плечу и указала рукой на висящий за окном рекламный плакат:

— Видишь?

— Песенный конкурс для работников малого бизнеса? Зачем мне?.. — покачал головой Ынсок.

— Не уходи пока. Ты так давно у меня не был, приготовлю-ка тебе в дорогу обед. И прохладного сикхе отправлю!

Одетая в белый кружевной фартук Кымнам юркнула на кухню.

Вскоре раздался узнаваемый звук — тук-тук-тук — так стучал нож по разделочной доске. А вскоре Ынсок почувствовал вкусный запах. Он не мог угадать, что это за блюдо, но от одного запаха у него уже потекли слюнки. На сковородке что-то шкворчало, кипела вода в кастрюле, шумел включенный газ. Так готовился знаменитый обед Кымнам. Чони бы понравилось… Опять он вспомнил про нее.

Пока Ынсок ждал обед, он снова бросил взгляд за окно, где висело объявление, и пробежался глазами по условиям конкурса. Регистрация заканчивалась сегодня, а выступление планировалось уже через два дня. Он уже и не помнил, когда в последний раз стоял на сцене. Но ладно сцена, Ынсок уже сомневался, может ли он вообще брать ноты. Поникнув, он принял из рук Кымнам обед и покинул магазин. Старушка вышла его проводить и еще раз попросила беречь себя на дороге.

Закончив с доставкой яиц, Ынсок совсем приуныл и поехал развеяться в парк у реки Хан. Припарковав грузовик, он облокотился на руль и взглянул в окно. Затянутая льдом поверхность реки напоминала ему сейчас его собственное сердце.

Он открыл контейнер с обедом и вдохнул сладковатый запах горячей еды. Внутри лежали поджаренные до корочки говяжьи ребрышки, острое картофельное рагу, тыквенные блинчики, варенные в соевом соусе кусочки говядины и, как всегда, огромная порция риса. Ынсок набрал полную ложку риса и принялся за обед. Все это время он думал о Чони.

— Она, наверное, как раз пошла за Тыль в детский сад, — подумал вслух Ынсок, отправляя в рот еще одну ложку.

Доев обед, он увидел спрятанный на дне конверт из фольги и, аккуратно достав его, открыл письмо.

Во весь голос… Его глаза заблестели. И он понял, что хочет сделать это. Хочет во весь голос прокричать дорогое сердцу имя.

На маленькой площади рядом с парком Марронье висела растяжка: «Третий песенный конкурс для работников малого бизнеса». Вокруг старомодно развесили красно-желто-синие гирлянды. Мигающие огоньки чем-то напоминали освещение в караоке-баре. С волнением наблюдавший за сценой Ынсок коротко выдохнул. На его шее висел бейджик участника, и сегодня он планировал выложиться на полную.

С наступлением вечера у сцены начали собираться люди. Они рассаживались на серые пластиковые стулья и доставали свои телефоны. Ведущий, нередко проводящий районные мероприятия, мастерски зажег зрителей и создал нужное настроение на площадке. Проводя розыгрыш призов, он поддерживал у всех живой интерес. И наконец начался конкурс. Победителю обещали телевизор с диагональю 75 дюймов, а участникам дарили по коробке острого рамёна. Сможет ли он получить главный приз?

Спустя некоторое время наступила очередь Ынсока, и он поднялся на сцену. Ведущий представил его как мистера Доставщика из Хэхвадона. Услышав это имя, все засмеялись. Ынсок обвел взглядом места в зрительном зале, но не увидел бабушку Кымнам. Ее аккуратно зачесанные наверх серебристые волосы он бы заметил и издалека. Но все-таки ее не было в зале. Значит, и Чони не пришла? Ынсок занервничал.

Ведущий задал вопрос:

— Ну что, мистер Доставщик, почему же вы решили поучаствовать в нашем конкурсе?

— Меня зовут Чон Ынсок. Но иногда меня называют «мистер Доставщик». Я ответственен за доставку яиц по этому району. Но теперь… Теперь я хотел бы нести ответственность за одного человека. И поэтому решил подняться на сцену.

Этот романтичный рассказ вызвал в зале долгое: «О-о-о!» — и все зашептались.

— За одного человека?

В этот момент на площадке появилась Чони, которая в обнимку с Тыль присела на пластиковый стул перед сценой. Видимо, она не устояла перед настойчивыми уговорами Кымнам. Чони была в том же красном вязаном свитере, что и в Сочельник. Рядом с ней расположилась Кымнам, одетая по современной моде в куртку-авиатор цвета хаки и широкие джинсы. Кымнам стукнула Чони по плечу, обращая ее внимание на сцену.

Чони продолжала смотреть только на дочку, будто ничего необычного не происходило. В этот миг Ынсок увидел их. И тут же ответил:

— Точнее, за двух человек.

— Ого, за двух?.. Надеюсь, это не публичное заявление о том, что у вас целых две женщины? Ха-ха-ха! — посмеялся над собственной шуткой ведущий.

— Это моя любимая женщина и ее дочь. И я хочу взять на себя ответственность за их счастье.

Зрители снова зашумели. Чони с Тыль на руках подскочила со стула. Это было невыносимо. Она понимала, что еще чуть-чуть и его любовь снова растопит ее сердце. Кымнам потянула ее за рукав.

Не медля более ни секунды, Ынсок схватил микрофон и начал петь:

— О соле, о соле мио… [105]

Он начал без всякого аккомпанемента, но вскоре из колонок полилась музыка с компакт-диска. С учетом большого опыта всевозможных вокальных конкурсов и выступлений, трудно было вообразить, что однажды ему придется стоять на такой сцене. Но, несмотря на дешевые, трещавшие динамики, в его рвущемся сквозь все преграды голосе чувствовалась мощь. Его песня звучала так романтично, так трогательно, что уже поднявшаяся на ноги Чони снова села на свое место.

Ынсок пел во весь свой голос, зажмурив глаза. И хотя моментами у него перехватывало горло, выдавая похожий на металлический жесткий призвук, хотя не было в его голосе былого великолепия, он постарался вложить в это пение всю свою душу.

«Солнце, мое солнце! Как ярко ты светишь!» — тянул он. И слова эти все-таки достигли сердца. Чони аплодировала ему.

Кымнам смотрела на него с довольной улыбкой.

«Молодец, мистер Доставщик!» — говорили ее глаза.

Получив приз, Ынсок тут же поехал к Чони. Из-за Тыль ей пришлось раньше уйти с площадки, и ему не терпелось поскорее увидеть ее. Переведя дух, он нажал на дверной звонок. Послышался похожий на птичье пение звук, и над камерой видеодомофона загорелся огонек. Ынсок несмело улыбнулся. Чтобы не разбудить Тыль, Чони с осторожностью приоткрыла дверь.