Чтение онлайн

Калеб, повторяю я. У тебя есть Калеб. Ты его любишь и не можешь причинить ему боль.

И хотя это лето с Калебом было далеко не идеальным, я его люблю. Он мне очень дорог. Испытывать влечение к Тайеру? Я не могу. Мне нужно остановиться.

Я отхожу от него и заставляю себя улыбнуться.

– Спасибо, что побегал со мной.

– Салем! – кричит он мне вслед, но я не останавливаюсь.

Я закрываю за собой входную дверь и делаю глубокий вдох.

Возьми себя в руки, Салем.

Бинкс мяукает из угла мастерской за антикварной лавочкой «Бурное прошлое».

– Знаю, приятель! – кричу я с другого конца комнаты, наливая воск в стеклянные банки, которые использую для свечей. – Скоро поедем домой. Я почти закончила.

Я работаю сверхурочно, чтобы в магазине сохранялись мои осенние ароматы. Сейчас только середина сентября, но некоторые уже распроданы. Людям нравятся мои свечи, и я этому бесконечно рада, потому что их изготовление – отличный способ расслабиться.

Время от времени я беру Бинкса с собой в мастерскую. На мой взгляд, он ценит возможность ненадолго выбраться из дома в новое место.

Звонит телефон, и я вздрагиваю и чертыхаюсь, когда на пальцы попадает горячий воск. Я заканчиваю наливать и провожу пальцем по экрану, принимая вызов.

– Привет, детка, – раздается голос Калеба.

Моя грудь больно сжимается от того, как сильно я соскучилась.

– Привет. Как дела?

Не могу поверить, что его нет уже месяц. Лорен уехала две недели назад и торопит меня поскорее ее навестить.

– Колледж есть колледж, – говорит он, как будто этим все сказано. – Как бы я хотел увидеть твое лицо!

– Ты мог бы связаться со мной по FaceTime. – Я смеюсь. – Хотя видок у меня так себе.

Когда я делаю свечи, я собираю волосы в беспорядочный пучок и надеваю старые шмотки, которые не жаль испортить.

– Ты всегда прекрасна. – Он переключается на видеозвонок, и я провожу пальцем, чтобы его принять.

– Я тебя предупредила. – Я сдуваю с глаз прядь волос.

Он ухмыляется, его глаза сверкают. За его спиной – комната в общежитии. Он сидит за письменным столом, за ним – его кровать.

– Какая же ты сексуальная! – Я закатываю глаза. – Нет, правда! – настаивает он. – Уже поздно. Когда пойдешь домой?

Я пожимаю плечами и наливаю еще воска.

– Скоро. – Он выглядит озабоченным. Он знает, что я склонна перерабатывать и переутомляться. – Обещаю.

Он качает головой, он мне не верит. Вылив остатки воска, я беру телефон и перехожу с ним к той части мастерской, где воск уже затвердел в банках и можно начать клеить наклейки.

– Береги себя.

– Пожалуйста, не беспокойся обо мне. У тебя и так забот хватает. Я не хочу быть обузой.

Он выдыхает.

– Ты не обуза. И никогда ею не будешь.

Я опускаю глаза, притворяясь, что сосредоточена на наклейках. Интересно, что бы он подумал, если бы узнал правду. О том, что мой отец сделал со мной. С моей сестрой. Калеб знает, что мой отец применял физическое насилие в отношении моей мамы, но он не знает худшего.

– Тебе нужно сосредоточиться на колледже, – напоминаю я ему.

– Эй. – Его голос напряжен. – Что-то не так. Расскажи.

– Все в порядке. – Я заставляю себя лучезарно улыбнуться. Все и на самом деле в порядке. Не случилось ничего, о чем он мог бы беспокоиться. Иногда я просто соскальзываю с колеи.

– Я люблю тебя, – мягко произносит он. – Можешь говорить со мной обо всем.

Вряд ли ему понравится, если я расскажу о своих крайне сложных чувствах к соседу. Калеб идеален. По крайней мере, настолько близок к идеалу, насколько это возможно. Он хороший парень. Даже отличный. Наши отношения складываются легко, и он делает меня счастливой.

Но если мои мысли постоянно возвращаются к Тайеру, значит, с отношениями что-то не так, верно?

Или что-то не так со мной.

– Я знаю, что могу, – отвечаю я. – Просто мне тяжело. Мне тебя не хватает. И Лорен тоже. – На мой взгляд, это прекрасный предлог, чтобы он наконец от меня отвязался.

– Я тоже скучаю по тебе, детка. Надеюсь, ты сможешь приехать ко мне на выходные в ближайшее время.

– Да, смогу.

Но не стану.

Я через камеру чувствую его пристальный взгляд.

– Я сделал что-то не так?

– Нет! – выпаливаю я. Я не хочу, чтобы он думал, что дело в нем, потому что дело не в нем. То, что я чувствую – это моя вина. – Господи, нет! Я просто немного рассеяна. – Я поднимаю ароматическую свечу.

– Хорошо. – Похоже, он мне не верит. – Я тебя люблю. Поговорим позже.

– Люблю тебя.

Я первой вешаю трубку. И плачу. Я не часто срываюсь. Прошло много времени с тех пор, как это случилось в последний раз, примерно полгода назад, но меня захлестывают эмоции. Я вспоминаю о своем психотерапевте, о том, как она советовала справляться с травмой, и я позволяю чувствам быть. Позволяю себе оплакивать маленькую девочку, которой пришлось стать такой сильной тогда, когда она должна была оставаться ребенком.

Идет дождь, и я промокла до нитки. Я стою на парадном крыльце Тайера с громко мяукающим Бинксом на руках. Кот сердится на то, что промок.

Я стучу в дверь, затем снова и снова жму на звонок.

Я не знаю, что заставило меня подойти к двери его дома, а не моего, но сейчас я здесь и не могу заставить себя уйти.

Дверь распахивается, и я вижу Тайера. Он в одних трениках. Без рубашки или футболки. И только спереди по центру выделяется его выпуклость – а я уже знаю, как сильно она притягивает мой взгляд. Вот и сейчас мои глаза сосредотачиваются именно на этом месте.

– Какого хрена? – Он осматривает меня с головы до ног, промокшую после прогулки от машины до дома. Прогулка совсем недальняя, я ведь живу по соседству. Вот только дождь идет стеной. – Какого хрена? – повторяет он, и его взгляд останавливается на недовольной физиономии черного кота в моих руках.

– Бинкс не любит дождь.

– Тогда почему он под дождем?

– Мне нужно было срочно с тобой поговорить.

– И для этого ты принесла своего кота?

Я закатываю глаза.