Чтение онлайн

– Я ж даже не знаю, чи алмаз це! – отрицательно покачала головой Иванна. – Тилькы предполагаю. Процентив девьяносто, що не помыляюсь. До того ж, якшо це действительно алмаз, то нельзя ни в коем разе! В вашей пуле есть железо чи його сплавы?

Миша и Кирилл Александрович дружно пожали плечами.

– А что? – поинтересовался Миша, – Это принципиально?

– А то! Якшо чего-то железное попадется и дойдеть при нагреви до восьмисот градусов, – растворыться вин, к чертям собачьим!

– Да ты что? – удивился Кирилл Александрович – надо же, а я и не знал! Я думал, что плавится он при большей температуре.

– Так то плавится! А тут химична рэакция будет!

– А расплавить при какой температуре можно? – спросил Миша.

– Тры с половыною – чотыри тысячи градусов. А толку? – у мене нема, де його плавыть. Та и зачем? Спалыть його вы можете и при восьмистах градусах, якшо кислород давать будэтэ.

– Да я так просто спросил, – успокаивающим тоном сказал старик, и покачал головой. – Правильно говорят, век живи, век учись.

– Так что же нам теперь делать? – спросил Михаил. – Сдвинем вопрос с мертвой точки или нет?

– Сдвинем. Как тилькы доешь пирог, а не будешь його обсматрювать!

Миша набросился на еду.

Несмотря на свой внешний вид и непередаваемую смесь русско-украинских слов, Иванна Васильевна свое дело знала. Сев за рабочий стол и зажав остатки пули в крохотных тисочках, она вооружилась какими-то невиданными инструментами и в два счета вытащила камень.

Черный полупрозрачный камушек напоминал две составленные основаниями трехгранные пирамиды и размером был около полутора миллиметров. То ли Иванна Васильевна действовала аккуратно, то ли камень был очень плотным, но инструменты ювелира не оставили на нем ни царапины.

– Не до кинця обработанный алмаз, – вынесла свой вердикт ювелир. – У брильянтив зараз практично не мае такой огранки!

– Дорогой? – спросил Кирилл Александрович с интересом наблюдающий за Иванной.

– Да нет, тильки цвет интересный! А так ничого особого нету…

Все поочередно рассмотрели алмаз. Пять углов и шесть идеально гладких граней. Никаких знаков или надписей.

– Чем дальше в лес, тем темнее, – задумчиво произнес Миша. – Почему камень был в пуле, так и не понятно.

– У меня есть версия, вот только не знаю, подойдет ли она, – неуверенно сказал Кирилл Александрович. – Это именная пуля.

– Це как? – удивилась Иванна.

– Ну, я имею ввиду, что-то вроде сувенирной пули. Отлили себе на память, камень для красоты вставили, а потом по каким-то причинам использовали. Это, кстати, объясняет ее дисбаланс, тем более, если она самодельная… Ну, знаете, как бывает, когда патрон на цепочке носят…

– Как вариант, вполне ничего, – согласился Миша. – Хотя в целом дело загадочное. Посмотрим, что еще отпечатки дадут.

Еще с час они сидели у гостеприимной хозяйки, а потом засобирались. Иванна Васильевна не хотела их отпускать, потом еще строила глазки Кириллу Александровичу предлагая ему остаться, а не «бигаты вулицэю по ночам», чем очень смутила почтенного старика.

Миша клятвенно обещался доставить Кирилла Александровича домой лично, и в конце концов, тысячу раз поблагодарив и дав обещание заходить в гости, они наконец-то покинули хлебосольный дом.

* * *

Через сорок шесть минут мы выезжали от корифея. «Истар» стал легче на сто пятьдесят долларов. Не знаю, деньги немалые плачены, но вроде бы, вроде бы, авто шло лучше. Мягче, что ли? Плюс экран заговорил по-нашенски. Может и внушение, но Антон сказал, что теперь стало лучше однозначно.

А в принципе, пассажир полезный. Даже не жалко денег, потраченных на шаурму и чебуреки! Он давно отработал то, что проел. Нервы помотал конечно, это да, зато – впечатлений новых подкинул.

Вообще-то, я хотел немного по Киеву покататься, но из-за Антона передумал. Может, это он передумал, конечно, но думаю, что в мою голову ему не залезть. Ни в прямом, ни в переносном смысле. Ладно, в Борисполь, так в Борисполь! Но едва я об этом подумал, как…

– Поехали в Лавру! – полуспросил-полуприказал Антон.

От неожиданности я вздрогнул.

– Чего мы там забыли?

– Хочу убедиться, что не забыли. – Загадочно ответил пацан.

Я молча повернул руль.

Мы проехали пару улиц и я на него посмотрел. Он сидел отвернувшись, глядя в окно на пробегающие мимо дома. Движение тут, конечно, посерьезнее. И если бы не этот самодовольный, что ли, вид…

Я хмыкнул. Антон повернулся ко мне.

– Иногда так тяжело сдерживаться! – сквозь зубы процедил я.

– А ты не сдерживайся! – посоветовал Антон. – Хочется дать волю чувствам?

– К сожалению, не только чувствам, но и рукам! – признался я.

– Хочешь ударить меня? – пацан пожал плечами. – Думаешь, станет легче?

– Поначалу, может и станет, а потом, наверное, совесть замучает! – согласился я.

– Ага.

– Так может быть, скажешь, кто ты? – безразлично спросил я, внимательно глядя на дорогу, чтобы не пропустить поворот.

– Может, и скажу.

Больше я от него ничего не добился.

Не доезжая до Киево-Печерской Лавры, мы оставили машину, и пошли пешком.

По дороге я несколько раз оглядывался назад. Никогда еще мы с «Истаром» не расставались так надолго. Я буду скучать.

Между прочим, водительские навыки на мой взгляд, существенно возросли.

Вот и Лавра. Известнейший памятник архитектуры, он же историко-культурный заповедник. Который, к моему стыду, я за всю свою жизнь так ни разу и не удосужился посетить.

Подойдя к закругленной арке входа, сквозь которую медленно текли редкие посетители, я остановился. Мне почему-то казалось, что туристов должно быть гораздо больше. Тем более, сегодня воскресенье.

Антон нетерпеливо дернул меня за рукав.

– Ну, чего мы стали! Я туда хочу, – заныл он голосом капризного барчука.

Я обалдело уставился на него.

– Чего смотришь! Кто маме обещал? – тянул он меня ко входу.

Качнувшись, я тронулся с места, словно паровоз, который семьдесят лет мирно почивал в углу депо, пока мудрые чиновники не решили вновь вернуть его на рельсы.

– Скажите, ээ, пожалуйста, вход бесплатный? – проблеял я, обращаясь к суровому охраннику.

Свысока оглядев нас, тот кивнул.