Чтение онлайн

— Все же дурень. Все вы южане дурни. — Насмешливо фыркнула она, грузно прошагала к берегу и аккуратно прислонив копье к торчащему из воды обломку скалы, сняла с ветвей кустарника только сейчас замеченный Эддардом кусок ткани. Развернула. Обмотала вокруг бедер, пропустила плед над плечом завернула в хитрую петлю и завязала концы в узел. — Ну а теперь, когда ты не пялишься на мои сиськи, можешь уже рассказать, кто ты такой и что здесь забыл?

— Я… — Почувствовав что краснеет историк откашлялся. — Меня зовут Эддард цу Абеляр. Ученый. Полный Лектор Лютецкого Императорского университета. Я… путешествую. Собираю… э-э-э… истории… э-э-э… коренных народов серных провинций. Хочу записать их в каталог. Сказания малых народов севера… То есть великих народов севера. Быстро поправился заметив как слегка нахмурилась великанша Эддард. — Если вы… ты… расскажешь мне истории своего народа или своей жизни я… я готов тебе оплатить потраченное время. Правда… Последнее время меня преследовали неудачи так что я не смогу заплатить много… Разве что пару скойцев…

— Монеты за истории, говоришь? — Вытянув губы трубочкой дикарка покопалась в затылке, уперла руки в бока, качнулась с носка на пятку, и в очередной раз оглядев мужчину с головы до ног, сплюнула под ноги. — Ученый… Книгочей значит… Книжки умные читаешь… Духи говорят другое… Сумасшедший, вот ты кто. А не боишься, что я стукну тебя по твоей умной башке, а потом отниму все деньги? Ты один, книжник. Место здесь глухое.

Духи. Она уже дважды упомянула духов. Из слышащих? Тех, кто пьет отвар из галлюциногенных грибов и разговаривает с деревьями и ветром? Боги как интересно. Сокровище. Настоящее сокровище. Если эти самые духи не скажут ей свернуть мне шею.

Вспыхнувший было восторг Абеляра пропал так же быстро как гаснет застигнутая порывом ветра свеча.

— Боюсь. — Медленно произнес Эддард, тщательно подбирая каждое слово. — Когда я отправился сюда, на север, то считал, что достаточно того, что я безоружен, нейтрален, что, хоть и верю во всеблагую церковь и Создателя, активно не поддерживаю ни одну конфессию или мировоззрение. Что мой статус ученого защитит меня от посягательств. Что нежелание зла ни одной из сторон…э-э-э… скрытого или явного конфликта, позволит мне и дальше оставаться лишь наблюдателем того, что происходит вокруг. Сейчас я понимаю, что некоторые из… местных жителей… готовы убить меня за сапоги. Или просто так. Но, думаю, будь ты из топорников[2] или просто разбойницей ты бы меня уже проткнула этой своей штукой. — Сделав глубокий вдох, Абеляр заставил себя расправить плечи и взглянуть великанше в глаза. Получилось плохо. Хотя природа и наделила его немалым ростом, макушка ученого едва дотягивала до груди северянки, так что пришлось задрать голову, и взгляд получился сверху вниз, но видимо хватило и этого.

— Ха… — Немного подумав горянка шумно высморкалась под ноги и пожав плечами снова подхватив копье забросила его на плечи. — Лопочешь, ты южанин так быстро и мудро, что я половину слов не понимаю, но яйца у тебя есть. А мне нравятся мужики с яйцами. — Похабно подмигнув опешившему Абеляру великанша сверкнула зубами и задрав голову уставилась на солнце. — И духам ты тоже нравишься. Они говорят что неплох был бы разделить с тобой хлеб… Монеты за истории говоришь… Знаешь. Тебе повезло целых шесть раз. Первое. То, что ты нарвался на меня, а не на кого другого. Второе. Выйди ты к селу, тебя скорее всего нашпиговали бы стрелами. Свои же. Там сейчас… не слишком спокойно. Третье. Я считаю, что мы, дети пресветлого и всеблагого Создателя должны друг другу помогать… Ну, до определенной степени, конечно. Четвертое, судя по запаху ты, дурень, полез в холмы и пару раз вляпался в черную гнильчатку, но на кожу, судя по тому как, что ты не воешь, не пускаешь ртом пену и не гадишь собственными внутренностями, не попало, а то что на одежде и сапогах уже подсохло, так что почистишься вечером и все будет хорошо. Пятое, что топочешь ты как обожравшийся забродившего зерна мул, а воняешь как винная бочка, и я почуяла тебя шагов за сорок. Ну а шестое…. — На мгновение замолкнув, великанша усмехнулась. — А за шестое сойдет то, что сапоги твои мне малы будут, а историй у меня полно. Надо всегда старатся быть хорошим человеком, так? Честно зарабатывать и все такое…

— Гнильчатка?… — с ужасом оглядев заляпанные черно зеленой грязью сапоги Эддард громко сглотнул слюну

Черная плесень. Дрянь принесенная в мир пришедшими. Ядовитая настолько, что малая частица попавшая на кожу убивает взрослого человека. Потому дорога и делала такой крюк. Сейчас эта варварка будет надо мной смеяться. Но неужели я не заслуживаю этих насмешек? Я идиот. Просто гребанный идиот.

— Эй. Книжник? Ты чего застыл? — В голосе великанши слышалось нескрываемое любопытство. — Ты, что действительно видишь моих духов?

— Э-э-эм… Взяв себя в руки Эддард тряхнул головой и выдавил из себя улыбку. — Ты веришь в Создателя?

— Ага. — С серьезным видом кивнула северянка и выбравшись, наконец из ручья, зевнула широко открыв рот. — Я вообще-то охотник, этой, кон-гре-гац-ии. Работаю на большого жреца в общем. Того что в Ислеве в доме бога живет. В кого мне еще верить? Хожу, ловлю всякую дрянь, а церковь мне платят. Иногда сама работу ищу. У меня даже эти… грамоты есть. С печатями все как положено. Хочешь покажу? Они у меня тут, зашиты — Неловко сунув рогатину под мышку великанша завозилась с узлами пледа.

— Э-э-э… Нет. — Покачав головой Эддард вскинул руку в отвращающем жесте. — Я тебе верю… госпожа…

— Никакая я не госпожа, книжник. Меня Сив звать. — Криво усмехнувшись, горянка, кивнула головой в сторону все еще вяло трепыхающейся в паре шагов рыбины. — Давай, хватай ее и пошли. Сомы обычно тиной воняют, и на вкус как старая подошва, но этот молодой. Мнится мне, славная из него похлебка получится. Из башки. А остальное можно над костром завялить. Пошли. Наш лагерь недалеко.

— Лагерь?… — С некоторым сомнением протянул Эддард. Осторожность медленно брала вверх. — Горянка судя по всему была настроена к нему благодушно, но кто знает что скажут о незваном госте ее спутники. Воображение уже рисовало Абеляру, медленно обступающих его со всех сторон вооруженных топорами и копьями косматых, словно вставшие на дыбы медведи, недобро скалящихся, великанов в пледах.

— Ага. — С довольным видом кивнула горянка. И присев на камень начала неторопливо обматывать босые ноги извлеченными откуда-то из недр пледа кусками грубой ткани. — Стоянка. Лагерь. Повозка, костер, котелок с кашей. Ну… — Сделав неопределенный жест дикарка диковато оскалилась. — Ты знаешь. Познакомлю тебя с бароном и Майей. Духи говорят, ты им понравишься. Они тоже умники. — Так что давай, наполняй свою флягу, хватай рыбу и пойдем.

— Фляга. Точно. — Виновато улыбнувшись, Абеляр неловко опустился на колени и сняв с пояса сделанную из тыквы фляжку опустил ее в ручей. Вода оказалась еще более ледяной, чем он представлял, уже через несколько мгновений пальцы потеряли чувствительность, а охватившая кости боль начала медленно подниматься от запястья к плечу.

Наверняка ручей начинается от ледников. Бесы она ведь в этой воде стояла и непохоже, чтобы ей было хоть сколько-то холодно. Другие встреченные мной аборигены так же страдали от жара и холода как и нормальные люди. И уж точно ни один из них не остался бы стоять и разговаривать по колено в ледяной воде. Похоже, древние легенды не врали. Я только что своими глазами увидел хоть косвенное но подтверждение, что некоторые северяне действительно не совсем люди…

Мелькнувшая в голове мысль обожгла сердце словно смоляной факел и Эддард почувствовал, что улыбается как нищий обнаружившей в своей шапке золотую марку. Возможно, когда он уже отчаялся найти хоть что-то удача, повернулась к нему лицом.

[1] Простите… я не…

[2] Последователи старых традиций объявившие войну имперским властям.

— Цу Абеляр… цу Абеляр… — Август цу Верннстром — вольготно устроившийся на мешках, болезненного вида юноша, брезгливо обтер руки пучком травы и оправил его в огонь. — Если я правильно помню, это довольно… молодой род, господин Эддард.

— Вы правы господин цу Вернсром. — Чувствуя что его уши невольно краснеют, а грудь сдавливают тиски глухого раздражения степенно кивнул ученый и неловко пристроив над немилосердно дымящим костерком связку нанизанных на бечевку тонко нарезанных пластов рыбы, принялся тщательно оттирать руки пучками травы. — Мой отец получил наследное дворянство оказав неоценимую услугу его сиятельству наместнику Лютеция господину Рене Майо Эудес цу Дюрфору.

— Ясно. — Холодно заметил юноша и брезгливо поджав губы отвернулся.

Эддард почувствовал себя так, будто его по лицу ударили грязной тряпкой. Пальца сами собой потянулись к трости, но остановились на полпути.

И здесь тоже. Они достали его даже здесь. Проклятые сопляки в надушенных костюмчиках и с напомаженными волосами меряющиеся длинной родословных с такой истовостью будто важнее ничего на свете и нет. Хотя, этот сопляк не напомажен… да и одежде его не помешала бы чистка. И, если глаза меня не подводят он больше похож на бродягу, чем на благородного. А клейма на руках это лишь подтверждают. Преступник. Лишенный права владения замлей… Хотя морда все равно спесивая. Так и тянет перетянуть его палкой по хребту…