Чтение онлайн

В.В. стащил с руки перчатку.

– Рад с вами познакомиться…

– Елена Владимировна, – подсказал Эм.

– Я уже наслышан о вашем муже, – сказал В.В., пожимая изящную женскую руку. – Должен заметить: руководство его очень ценит. И еще мне доводилось слышать, дорогая Елена Владимировна, что у вашего мужа – красавица жена. Не сочтите за комплимент, это действительно так.

«Боже, стою как дурочка… Что же сказать? Сразу же узнала вас? Видела вас недавно по телевизору? Что за чушь…»

– Здравствуйте, Владимир Владимирович, – сказала Лена Бушмина. – Мы с мамой ваши поклонницы.

Пока премьер – неужели и вправду он?! – знакомился с Ольгой Яковлевой, известной в узких кругах как Горгона, Елена успела переброситься несколькими словами с Виктором Константиновичем. Она знала от Андрея, какую роль сыграл этот незаурядный человек в их судьбе. Он был в числе приглашенных на их свадьбе; правда, пробыл недолго, но она все-таки успела с ним познакомиться и довольно обстоятельно поговорить.

– Мы здесь, в общем-то, случайно, – пряча легкую усмешку, сказал Эм. – Были приглашены на одно мероприятие, заодно решили и прогуляться.

– А мы… подсматривали в щелочку, – неожиданно призналась Бушмина. – Думали, встретим кого-то из знакомых…

– Вот и повстречались, – улыбнулся премьер. – Вы здесь живете, в Балашихе?

– Да, нам здесь дали квартиру.

– А в Москве у вас есть жилплощадь? – поинтересовался В.В. – Все ж не очень удобно вам добираться до столицы…

Не дожидаясь ответа, вернее, предугадав ответ, он бросил взгляд на своего спутника:

– Мы должны решить и этот вопрос… Елена Владимировна, может, есть какие-нибудь проблемы? Просьбы? Пожелания?

– Просьба, наверное, только одна, – уловив заминку, пришел на помощь молодой женщине Эм. – Вернуть поскорее мужа… Я угадал?

Одарив мужчин ослепительной улыбкой, Лена Бушмина утвердительно закивала.

– Гм… – В.В. с озадаченным видом провел ладонью по подбородку. – Непременно вернем! Новый год, Елена Владимировна, будете встречать вместе. Я вам это твердо обещаю! Ну что, договорились?

– Договорились, – снова улыбнулась Елена. – Я буду ждать.

Премьер задумался…

«Что пожелать на прощание? Чем успокоить? Сказать даже толику правды нельзя, ведь нельзя даже по малейшему поводу беспокоить женщину, которая готовится стать матерью…»

– Всего вам доброго, а главное – счастья и здоровья!

Какое-то время Розанова-Бушмина стояла недвижимо, хотя, кроме Ольги Яковлевой, рядом с ними в аллее уже никого не было.

– Ну у тебя и нервы, Ленка, – одобрительно проговорила Ольга. – Будь я на твоем месте, прям счас бы и родила!

Они уже приближались к стоявшему на обочине лимузину, когда В.В. жестом попросил Эма уделить ему еще минуту.

– Поступим следующим образом… Первое. Нужно усилить охрану не только ключевых фигур по линии «Мерлон», но и обеспечить безопасность членов их семей. Второе. Нам следует вернуться к делу Дольникова. Произвести закрытое расследование обстоятельств гибели полковника и той трагедии, что произошла с его женой. Выявить всех виновных и сурово наказать! А те документы, что удастся отыскать по «антикоррупционным делам», подшить заодно к тем, что расследуют сейчас! И еще… Руководство МВД пригласило меня принять участие в мероприятии, аналогичном сегодняшнему. Предположительно, оно состоится в конце этого месяца. Нужно хорошенько подумать: не воздержаться ли мне в известной вам ситуации от участия в акциях такого рода? И, наконец, последнее. Виктор Константинович, вы полагаете, что можно обойтись двумя этими «командами»? Может, есть смысл усилить группу «Мерлон»?

Переварив сказанное, Эм отрицательно покачал головой.

– Вы знаете, Владимир Владимирович, что такое настоящая охотничья собака? Настигнув крупного зверя, пусть это даже лось или медведь, она «сажает» его и ждет охотника… Так действуют и наши люди. Если там возникнет нечто действительно серьезное, они посадят, не дадут уйти – чего бы им это ни стоило!

Крупный населенный пункт Урус-Мартан был освобожден федералами недели две назад. На протяжении последних нескольких лет здесь функционировали учебные лагеря по подготовке «воинов джихада», в том числе печально известная школа подрывников. Нынче райцентр превращен в вотчину гантемировцев, в базу, где под приглядом федералов формируются подразделения так называемого «чеченского народного ополчения».

Почти каждый день в Урус-Мартан из Ингушетии и Северной Осетии шли военные транспорты – грузы самого разного характера, от учебников и тетрадок для местных школ, продуктов для населения и медикаментов для больниц до стрелкового оружия и даже бронетехники. Предполагалось, что местный тейп в ходе нынешней кампании относительно лоялен по отношению к федералам. Лидеры гантемировцев связаны с населением узами родства, поэтому именно в Урус-Мартане решено было обустроить своеобразный «накопитель», откуда грузы по мере необходимости могли бы доставляться в другие освобожденные районы Чечни.

Значительная доля грузов предназначалась непосредственно для нужд «народного ополчения» – ополченцев после соответствующей проверки и регистрации следовало экипировать, вооружить и поставить на «кормление».

Накануне Шувалов, Мокрушин и еще несколько сотрудников ГРУ на борту двух «бэтээров» посетили этот славный чеченский городок. Они пообщались накоротке с ребятами из подмосковного ОМОНа и двумя офицерами местной комендатуры. Выявили места сосредоточения ополченцев и местонахождение некоторых интересующих их объектов, после чего, незадолго до наступления сумерек, убрались на своих бронемашинах из Урус-Мартана, но не так чтобы насовсем и не очень далеко от городской окраины.

Предпринятая гэрэушниками рекогносцировка помогла им сориентироваться, а сведения, которыми удалось разжиться, еще раз подтвердили, что они на верном пути.

В окрестностях Урус-Мартана дислоцировались две части: бригада внутренних войск неполного состава и мотострелковый полк. Войска развернуты в полевых условиях, передовые посты находились в двух-трех километрах от окраин населенного пункта. В самом городе в настоящий момент – около четырехсот ополченцев, часть из которых командование намеревалось на днях перебросить под Грозный, где им наряду с федералами предстояло участвовать в штурме осажденного города. Бойцы сводного отряда подмосковного ОМОНа охраняют временную администрацию райцентра – подразделение численностью в полсотни штыков дислоцируется в центре города, занимая два административных здания. Обычно ночь здесь проходит в тревоге и адском напряжении, многие всерьез опасаются, что коварные нохчи лишь прикидываются невинными овечками; если они решатся поднять мятеж, то первым делом постараются истребить ненавистных им омоновцев.

Охрану складов и пунктов боепитания осуществляют совместными усилиями комендантская команда и чеченская «милиция», а если говорить реально, то контролируют складские помещения именно гантемировцы.

Что касается назначенных федералами на различные посты людей, то их поведение – обычное для этих мест. В светлое время суток глава администрации и его заместители, а также мэр, прокурор, судья на своих рабочих местах, что называется, решают вопросы. Ближе к ночи они дружно грузились в собственный или выделенный для их нужд легковой транспорт и убирались вон из города. Как правило, темное время суток они проводили в расположении федеральных войск, и ничто на свете – ни уговоры и разъяснительные беседы, ни даже грубая брань – не могло заставить их остаться на ночь во вверенном их заботам райцентре.