Чтение онлайн

От этих мыслей болела голова. Он услышал осторожные шаги в коридоре. Затем кто-то попытался открыть дверь. Он сжал зубы. Это уже переходит все границы. Неужели в больницу тоже прислали убийцу? Он достал пистолет, посмотрел на своего напарника. Сейчас он пристрелит этого сукина сына, который хочет добить раненых. Дронго подошел к дверям, прислушался. Затем тихо спросил:

– Кто там?

– Откройте, – услышал он женский голос, – это я, Лиана Сазонова.

Он открыл дверь. На пороге стояла Лиана, одетая в розовый халат. Дронго положил пистолет в карман своего халата и посторонился. Она вошла в палату. Он закрыл дверь.

– Что вы здесь делаете? – спросил он.

– На втором этаже моя палата, – улыбнулась она, – а вы каким образом сюда попали? Сразу оба? Мне моя медсестра сказала, что мои прокурорские следователи попали в палату после автомобильной аварии. Здесь в больнице многие с похожими травмами. Рядом проходит оживленная трасса, и всех покалеченных сразу везут сюда.

– Да, наверно, – согласился Дронго, – садитесь на кровать. Только говорите тихо, чтобы мой напарник не проснулся. Ему не повезло. У него сломана в двух местах нога.

– Как это произошло?

– Не знаю. Случайная машина, мы просто столкнулись, – он решил, что ей необязательно знать все подробности.

– Понятно. А я решила вас навестить. Мне понравились ваши вопросы и вы мне тоже понравились. У мужчин редко бывает такое понимание в глазах, какое я увидела у вас.

– Сейчас у меня в глазах только искры после аварии.

Она улыбнулась.

– Смешно. Я боялась, что вы мне не поверите. Насчет моих отношений с Мастаном Гасановым. Он ведь очень богатый человек и намного старше меня. Как и мой муж. Знаете, что говорят в подобных случаях? Нашла себе старика. А они оба не старики. Какие старики сегодня в пятьдесят с лишним! Даже смешно.

– Я слышал, что есть новая градация возрастов, – вспомнил Дронго, – теперь до сорока пяти молодой человек, до шестидесяти пяти средний возраст, до семидесяти пяти пожилой, до девяносто пяти очень пожилой.

– А дальше? – улыбнулась она.

– Дальше люди уже не живут. Только памятники, – пошутил он.

– Тогда понятно. Вы меня успокоили. Только я хочу, чтобы вы мне поверили. Муж действительно меня любит, и в тот день, когда я поднималась в квартиру Мастана Гасанова, за мной не следили, а охраняли двое детективов из частного агентства. Муж хотел уберечь меня от разных слухов.

– Вы с такой настойчивостью пытаетесь убедить меня, как будто я вам не верю. Я вам сразу поверил. Мне достаточно было увидеть ваше лицо и услышать ваш голос.

– Спасибо, – тихо произнесла она. – Вы уже нашли, кто именно пытался убить Гасанова?

– Пока ищем. Могу только сказать, что своими признаниями вы очень сильно облегчили нам жизнь. Ведь мы могли бы подозревать и вашего мужа в организации такого убийства.

– Никогда в жизни он не пошел бы на такую гадость. Скорее вызвал бы на дуэль Гасанова. Но такой подлый удар… Нет, это не в его стиле.

– Я могу только поздравить вас с таким мужем.

– Если бы не наш возраст, я бы попыталась еще раз родить. Боюсь только, чтобы ребенок не был дауном. У нас в семье был такой случай в середине прошлого века. Сестре моей мамы было только тридцать шесть, а ее мужу шестьдесят шесть. И ребенок родился без этой пары хромосом. Они не смогли долго с ним жить и отдали его в приют. Какой кошмар! Когда я вспоминаю, мне становится страшно.

– Сейчас есть все возможности заранее определить, каким будет ребенок. Здоровым или больным. Можно все увидеть и многие вещи даже исправить.

– Посмотрим, – улыбнулась она, – а вы действительно раньше работали в прокуратуре?

– Никогда не работал. Я раньше работал в Интерполе и в специальном комитете экспертов ООН.

– Все равно что-то, связанное с органами. Это сразу чувствуется. В вас есть какая-то офицерская закваска. Не знаю, может, мне так кажется.

– Возвращайтесь к себе и постарайтесь успокоиться, – посоветовал Дронго, – я уже передал ваши слова Мастану Халиловичу. Я не хочу разрушать вашу новую семью, но должен сказать, что я сразу почувствовал, как Гасанов к вам относится. Он вас по-настоящему любит.

– А свою жену и детей он любит еще больше. Поэтому я решила не разрушать его семью. Да и мне не особенно хочется уходить от мужа. Вы меня понимаете?

– Конечно. Таких противоречий бывает много. Мы любим мужа и друга семьи. Он любит жену и свою подругу. На Западе считают, что подобные треугольники в порядке вещей, но у нас так не принято. У каждого человека свои собственные понятия об этике и эстетике человеческих отношений.

– Наверно, вы правы, – она поднялась с кровати. Протянула ему руку. – Больше не попадайте в аварии, господин эксперт.

– Вы тоже, – он пожал ей руку, и они улыбнулись друг другу. Она повернулась и пошла к выходу. Проводив Лиану, он закрыл дверь и снова улегся на кровать. Итак, нужно попытаться проанализировать все, что сегодня произошло, и найти ошибку убийцы. В том, что убийца допустил явную и роковую ошибку, Дронго не сомневался.

Утром его снова повезли на рентген и заставили сдавать кровь. Врачи хотели убедиться, что он действительно не очень сильно пострадал. Он разбудил Эдгара и оставил ему пистолет с мобильным телефоном, засунув их под подушку. В двенадцать часов он снова не смог набрать номер телефона Мастана Гасанова. А в половине первого, когда он вернулся в свою палату, ему позвонил Леонид Кружков.

– Я уже успел побывать в арбитраже, – рассказал он, – там все, как и пишут в Интернете. Дело тянется несколько месяцев. Очевидно, Иосиф Яковлевич хочет взять с них деньги, а Вугар Гасанов настаивает на том, чтобы они договорились. Возможно, что Вугар действует от имени своего старшего брата. Легче всего рассориться со всем миром, гораздо труднее найти компромисс, – рассудительно произнес Кружков.

– Иск действительно на такую большую сумму, – уточнил Дронго, – это ведь больше шести миллиардов рублей по нынешнему курсу?

– Да, действительно. Поэтому и тянут. «Мострек» связан с руководством московской мэрии и никто не хочет отдавать свои деньги. Хотя претензии строительного комбината, который входит в компанию Мастана Гасанова, считают обоснованными.

– Понятно. Что-нибудь еще?

– Больше ничего. В Интернете появилось сообщение об аварии, в которую вы попали. Пришло много электронных писем с сочувствием и пожеланиями скорейшего выздоровления.

– Только этого не хватало! Джил прочтет все эти дурацкие новости, и ей будет плохо. Все, заканчивай разговор. Я позвоню ей в Италию.