Чтение онлайн

«Точно, сестра», — подумал Умов, поглядев на обеих. В каждой отдельной детали Ольга почти не отличалась от старшей сестры. Чуть ниже ростом, чуть светлее волосы, чуть шире лицо. Все эти маленькие различия, взятые вместе, создавали совершенно другое впечатление. Пока Изяслав представил остальных, Умов обратил внимание, как Василиса смотрит на охотников. Она не поворачивала головы, только скашивала глаза: эта рептильная малоподвижность нервировала Умова. Когда они сели за стол, он непроизвольно занял место как можно дальше от старшей Черновой, не только и не столько из-за ее взгляда. Василиса могла упомянуть только то, что она волшебник Корпуса.

Роду Черновых семьсот лет. Князь Чернов, когда ему было двадцать, в одиночку убил дракона. Князь Чернов стоял возле царского трона. У князя Чернова три дочери и малолетний сын. И двух его дочерей Умов видел сейчас.

— Вводная очень проста, Василиса Андреевна, — Изяслав знал, с кем имеет дело. — Мы подозреваем, что в этих краях собираются призвать дракона.

Две сестры повели себя совершенно по-разному. Ольга поерзала, всем своим видом пытаясь показать: «Я же говорила».

— Я могу ознакомиться с выкладками? — очень спокойно уточнила Василиса.

— Вот они, — Петр по знаку Изяслава расстелил на столе карту.

Изяслав излагал сухо, отсекая малозначащие подробности. Сестры умели слушать: пока Изяслав рассказывал о том, как они дошли до таких выводов, обе молчали. Ольга сидела, уставившись в стол, время от времени посматривая на Изяслава и Умова. Василиса следила за картой, и если Умов не видел никакой системы в Ольгиных взглядах, то на лице Василисы просто читалось, что она готовит список вопросов.

— …Примерно так, — подвел итоги Изяслав. — Задавайте вопросы.

— Полагаю, что я могу оказаться полезной, — голос Ольги оказался мягким и приятным: полной противоположностью Василисиному. — Меня учили работать с человеческой памятью, у вас есть пленные, я могу попробовать проверить их показания.

«Ну да, — подумал Умов. — То-то было у меня странное предчувствие».

— Можете, — согласился Изяслав. — Когда отдохнете.

Словно в подтверждение его слов Василиса с нажимом провела ладонью по лицу сверху вниз.

— Разрешите ознакомиться с расчетами, — ее ледяной взгляд встретился с взглядом Умова и снова вернулся к Изяславу. — Вызов дракона — это достаточно редкое и сложное событие.

— Полагаете, что поганые не смогут справиться?

— Люди моего уровня смогли бы, — пожала плечами Василиса. — Предпочту не считать поганых неумехами.

— Хорошо, — сказал Изяслав. — Тогда точно так же после отдыха ознакомитесь.

«Дела Корпуса считать безместными».

Иван II, царь Рутении

Раз-два. Раз-два. Поскальзываться нельзя, идти медленнее тоже. Холодная грязь мерзко хлюпала под ногами, налипая на сапоги. Так должен выглядеть самый противный уголок Нави. Не снежная зима, а холодная слякоть, пробирающая до самых костей. Сосредоточиться на дороге нельзя. Надо смотреть по сторонам, иначе все может кончиться как для тех дураков.

Раз-два. Раз-два. Ветви, противные, влажные, мешались на пути. Иногда Умову казалось, что одна из этих веток кожистая, и он на мгновение замедлял шаг. Раз за разом тревога оказывалась ложной, и потом ему приходилось догонять впереди идущего. Они двигались вглубь леса — в чащу, куда местные крестьяне старались не соваться. Охотники спешили. Пока след горячий, пока не наступила противная осенняя ночь — надо идти. Враг совсем рядом.

Колдуна ловили долго. Найти его удалось лишь по нескольким малозаметным уликам, которые охотники смогли найти и сопоставить. Но погоня не задалась с самого начала: в доме колдуна не оказалось. То ли по случайности, то ли чутье подсказало ему — время бежать. Охотники знали, где может быть капище. Знали еще два места в деревнях, где колдун мог скрываться. Туда отправили два отряда солдат. Пока охотники проверяли самое опасное место — капище — произошла вторая неудача.

Командир одного из отрядов узнал, что колдун спрятался в доме. И нарушил одно из главных правил охоты: не пытаться самому взять поганого. Почему он это сделал, Изяслав даже не выяснял. За четверть часа до прибытия охотников колдун выскользнул из ловушки и, обернувшись волком, скрылся в лесу. Он совершил простой и беспроигрышный маневр: выпустил на солдат двух упырей, выждал несколько секунд — и рванулся прочь.

— Ты куда полез?! — час назад орал Изяслав на молодого дворянина. — Куда тебя понесло?

Не было времени выяснять отношения. Вот уже час они шли по следу, который и не думал обрываться. Никаких уловок: даже на том месте, где цепочка волчьих лап сменилась на отпечатки сапог, колдун не сделал ни одной попытки запутать следы. Может, из-за этого они и не могли до сих пор его догнать: охотники ждали подвоха и проверяли любое подозрительное место, пока колдун рвался напрямик.

Умову хотелось, чтобы охота поскорее закончилась успехом. Он кожей чувствовал, как кто-то чужой наблюдает за ними. Пару раз ему уже померещились не кожистые ветви, а еле заметные тени, скользящие за деревьями. Они останавливались и из-за этого тоже теряли время, пока колдун бежал. Интересно, к чему он мог бежать? Или к кому?

Если он пытается оторваться от погони — охотники догонят его. Если он хочет скрыться в схроне — охотники его найдут. Если он бежит за помощью к какой-то чужой силе, ради которой погубил десяток человек, охотники убьют чудовище. Умов чувствовал какую-то неправильность ситуации, но не мог ее облечь в слова. Шли первые месяцы его службы в Особом приказе. Он еще казался деталью, которую выточили, вставили в сложный механизм, но пока что не до конца подогнали к остальным частям этой машины.

Вот Глеб — пожилой, высушенный ветром и солнцем волшебник — уже притерся к этим людям и понимал их с полуслова. А они понимали его. Сейчас Глеб молчал и рассматривал пробник. Умов покосился на свой: дудочка показывала превышение фона, обычное для таких нехоженых мест. Судя по всему, Глеб видел что-то еще, чего Умов пока не понимал.

— Ходу, — скомандовал Изяслав, когда Глеб закончил изучать пробник.

Скоро под ногами захлюпало вновь: уже посерьезнее. Они вышли к болоту. След вел прямо в воду, которую еще не схватил холод поздней осени. Умов присмотрелся. На ближайших к ним кочках не было ни единого следа. «Ушел, сволочь!» — закусил губу Умов.

— Ищем! — распорядился Изяслав. — Лютый, Богдан, найдите мне его след. Все смотрим в оба. Бдительности не терять.

Лютый отдал ружье Петру и пополз на карачках там, где поверхность переходила из почти мокрой в почти сухую. Там, где пасовал пес, следы искал человек. Иван проверил дудочку. Он отметил значительное возмущение магии, но при этом ничто не указывало на близость демонов. Зыбкая тень между дальними елками так и не показывалась.

Их спас случай. Они следили за сушей гораздо лучше, чем за водой. Умов, глянув на болото, смог заметить, что сухие камыши подрагивают, и это дрожание движется к границе воды. Вот почему дудочка засекла магию, но не демонов! Только сейчас он понял, что к ним подкрадываются не пришлые, а местные твари.

— На воде! — заорал Умов, и, не медля ни секунды, бросил прямо в дрожащие камыши колдовскую стрелу.

Два фонтана грязи взмыли почти одновременно. Лютый вскочил с места и в мгновение ока оказался возле отряда. Одновременно с ним из воды с ревом поднялось существо. Болотника не трогали очень долго: он успел вымахать до чудовищных размеров. Сутулое тело обросло длинной спутавшейся шерстью, превратившей чудище в темно-серый ком. Пара красных глазок злобно сверкала из-под тяжелого лба. Болотник с шумом пошел вперед; его хвост молотил по воде, поднимая брызги.