Чтение онлайн

— Сопротивление при аресте лишь подтверждает и умножает вашу вину, — Олафури не сводил глаз с мельчайших серебристых лезвий, угрожающе сверкающих над его головой.

Димостэнис перевел взгляд с него на Дайонте, Элсмиретте, краем глаза покосился на отца. Вокруг Лауренте Иланди словно зверь, запертый в клетке, зло билась энергетика земли, переплетенная с нитями огня, тянущихся из огневиков, развешанных по стенам.

Однако никто не спешил делать следующий шаг. Мены неумолимо тикали. За дверью боролся со смертью последний из рода правящий династии. Ради кого другие готовы были сражаться и умирать.

Четкий шаг десятков ног разрезал гнетущую тишину. Одетые в черное с головы до ног, держа на готовку моргены, с нашивками своего подразделения по коридору шли каратели во главе состаршим. Опытные воины, бесстрашные защитники, безжалостные убийцы. Они вызывали дрожь не только у простого народа. Сверкая боевыми аурами, дошли до дверей покоев, замерли. Предводитель нажал на незаметный рычаг посреди стальных пластин шеста, выпуская лезвия. Словно эхо раздались слитые воедино щелчки остальных моргенов.

Как все быстро! Каратели собрались почти мгновенно. Рядом со старшим нет его правой руки. Значит «летуны» кружат неподалеку. А вот и кир Драгор. Императорская гвардия. Сколько с ним человек?

Сколько бы не было. Серебра на всех не хватит.

Покушение на императора. Попытка переворота. Сопротивление при аресте. Этого достаточно, чтобы наконец исполнить заветное желание советников и навсегда избавиться от него. Дим привычно вздернул подбородок. Серебро клубком осело у его ног, как верный пес, ожидая команды.

Лиарен Иланди бросил короткий взгляд на своих бойцов. Перевел взгляд на брата.

— Мы готовы выполнять ваши приказания, сэй!

Удивляться времени не было. Димостэнис пряча ошарашенный взгляд, коротко кивнул.

— Поставить охрану у дверей покоев его величества! Никого не впускать без моего разрешения.

— Служим правителю Астрэйелля!

Как и предполагал главный советник, за Драгором протиснулись гвардейцы, окружив законников, заставляя их отступить.

— Димостэнис, — глава Дома Иланди с трудом отвел взгляд от старшего сына. — Ты сам сказал, что его величество ранен. Ему нужна помощь целителя. Пусти Бриндана.

Дим не ответил, судорожно бегая взглядом от одного лица к другому. Златовласую головку он нашел на одном из отдаленных балконов. Быстрыми шагами преодолел расстояние, разделяющее их.

— Думаю, сэя Дайонте справится не хуже, — подхватил растерянную девушку за локоть и увлек за собой в комнаты императора.

Захлопнулась тяжелая дверь, отделяя их от остального мира. Всего несколько мгновений чтобы броситься в любимые объятия. Порывисто, жадно, касаться друг друга, чувствуя под ладонями знакомое тепло. Уткнуться в волосы, сделать несколько скупых, быстрых вдохов.

— Как ты? — прошептала Олайя. — Я так испугалась! Какой же ты безрассудный!

Он не ответил. Для выражения чувств не всегда нужны слова.

Однако время безжалостно и не дает шансов тем, кто его не ценит.

— Аурино тяжело ранен, — Димостэнис отстранился, — он смог набраться немного сил. У него сильно поврежден хьярт. Ты должна помочь ему.

Олайя растерянно повернулась к двери.

— Дим, — ее взгляд испуганно метнулся к нему, — но сэй Пантерри! Он лучший! Я не смогу!

— Ты сильная! — он взял ее за плечи, тихонько сжал руки. — Ты справишься!

— Нет, — замотала она головой. — Нет!

— Послушай, — быстро проговорил Дим, — то что сказал тебе Пантерри, насчет побочного эффекта — неправда. Твое умение проводить энергии — одна из сильнейших сторон твоего дара. Ты — проводник.

Олайя вжалась в дверь.

— Прошу тебя, Лала, — отчаянно прошептал он, — помоги мне. Я никому не верю кроме тебя. И сейчас мне нужна твоя помощь.

В ее глазах по-прежнему сиял страх и паника. Она убрала его руки, отошла. Подошла к двери спальни, где лежал император. Распахнула, замерев на пороге.

— Прикажите, сэй, пускай поставят мощные огневики по всей комнате. Мне нужна открытая энергия огня.

Глава 16

Как Димостэнис и предполагал все три отряда «летунов», оставшиеся в Эфраноре сейчас располагались на заднем дворе. Он прошелся вдоль стоил, оценивая их силы. Конечно, против армий Пяти Великих Домов им не выстоять. Однако сбор военных формирований дело не быстрое. Несколько дней они смогут продержаться в случае новой попытки нападения. Димостэнис очень верил в мастерство Олайи и надеялся, что большего им не надо.

В штабе его ждали Клит и еще несколько людей, отвечающие за проведения праздничного шествия. При виде его все вскочили на ночи и склонили головы.

— Начинайте, — бросил глава службы, проходя на свое место.

— Все шло по плану, — начал Клит не сводя с него глаз. — Люди ждали и радовались императору, за весь день практически не было никаких инцидентов, за исключением нескольких мелких случаев.

— Что именно?

— Да, — махнул рукой докладчик, — были невменяемые, которые все хотели под копыта императорской лошади броситься.

— Зачем? — Дим бросил раздраженный взгляд на помощника, который все также продолжал стоять. Впрочем, как и все остальные.

— Благословение императора получить. Несколько дамочек все старались цветы бросить. Но ребята не дали — приказ помнили. Еще пара подобных мелочей. Появление его величества вызвало большое потрясение. Я сам видел, как люди впадали в экстаз, смеялись, плакали.

— Что же произошло потом?

— Что-то ударило чуть ниже балкона, взорвалось, полыхнуло пламенем и скрыло императора. Каратели сразу помчались туда, откуда прилетели эти снаряды. Я поднял наших, мы начали рыскать вокруг. Летело отовсюду. Шары падали на землю, оставляя воронки, попадали в башню, взрывались.

Дим кивнул.

— Гвардейцы пытались проникнуть в башню, но это было бесполезно.

— Что за шары? Откуда это взялось? Вам удалось узнать?

— Акилоровская сталь, — Клит достал из ящика стола две половинки шара, очень похожего на тот, что залетел в башню, — мы подобрали несколько пустышек, оставшихся на поле. Точно такими же только начиненными взрывным порошком была обстреляна площадь. Первый шар попал чуть ниже балкона, но этого хватило, чтобы снести его. Следующие шары били прицельно по башне. Если бы не ваша защита, — глаза помощника сверкнули, — от нее не осталось бы даже мокрого места.