Чтение онлайн

У Планетарной Лаборатории почти получилось.

В какой-то момент рождаемость обогнала смертность, был зафиксирован прирост населения, и в целом ситуация начала улучшаться. Но внезапно случилась война с трасками, и Цваргу пришлось выступить единым фронтом с Ларком. Люди на тот момент оказались слишком слабыми, миттары предпочли попрятаться в своих подводных городах, от Эльтона и Пикса помощь была крошечной… А вот ларки, у которых царил культ силы на родной планете, оказались прекрасными воинами и соратниками — сильными, честными и смелыми. В космосе, где крейсеры и линкоры в основном состоят из прочных металлов, чтение по бета-колебаниям — малополезный навык, зато скорость и реакция решают всё.

Война была выиграна объединёнными силами ФОМа, но какой ценой! Во-первых, полегло очень много цваргов, и только увеличившееся население Цварга вновь стало катастрофически маленьким, во-вторых, во время объединения с Ларком златогривые воины часто мелькали по головидению и будоражили умы цваргинь.

После завершения военных действий популяция соседнего Мира восстановилась стремительно, благодаря всё тем же расовым традициям и привычкам к свободным отношениям, отсутствию моральных запретов и многому-многому другому. На Цварге даже спустя двадцать лет всё обстояло иначе, а многие женщины всё ещё были очарованы бравыми капитанами космических кораблей и героями с бронзовой кожей, вертикальными зрачками и светлыми волосами. В итоге Планетарная Лаборатория пошла на вынужденный конфликт…

Правительственным указом пресса получила постановление медленно, но верно выставлять ларков дикарями. Очень многие вещи можно подать в совершенно разном свете, а уж когда дело касается религии — это проще простого. Стакан наполовину полон или же наполовину пуст — извечная фраза, которую произносят политики так и эдак, в зависимости от того, на какой результат рассчитывают. Традицию инициации мальчиков[1] у ларков можно было бы назвать жесткостью, а можно — естественной потребностью и экзаменом на зрелость.

Сам Ларк, хотя и не имел общего Аппарата Управления, представляя собой самостоятельные разрозненные кланы, разумеется, почувствовал нагнетание негативного фона и разорвал все отношения с Цваргом — будь то торговые и деловые, — запретил туристические поездки и всячески перекрыл финансовые потоки, перекинув часть экспорта продукции на Танорг. Формально обе планеты остались внутри Федерации Объединённых Миров, открытой вражды нет, но по факту неприязнь между расами взлетела на новый уровень.

Сейчас, спустя столетия, поколения у власти давно сменились, а общее предвзятое отношение — осталось.

Я с внутренним смехом наблюдал, как Леандр недоверчиво нюхает бурдюк с водой, пытаясь понять, не хотят ли его отравить, и с удовольствием — как Даня крутит головой и рассматривает сочетание ларкских материалов и таноржской техники. Но всё отошло на задний план, стоило нам войти в главный зал цитадели.

***

Даниэлла

Восьмое августа. Ларк

Я пребывала в восторге от гармонии каменных стен и солнечных батарей, от гладкой чистой дороги, палящего солнца и редких простеньких флаеров, рассекающих по улицам. Необычно было всё — и даже то, что эти самые флаеры, вместо того чтобы занять верхние воздушные ряды и носиться на скорости, как это делали на Тур-Рине или Танорге, спокойно себе ездили по дорогам — там же, где ходили пешеходы.

Конечно, я видела ларков и ларчанок на Тур-Рине, но там они вписывались в нормы и правила планеты, а в Шарршеороне жило коренное население, которое выглядело и вело себя совсем по-другому. Ларчанки улыбались и важно ходили по улицам в длинных светлых сарафанах, а за ними, как правило, следовал один или даже двое мужчин, которые носили покупки. Ларки покрупнее часто показывались с обнажёнными торсами, а их спины и предплечья были испещрены чёрно-коричневыми татуировками. Поражала и длина волос. Признаться, до сих пор я не встречала мужчин с настолько длинными волосами. Похоже, покидая родину и путешествуя по другим Мирам, ларки предпочитали их укорачивать, чтобы было удобнее ухаживать, а может, это носило какой-то другой смысл — не знаю. Одно могу сказать точно — Ларк не был похож ни на один Мир, где я бывала раньше.

Я шла неподалёку от Фабриса и слышала отдельные реплики, которыми он изредка перекидывался с вождём.

— Ну как вы?

— Справляемся потихоньку, спасибо. С каждым годом всё лучше и лучше.

— А зачем дентайры[2]? Неужели хтэрры подбираются к городу?

— Нет, давно уже отступили вглубь Сухих Песков. Это знак уважения к гостям.

Эмиссар усмехнулся.

— Как Лейла?

— А ты не знаешь? — удивился вождь. — Я думал, ты как раз поэтому прилетел.

Мужчина с длинной золотой косой до пояса хотел сказать что-то ещё, но в этот момент мы вошли в просторный зал и произошло маленькое событие. Двое мальчишек бросились на руки к Фабрису:

— Дядя Фабрис! Дядя Фабрис! Ура-а-а, а ты привёз то мороженое из эдельвейса? — завопил один из них, повисая на шее у «дяди». Кожа ребёнка имела слегка фиолетовый оттенок, а вот волосы один в один цвета золотой пшеницы, как у вождя. Внешне мальчику я бы дала пять или шесть лет.

— Лор, какое мороженое, зачем оно тебе? — тут же заворчал старший ребёнок, пытаясь залезть на руки моему мужчине. — Съешь — и пропадёт, это же неинтересно. Дядя Фабрис, а ты покажешь снова, как щупать чужие мысли под водой? Я пробовал в водопаде рыбу поймать, не получилось. — И он душераздирающе вздохнул. — Пока только с бахрунами[3] получается общаться, но мама против. Говорит — опасно.

— Значит, маму надо слушаться. — Робер потрепал обоих по голове. — К сожалению, в этот раз без мороженого, а как улавливать бета-колебания мелких животных, я обязательно покажу. У них головной мозг меньше, а потому ритмы отличаются.

— Спасибо, — внезапно очень серьёзно поблагодарил мужчина с золотой косой.

Фабрис кивнул, поднялся с корточек и громко сказал:

— Даня, Леандр, позвольте представить. Это Эрланц и Лоренц, сыновья Лейлы.

— Не может быть… — раздалось сзади тихое и потрясённое.

Признаться, я настолько увлеклась местной архитектурой и внешностью жителей, что как-то забыла про Леандра.

Пожилой же цварг стремительным шагом пересёк зал, присел на корточки перед детьми, заглянул в глаза и зачем-то потрогал им голову и уши, будто сомневался, что перед ним живые гуманоиды. Я видела, как напрягся вождь, но Фабрис остановил его жестом, чтобы тот не вмешивался.

— Невероятно, — продолжал бормотать господин Ламбе, ощупывая мальчишек.

В какой-то момент он, видимо, дотронулся до младшего так, что тому явно не понравилось. Лоренц оскалился и одной рукой оттолкнул бывшего сенатора. Силы малыша неожиданно хватило на то, чтобы Леандр завалился на пол. Удивительнее всего было то, что в этот раз вождь даже не шелохнулся, словно это в пределах допустимого у ларков, зато теперь уже Фабрис рванул к пожилому цваргу.

— Ничего-ничего, я сам виноват, — проговорил Леандр, кряхтя и поднимаясь с коленей.

Он смотрел на Фабриса так, будто тот показал ему Чудо Вселенной или момент сотворения Мира, уж не знаю.

Я снова перевела взгляд на мальчишек. Да, смески, но ведь и на Тур-Рине тоже проживает множество полукровок… Но прежде чем я успела озвучить вопрос, Леандр продолжил:

— Это твои дети, Фабрис? Я правильно понял?

Мой мужчина деликатно прочистил горло:

— Это сыновья Лейлы и Арх-хана, то, что я пытался до вас донести, господин Ламбе. Цваргини могут забеременеть и родить не только от мужчин нашей расы. У нас на родине усиленно пропагандируется, что цваргини должны выходить замуж исключительно за кандидатов из одобренного Планетарной Лабораторией списка, и только с одним из них может быть полноценная семья, но, как видите, это не так. У Лейлы уже двое здоровых и развитых мальчиков.