Чтение онлайн

— Мать твое, — восхищенно свистнул Хантер, глядя, как один за другим силосы взлетают на воздух. — А он не шутил.

Я рассмеялся.

— Кажется, парню пора придумать новое прозвище.

— Только попробуй! — донесся его голос из-за кустов. Мы все заржали, воссоединяясь на точке сбора с остальными парнями из дозора.

— Отличная работа, мужики, — похвалил я их. — Это отбросит их назад как минимум на месяц-другой. Возвращаемся к байкам, встретимся в поселении для разбора полетов.

Послышался гул согласных голосов.

— Прикрывайте тылы, — предупредил Хантер. — Всё равно подозрительно, что здесь не было охраны. Может, они не ждали сопротивления, а может они…

— Вулф! — Ганнер выкрикнул моё имя, когда небо озарилось огромным красным шаром света. — У Грэнни беда!

— По коням! — скомандовал я, срываясь с места так быстро, как только позволяли ноги. — Погнали!

Держись, Грэнни. Мы идем.

Глава 9

— Давай-ка всё запрём.

Грэнни бросила мне ключи от входной двери. Обычно мы выходили через черный ход, потому что лестница, ведущая в квартиру над кафе, находилась в переулке. Я ненавидела уязвимость этого тесного пространства. Там почти не было света, и мой волк так и рвался наружу каждый раз, когда мы там оказывались. Это напоминало мне о Дэмиене. Маленькие, зажатые пространства — вот где он ловил меня в ловушку, прежде чем забрать то, что считал своим

Вся эта ситуация заставляла меня нервничать.

Это было странно. Всю мою жизнь волчица вела себя тихо. Просто тень где-то на задворках сознания. Но с тех пор как я попала в Хейвен, она стала беспокойной, кружила у самой поверхности, пытаясь захватить контроль. Я не могла этого позволить. У каждого оборотня в голове живет сущность зверя. Инстинкты — вот что движет нами. От них исходят наши способности, но для большинства единственным внешним проявлением нашей природы была возможность выпускать когти. Тех, кто мог полностью превращаться в волков, было мало.

В поселении мы называли их элитой. Высший эшелон нашего общества. Они верили, что те, кто не способен на полную трансформацию, несут в себе измененную человеческую ДНК. Это делало их слабее, а значит — расходным материалом. Оборотней тестировали в десятилетнем возрасте, внося их гены в каталог. Это определяло их статус в обществе после взросления.

Отогнав эти мысли, я потянулась к дверной ручке с ключом в руке.

Скисшее молоко.

Я застыла. Волчица внутри вопила: «Беги!», но было слишком поздно.

Крик мучительно вырвался из горла, когда мои ноги оторвались от земли. Я взлетела в воздух, отброшенная назад волной внезапного взрыва. Дверь из вишневого дуба с витражным стеклом разлетелась в щепки. Осколки полоснули по воздуху, впиваясь в мою кожу.

я приземлилась с тяжелым глухим ударом, воздух с присвистом вырвался из легких.

— Рей! — в ужасе вскрикнула Грэнни, её серые глаза вспыхнули янтарным светом. Она двигалась со скоростью оборотня, мгновенно оказавшись рядом со мной на коленях. Осторожно убрав волосы с моего лица, она обеспокоенно нахмурилась — от её привычной веселости не осталось и следа.

— Мы предупреждали тебя, Лиззи, — раздался голос в темном, пустом кафе. — Отдай нам то, что мы хотим, иначе мы перейдем к жестким мерам.

Грэнни зарычала — низкий, утробный звук зародился глубоко в её груди. Боль мешала мне дышать и двигаться, но я скосила взгляд на её руки, сжатые в кулаки. Обе её руки изменились: когти были обнажены.

Что за чертовщина?

Это были не когти волка. Что-то большее. А её руки? Они покрылись бурым мехом, в то время как остальное тело оставалось человекоподобным. Я вспомнила, что чувствовала в её запахе что-то иное. Что-то древнее.

Кто же она такая?

— А я сказала, что вам придется сначала меня убить.

Старший мужчина в костюме мрачно ухмыльнулся.

— Это не станет проблемой, полукровка, — процедил он. — Мы не против замарать руки ради дела. А ты? Коллектив будет воспевать меня, когда я принесу им твою голову.

Грэнни мрачно усмехнулась:

— Твой босс веками пытается заполучить то, что есть у меня, — она пренебрежительно покачала головой. — Неужели он всерьез верит, что сейчас что-то изменится?

— У него не было нас, — подал голос младший, Джона. — И хранителей больше не осталось, кроме тебя, Лиззи. Посмотри, как ты постарела. Годы явно не пошли тебе на пользу.

— Зато я старела, не принося в жертву невинных мужчин и женщин, Джона.

Она знала про Ритуал Юности?

И что, черт возьми, такое «хранитель»?

Казалось, я попала в одну из тех драм, что Грэнни смотрела по телевизору. «Мыльные оперы», кажется, она их так называла. Слишком пафосно на мой вкус. За те несколько недель, что я жила у неё, я думала, что начала узнавать её настоящую. Забавная, дружелюбная, легкая на подъем… но теперь я чувствовала, что всё это было лишь фасадом. Совсем как в поселении.

— Да, мы прекрасно осведомлены о твоей нелепой морали, — фыркнул Джона. — И посмотри, куда она тебя привела. Твои друзья мертвы. У тебя не осталось семьи. Рядом с тобой некому встать.

Губы Грэнни дрогнули в усмешке. Она знала что-то, чего не знали они. Какой-то секрет. Почему она так уверена в себе? Если она действительно полукровка, у неё нет шансов против двух чистокровных оборотней. Хотя полукровки обладают теми же способностями, они ограничены: их сила меньше, когти не такие острые.

— Всегда найдутся те, кто готов вступить в бой, — самодовольно заверила его Грэнни. Она протянула покрытую мехом руку и стерла кровь с моего лба, прежде чем подняться. — И за эти столетия я научилась кое-чему, что может вас удивить.

В воздухе зазвучали неразборчивые слова, разрезая густое напряжение. Она растерла мою кровь между большим и указательным пальцами. Вспыхнул свет, и я увидела, как моя кровь превращается в ярко-красный шар. А потом… он исчез.

Джона жестоко расхохотался.

— Это всё, на что ты способна, старуха? — издевательски бросил он. — Какой-то паршивый шаманский трюк?

— Когти при мне, — Грэнни бросилась вперед и полоснула Джону по груди. Волк с рычанием отшатнулся; его белая рубашка была безнадежно испорчена, а сквозь раны, оставленные Грэнни, начала проступать кровь.

— Всё не должно было закончиться так, — старший оборотень покачал головой почти с грустью. — Но ты не оставляешь нам выбора.

— Попробуй, Джедайя.

Имя, внезапно сорвавшееся с её губ, вспышкой отозвалось в моей памяти. Джедайя Бэнкрофт. Отец покойного Кертиса Бэнкрофта… того самого, которого я… Джедайя был членом Высшего Совета. Я никогда не видела его лица, но теперь запах скисшего молока обрел смысл. Он был на ритуале, как и остальные. Его сын убил Сьюзан после того, как жестоко надругался над ней.