Ошибочка вышла
Шрифт:
Она мотнула головой, так и не подняв ее.
— Вот что, пойдемте-ка в самоходку, там у меня вода в бутылке должна быть. Выпьете, успокоитесь и все мне расскажете.
— Нет, надо в дом… убрать, — Марина нашла в себе силы отстраниться. — Разгромили все.
— Так у вас ключи есть?!
— Я там была, внутри, когда…
— Зачем?! — изумился Андрей.
— Цветы же. Я поливаю.
— Ах, вот оно что! — на миг он прикрыл глаза, словно заставляя себя не думать, что могло случиться с беззащитной девушкой. Выдохнул сквозь зубы и заговорил вполне спокойно: — Но мы все же туда не пойдем. Надо околоточного звать. Так что заприте квартиру и поедем.
— А без него никак? — Марина поморщилась.
— Так сам Сторинов и не придет, в такое время разве что дежурный какой явится. Показания снимут, будут искать этих воришек.
— А что их искать, я их знаю.
— Даже так?! Ладно, сначала расскажите все мне. В машине. В тепле. А то вы вон босиком выскочили, без плаща и, наверное, окоченели уже.
— Ой, — сказала Марина и почувствовала, что краснеет.
Из-за всего: из-за того, что опять такой растрепой перед Андреем показалась, из-за того, что трусиха, а пуще всего, потому что он все еще приобнимал ее за плечи, успокаивая.
Спустя всего лишь десять минут Марина уже рассказывала Звягинцеву о событиях этого вечера. Герострат тоже изъявил желание послушать: просочился в машину, устроился у девушки на коленях. В теплом нутре самоходки, под басовитое мурчание кота страхи отступили и захотелось спать. Вторую бессонную ночь пережить было сложнее.
— Значит, говорите, они не искали конкретный клад, просто что подороже продать можно… — Звягинцев потер подбородок.
Выглядел Андрей уставшим, из-за легкой небритости щеки снова казались впалыми, и Марина подумала, что он, может быть, и не одну ночь уже не спит. Это она ему только вчера на голову свалилась, а у него же и других дел, наверное, хватает. Снова стало неловко.
— Думаете, это не они?
— Что — не они? — спросил Андрей, фокусируя взгляд на девушке.
Мыслями он явно был где-то далеко.
— Не они Елизавету Львовну…
— Да уж, старушек похищать да по подвалам неволить — это не про гимназистов сопливых. Скорее всего, прослышали, что квартира пустая стоит, решили поживиться. Сегодня вон только какой-то мужичок пьяненький вещал, что в квартире клад наверняка спрятан.
— Да, они говорили, что, мол, белая кость, богатства старые, — кивнула Марина. — Золото еще искать собирались. А я на Елизавете Львовне только одно серебряное колечко с печаткой видела и серьги — золотые, но маленькие такие, с желтыми камушками. Она и то, и другое не снимая носит.
— Вот и я о том же. Если похитили ее из-за клада какого, то точно знали бы, что искать. Значит, не они, эти просто залетные, — он снова помолчал, вздохнул, искоса глянул на девушку, словно сомневаясь, стоит ли ей говорить что-то важное. Но все же рискнул: — И вот какая у нас с вами ситуация вырисовывается, Марина Викторовна. Если мы сейчас в присутствие полицейское пойдем да на проникновение заявим, мало того, что вас затаскают по допросам, так еще и настоящих гадов спугнем. Квартиру-то опечатают. Цветы, опять же, погибнут.
— Ой!
— Вот вам и «ой!», — Андрей повернул к ней голову и улыбнулся устало.
— Так что же, они совсем безнаказанными останутся? — нахмурилась девушка.
— А вот этого не допустим! — подмигнул сыщик на этот раз по-настоящему весело, но рассказ продолжил серьезно: — Тут ведь как, Марина Викторовна: ну вот арестуют их сейчас, посадят, считай всю жизнь мальчишкам поломают. Выйдут с рудников либо калеки больные, либо негодяи отпетые. Лучше уж припугнуть их хорошенько, до сведения родителей про их развлечения донести. Молодые люди-то не последние, в гимназии учатся, небось, и на университет замахнуться собираются.
Марина задумалась. Так вроде правильно все Андрей Ильич говорил, да только ведь ей потом житья не дадут парни эти. Припомнят, что она их сдала сыщику. О том и спросила.
— Ну вы как скажете, Марина Викторовна! Кто ж вас вообще упоминать станет? Скажу, их соседка опознала, когда в окно сигали. Там же светло, фонарь. А кто именно — я докладываться не обязан.
Девушка немного подумала и кивнула.
— Ладно. Пойду я тогда, приберу, что они там разгромили. Не оставлять же.
— Мур-р-р, — согласился Герострат, поднялся и всем своим весом потоптался по Марининым коленям.
Андрей хмыкнул.
— Помогу, — решил, открывая дверь со своей стороны, и добавил, заметив, что Марина собирается воспротивиться: — Заодно и посмотрю, что они сломать успели. И фотографии сделаю. А еще отпечатки пальцев сниму. Чтобы было что родителям предъявить.
— Ой, а вы еще и фотографировать умеете?
— Работа такая, — усмехнулся Звягинцев и достал с заднего сидения самоходки фотоаппарат — из новомодных, такой, что в руках удержать можно, без штатива.
Марине очень хотелось спросить, что за отпечатки пальцев и зачем они нужны, но постеснялась. Может, потом как-нибудь.
Первым в квартиру вошел кот, просочился, едва дверь приоткрылась. Принюхался и ринулся в сторону гостиной.
— Ой, только не в кабинет! Там же земля рассыпана, разнесет по всей квартире.
— Погодите, Марина Викторовна, — придержал ее сыщик. — Давайте-ка глянем, что он учуял. Это же не дворовый какой кот, а импер-кун. Они поумнее иных людей бывают.
Чуть ли не на цыпочках они прошли в гостиную следом за зверем. Перевернуто здесь было изрядно: скатерти, вышитые салфетки, книги, бумаги какие-то из шкафов вытаскивали, скидывая на пол, столовые приборы — не серебро, недорогой мельхиор — поблескивали в открытых ящиках. Их не тронули, разобрались, что овчинка выделки не стоит.
Зато зачем-то опрокинули и завернули в снятую с журнального столика серветку шинджунскую медную напольную вазу, вытащив из нее композицию из камышей, осоки и ковыля. Сухие стебли кое-где были сломаны, а соцветия раскрошились и засыпали семенами и пухом пол.
— Вандалы малолетние, — пробормотал Андрей, и Марина была полностью с ним согласна.
Кот старательно обнюхивал почему-то именно книги и бумаги. Даже лапой себе помогал вытащить что-то еще не исследованное. Наконец остановился на каком-то довольно большом, но тонком альбоме, подтянул его зубами на свободное пространство, сел на книгу сверху и уставился отчего-то на сыщика.
Андрей присел на корточки, попробовал рассмотреть, что нашел Герострат, но за пушистым хвостом это было проблематично.
— Покажешь? — спросил сыщик серьезно, обращаясь к импер-куну. Тот, не меняя сидячего положения, попятился, вытирая попой обложку. Звягинцев поднял книгу.
— «Первая Ухарская мужская гимназия — история и наши дни», — прочитал сыщик. — Вот интересно, ты намекаешь на этих наглых оболтусов? — кот презрительно фыркнул. — Значит, на похитителей?
Герострат повернулся к Звягинцеву хвостом и отвечать не стал.