Чтение онлайн

Но если это чудо, то невозможно не задаться вопросом: а зачем оно сотворено? Еврейский взгляд на чудеса однозначен: они не происходят просто так, но только в случае чрезвычайной важности. Когда Всевышний знает, что это необходимо для блага народа, или отдельно взятого человека, что это приведет к добру и свету, или предотвратит зло – тогда и только тогда он творит чудо.

Какой же позитивный смысл может быть в плывущем по реке черепе? Зачем ему плыть? Ради чьего-то блага или спасения? Ради предотвращения преступления или трагедии?

Собственно говоря, в этом нашем недоумении и прячется ключ ко всем ответам. Ведь если чудесным образом плывущий по воде черепа удивляет нас, то он не мог так же не удивить и раби Гилеля.

Он отвлекся от изучения Торы не просто так, а чтобы поразмыслить над причиной, которая подвигла Творца на нарушение созданных Им же законов мироздания. По сути дела, наблюдение за черепом было для раби тоже своего рода изучением Торы, только на конкретном, живом примере.

И вот, вглядываясь в этот удивительный предмет, мудрец понял, что он ему знаком. Не то чтобы по черепам было легко определять, кем были люди, некогда ими владевшие. И не то чтобы раби Гилель предвосхитил будущую сцену из «Гамлета» с характерным возгласом: «Бедный Йорик!» Ведь это не был череп, найденный вблизи чьей-то конкретной могилы. Это была совершенно непонятным образом показавшаяся на поверхности воды кость. И, тем не менее, раби узнал ее и однозначно определил, кому она раньше принадлежала.

Поэтому-то в тексте и стоит удивительное уточнение «один череп». «Один», так как он был не просто некий неопределенный череп, подобный всем другим черепам, но череп совершенно конкретный и уникальный, единственный в своем роде, такой, какой можно назвать по имени.

Не будем томить читателя, тем более что разгадка уже практически очевидна, особенно учитывая название этой главы, в котором обещано обнаружение уже известных нам героев Торы.

Опознанный раби Гилелем череп принадлежал некогда фараону, угнетавшему евреев. Это он издал указ о поголовном уничтожении новорожденных еврейских мальчиков. Из-за него их топили в реке. И он сам, по принципу «мера за меру» должен был быть наказан утоплением.

На первый взгляд, так оно и произошло. Ведь Тора сообщает нам, что войско фараона, погнавшись за еврейским народом, все дальше уходящим навстречу свободе, настигло беглецов у берега моря [51] , которое расступилось для бывших рабов и сомкнулось над их палачами («Бешалах», 14:27–30): «И простер Моше руку свою на море, и возвратилось море при наступлении утра к природной силе своей; а египтяне бежали ему навстречу. И опрокинул Г-сподь Египтян среди моря. И возвратилась вода, и покрыла колесницы и всадников всего войска фараона, вошедших за ними в море; не осталось из них ни одного. А сыны израилевы шли по суше среди моря, и воды (были) им стеною справа и слева от них. И избавил Г-сподь в день тот Израиль от руки египтян; и увидел Израиль египтян мертвыми на берегу моря».

Как видим, все четко по закону. Наказание по преступлению. Топившие утоплены, их жертвы отомщены. Но не будем торопиться с выводами, ибо мудрецы сообщают нам, что только подданные фараона утонули тогда в водах сомкнувшегося моря. Сам же властитель Египта был выброшен сильной волною на берег и остался в живых. А фраза из приведенного выше отрывка: «не осталось из них ни одного» может быть переведена с оригинала и другим способом: «не осталось из них никого, кроме одного». И этот один – фараон.

Спрашивается, почему, наказав тех, кто был лишь исполнителем приказа, Б-г пощадил издавшего приказ? Не должен ли был он, инициатор массовых убийств, погибнуть первым? Оказывается, это не так.

Утопив рядовых египтян, Творец наказал тех, кто не имел шансов на исправление. Но что касается их повелителя, то в данном случае Высшему Судье, Которому открыты все наши самые тайные помыслы, было очевидно, что наказание преждевременно. У фараона, великого человека с высокой душой, еще были шансы изменить что-то в своей судьбе. Пусть прежде он обращал всю свою силу и власть ко злу, и, тем не менее, был в нем и потенциал добра, которому никогда не поздно проявиться.

Поэтому, в соответствии с комментариями мидраша, фараон выжил после катастрофы на море. А затем его жизнь потекла по совершенно неожиданному сценарию, нашедшему отголосок в еврейской литературе.

В Танахе есть одна книга, которую евреи обычно читают в Йом-Кипур [52] , в день раскаяния и искупления грехов. Это книга пророка Йоны [53] . Не будем вдаваться здесь во все подробности ее содержания. Скажем только, что она вся посвящена идее раскаяния, и одна из немаловажных ее частей – раскаянию целого города – Нинве [54] .

Пророк Йона прибывает туда, чтобы сообщить жителям этого города, что через 40 дней он будет «перевернут». И вот что происходит сразу же после изречения Йоной его пророчества («Йона», 3:5-10): «И поверили нинветяне Б-гу, и объявили пост, и оделись во вретища – от большого из них до малого. И дошло это слово до царя Нинве, и встал он с престола своего, и снял с себя (царское) облачение свое, и покрылся вретищем, и сел на пепел. И (повелел) провозгласить и сказать в Нинве от имени царя и вельмож его так: чтобы ни люди, ни животные, ни крупный, ни мелкий скот не пробовали ничего, не ходили на пастбища и воды не пили. И чтобы покрыты были вретищем люди и скот, и воззвали к Б-гу с силой, и чтобы отвратился каждый от злого пути своего и от насилия рук своих. Кто знает, может быть, еще смилуется Б-г и отвратит ярость гнева Своего, и мы не погибнем! И увидел Б-г дела их, что они отвратились от злого пути своего, и пожалел Б-г о бедствии, о котором сказал, что наведет на них, и не навел».

Почему нам важен этот отрывок? Потому что именно в нем еврейские мудрецы обнаруживают след пропавшего фараона. По их мнению, он не вернулся обратно в опустошенный и опозоренный Египет. Его ведь не ждала там роль триумфатора, но жалкое существование ненавистного остатку разоренного народа диктатора, виновного во всех трагедиях страны. После десяти казней [55] , и особенно последней – смерти всех египетских первенцев, после гибели египетской армии и ослабления государственных границ, выжившему физически, но уничтоженному морально фараону нечего было больше делать в этой стране. И он направил свои стопы в другую сторону.

Движимый раскаянием и искренне уверовавший в величие истинного Б-га, фараон стал совершенно другим человеком. А величие его натуры, обширные знания и опыт государственной власти в конце концов нашли свое применение, когда он в результате своих скитаний прибыл в город Нинве и остался там, став местным царем.

Именно к нему был послан пророк Йона, и именно он, услышав о послании еврейского Б-га, не повторил былых ошибок, когда он, еще в Египте, не реагировал на предостережения Моше, но мгновенно предпринял все меры, чтобы город уцелел, а его жители исправили свои пути.

Вот такая история. Но если она справедлива, то тогда возникает вопрос: почему же, все-таки, фараон был утоплен? Разве искреннее раскаяние в порочном прошлом и дальнейшая праведная жизнь не отменяют плохой приговор Небесного Суда? Ответ прячется в нашем рассказе из «Пиркей Авот».

Когда раби Гилель понял, чей же это череп плывет по воде, он осознал также необходимость вступить с ним в разговор. И даже не с ним, а с душой того, кому этот череп когда-то принадлежал. Мудрецу было очевидно, что Всевышний сотворил явное чудо и явил ему сей плывущий предмет для того, чтобы он смог помочь душе бывшего фараона и даровать ей желанные искупление и покой.