Первозданный Крови и Костей
Шрифт:
Мои приказы осели в покое с тяжестью, которую я не хотел ощущать.
Киерен кивнул спустя несколько секунд.
— Ты сегодня вообще спал?
— Немного, — ответил я. И это была правда. Я заставил себя поспать, надеясь добраться до Поппи во сне. Не вышло.
— Кас, — вздохнул он. — Ты спишь по паре часов. Ешь почти ничего—
— Ради этого тебе нужно было поговорить со мной наедине? — перебил я. — Если да, то можем пропустить. Вторая мама мне не нужна.
— Да ну, — огрызнулся он. — Не горю желанием стоять тут и читать тебе лекцию о базовых инстинктах самосохранения. Но вот стою. И знаешь почему? Потому что ты, мать твою, разваливаешься, Кас.
Я крепче сжал холодную руку Поппи, борясь с поднимающейся злостью.
— Ты видел, каким я бываю, когда и правда развален. Знаешь, что до такого мне далеко.
— Сейчас ты другой вид развала, — возразил он. — Вместо вины за брата—
— Киерен, — предупредил я.
Он проигнорировал.
— Ты винится из-за Поппи.
— Да чтоб тебя, конечно, — рявкнул я.
Его челюсть напряглась.
— Её состояние не твоя вина.
— Тут мы с тобой не сойдёмся.
— Мы можем спорить, но это не значит, что твои мысли верны, — резко бросил он. — Откуда ты — кто угодно из нас — мог знать, что Ревенант припрётся, вскарабкается по замковой стене и попытается убить Поппи?
Я не был уверен, хотел ли Ревенант её убить или лишь ввести в стазис. Если второе — он преуспел и даже больше.
— Я должен был быть готов к такому.
— Как? Не спать? — приподнял он брови. — По твоей логике, мне виниться за то, что я не был здесь?
— Я отправил тебя разруливать дела. Так что нет.
Он покачал головой.
— А если бы всё было наоборот, и это случилось, пока ты спал, а Поппи — нет, ты счёл бы это её виной?
Я усмехнулся.
— Нет.
Он встретил мой взгляд долгим, жёстким взглядом.
— Да пошло всё, — пробормотал я. — Не верится, что ты просишь меня оставить её ради каких-то мёртвых Вознесённых.
Киерен тяжело вдохнул, опершись плечом о дверь. Прошло несколько мгновений.
— Думаешь, я хочу уходить от неё? Или от тебя?
Я не ответил — знал, что он хотел бы быть ровно там, где я.
— Единственная причина, по которой я могу уйти, — это то, что знаю: ты бы свёл себя с ума, не будь рядом с ней, — продолжил он, когда я промолчал. — Ты до смерти боишься, что с ней что-то случится или она проснётся без тебя рядом.
Это было правдой.
— Поэтому я и беру всё на себя. В основном это не мешает управлению Карсодонией и королевством. Но это не значит, что проблем нет. Люди напуганы и растеряны после всего, что произошло. Они узнают правду о том, кто такие Вознесённые, и о том, что война с теми, кто до сих пор поддерживает Кровавую Корону, продолжается. А ещё — вольвен, патрулирующие улицы, — продолжил он, и я нахмурился. — Плюс бог, который, будь он проклят, пробудился под городским Афинеумом. И общее недоверие людей к атлантийцам. И даже не начинай меня о чёртовых требованиях вампиров.
— Ты забыл о дракенах, пролетающих над городом каждый час, — вставил я.
— Да, и это тоже, — усмехнулся он сухо.
— Почему вольвен патрулируют в звериной форме? — спросил я.
Киерен приподнял бровь.
— Мы обязаны скрывать свою природу?
Я бросил на него прямой, немигающий взгляд.
— Нет.
— Но?
— Но подавляющее большинство смертных здесь верили, что вольвен вымерли, — резонно заметил я, и, чёрт возьми, сам себе аплодировал за логику. — Увидеть волка размером с пони — понятно, что пугает.
Он ухмыльнулся.
— Привыкнут.
Я покачал головой.
— Есть ещё кое-что. Люди уже шепчутся, кем на самом деле является их новая Королева, — продолжил он. — Ты не представляешь, сколько народу приходит, чтобы воздать Поппи почести. Найлл и Перри всё время их отгоняют.
Боги. Поппи было бы дико неловко это слышать. Но, чёрт возьми, им и правда стоит её почитать.
— И есть другие, — Киерен небрежно скрестил руки. — Те, кто всё ещё поддерживает Кровавую Корону — богатые землевладельцы и купцы. Мы ввели комендантский час ради их же безопасности, пока не убедимся, что все Вознесённые учтены, но удержать людей по домам не получается.
— Знаю, — я снова посмотрел на Поппи. — Людям надо работать. Нужен хлеб, есть семьи, о которых надо заботиться.
— И пока они заняты делами, они болтают. Спрашивают, почему ни Король, ни Королева не появились на публике с тех пор, как мы свергли Кровавую Корону, — продолжил он. — Они боятся, что их снова обманывают. И те, кто остаётся верен Кровавой Короне, подпитывают этот страх.
Я резко повернул голову к Киерену.
— Хочешь, чтобы я обратился к ним? Без моей Королевы рядом?
— Нет. Ты же знаешь, что сейчас в этом нет смысла.
— Отлично, — я снова перевёл взгляд на неё. — Потому что сейчас никто толком не понимает, что происходит. Никто даже не уверен, что мы в столице. Если я выйду туда, — я кивнул на окно, — все сразу поймут, что что-то не так. И несложно будет догадаться, что она ранена или не может править. Это даст идеи тем, кто ещё верен Кровавой Короне, оставшимся Ревенантам — и Колису.
От Киерена повеяло тревогой, точно отражая мою, когда я произнёс имя истинного Первозданного Смерти.
— Учитывая, что этот ублюдок, похоже, бесплотный или что-то вроде того, он может быть где угодно, — сказал я, хотя напоминать было не нужно. — Последнее, что нам нужно, — чтобы он подумал, будто Поппи ослабла. Это… — я осёкся, проводя большим пальцем по кольцу, лежащему на груди.
Колис, возможно, уже знает.
Блядь.
Мы знали слишком мало о настоящем Первозданном Смерти. Мы не представляли, на что он способен, может ли набрать силу и обрести физическую форму. Мы даже не знали, какова его конечная цель.
После того как Поппи прикончила эту сучку-Королеву, всё закрутилось слишком быстро, чтобы успеть толком поговорить о Колисе. Поппи ненадолго потеряла сознание, а когда пришла в себя, поиск её отца и пропавшего дракона стал главным приоритетом.
Из этих задач мы успели выполнить только одну, прежде чем Поппи впала в стазис, завершая своё Вознесение.
И хотя Ривер знал о Колисе больше нас всех, он был всего лишь ребёнком во время правления истинного Первозданного Смерти. Единственным, кто мог бы дать нам больше сведений, оставался Нектас, но с тех пор, как Поппи погрузилась в стазис, никто его не видел.