Чтение онлайн

— Мне неинтересны эпические противостояния, — ответил Марк. — Мне нужна только Полина.

— А мне нужны были эти двадцать минут, — произнес Сенатор. — К тому же вы не сможете догнать Эльфа самостоятельно. Он, помимо Кристалла, украл и защитный костюм экологов, который позволит ему пройти в эпицентр. Вас же скосит неизвестно какое излучение, чей состав изменился с тех пор, как Купол исчез и эта местность стала постепенно превращаться в Зону.

Марк постарался не думать о своем поражении. Чтобы хоть как-то отвлечься, он спросил:

— Зачем тебе были нужны эти двадцать минут?

— Высказаться перед вами и убедиться, что Орех готов для вашего вмешательства.

Борланд чуть не взвыл.

— Почему ты не можешь сказать прямо? — спросил он. — Для какого вмешательства?

— Я дал вам все нужные подсказки, — произнес Сенатор. — Вся моя помощь вам основана на моей вере в вашу собственную сообразительность. Если вы не знаете, как помочь вашему другу, то как вы можете называть себя сталкерами?

— Не обижайся, Сенатор, — сказал Марк. — Но я не вижу большой связи между тем, что мы сталкеры, и тем, как помочь Ореху.

— У вас еще есть время подумать, — сказал Сенатор, надевая капюшон. — Мне же предстоит последнее путешествие.

— Какое?

— Ты и этого не понял? Вы не можете отправиться за Эльфом. А я могу.

Марк и Борланд переглянулись.

— И что ты сделаешь? — спросил Марк.

— Вспомни, что я говорил тебе о личном пути каждого, — ответил Сенатор. — Твой путь завершен. А мой еще нет. Я закончу твою миссию и свою одновременно. Кристалл будет уничтожен в центре четвертого энергоблока, под саркофагом. Я очень скучаю по дому, Марк. Я хочу увидеть хоть что-то, похожее на него. Что я тебе говорил в лесах Кордона, в ночь нашей встречи? Доведи меня до Заслона, и там я стану ближе к дому. Пусть даже это будет последним, что я сделаю.

Слова застряли у Марка в горле. В смятении он сжал голову руками.

— Как отнесется к этому Монолит? — спросил Борланд.

Сенатор криво усмехнулся и направился к выходу.

— Сам поразмысли, как Монолит может отнестись к предательству со стороны единственного, кто способен ему помочь, — произнес он.

— Сенатор… — начал Марк и снова не смог совладать с собой.

— Не переживай за меня, друг мой, — ответил Сенатор ласково. — Я благодарю тебя за все. Борланд, если повстречаешься с моими собратьями, поступай с ними, как всегда. Смерть для них благо.

Борланд сумел только кивнуть в ответ.

— Ну, — произнес Сенатор. — Не найдется на прощанье двух улыбок для контролера?

В последний раз подарив сталкерам теплый взгляд зеленых глаз, он вышел из кинотеатра.

Странная фигура в зеленом костюме двигалась неправильным шагом по направлению к самой известной в мире атомной электростанции. На фоне границ Припяти и разрушенной местности одинокий человек смотрелся нелепо, словно пришелец из другого мира, прилетевший сюда в поисках нужных сведений для классификации третьего камня от Солнца в галактической базе данных. Но, к счастью для репутации Земли, зеленая фигура не принадлежала к посторонней комиссии, в чьих глазах всю планету, бесспорно, сочли бы полностью радиоактивной и безжизненной. Хотя вздымавшиеся в небо трубы станции ярко свидетельствовали о слепоте человечества, по-детски наивно старавшегося решить свои проблемы с ресурсообеспечением.

Эльф не думал ни о чем, кроме своей цели — добраться до Монолита. Вечная мечта решить свои дела одним желанием нашла в его сознании подходящее воплощение. Эльф был готов отдать душу в обмен на одно желание, не зная еще, чего конкретно хочет и зачем это ему нужно. Вряд ли он смог бы сейчас вспомнить, как получил свое прозвище, так как много шагов назад он полностью забыл даже свое имя. Собственная личность, так и не оформившаяся за его жизнь, начисто вытравилась из его тела, сталкер не отдавал себе отчета в том, кто конкретно кому служит. Монолит звал его к себе, эхом отдаваясь в его голове беспристрастным приказом.

Рюкзак Марка был давно сброшен, пистолет Борланда отправлен в ржавый мусорный бак еще на проспекте Ленина. Эльф брел в лучшем костюме биологической, химической и радиоактивной защиты, но ничто не могло защитить его сердце от кипевшей алчности и вожделения, шлем не мог защитить от зова Монолита, требовавшего себе свою собственность. Черный Кристалл был сжат в руке Эльфа, он уже не был проводником воли своего хозяина, помогая Монолиту подчинять сталкера воле собственной. Четырехслойная перчатка, казалось, была прожжена насквозь, Кристалл словно плавился, но Эльф не чувствовал ожогов.

Он прошел мимо скопления труб, контейнеров, рабочих корпусов, позволив Монолиту вести себя. Иногда он сворачивал не в ту сторону, и Монолит мощным, болезненным импульсом возвращал его на нужную дорогу. Эльф не знал, как долго он идет, он не чувствовал ни времени, ни расстояния, лишь в трансе перебирал ногами и хрипло дышал через входящую в шлем трубку. Чистая, не зараженная радиацией смесь азота, кислорода и гелия, бережно закачанная в эластичные баллоны, предназначенная для ученого состава отважных исследователей, бесповоротно расходовалась на полуобезумевшего сталкера.

Дойдя до разрушенного саркофага, Эльф долго искал подходящую щель. Монолит поднимал свою ярость, вынужденный подстраиваться под физические ограничения сталкера, который должен был не только пробраться на нужный этаж, но и сохранить при этом способность передвигаться. Концентрация энергии Монолита в конечном счете стала плавить костюм, но это уже не было существенным препятствием. Полностью перестав чувствовать себя, Эльф, которому наконец удалось пробраться под саркофаг, уже не замечал, как костюм расплавился и облепил все его тело горячей резиной. Он не ощущал поднявшегося смрада дымящихся материалов, которые уже не предоставляли никакой защиты от радиации, также вступившей в процесс по облучению долгожданной за многие годы жертвы.

Поднимаясь по очередной лестнице, Эльф схватился рукой за металлическую скобу, и горячая перчатка приклеилась намертво. Отдирая руку, Эльф потерял равновесие и сорвался вниз. При падении шлем слетел с его головы с доброй половиной некогда роскошных волос. Пара треснувших костей также осталась для сталкера незамеченной. Поднявшись на ноги, он не обратил внимания, что его походка сильно поменялась. Снова поднявшись по лестнице, он встретил на пути несколько совсем уж несерьезных препятствий, вроде запертых деревянных дверей, которые он разбивал всеми конечностями, и каменных обломков, заставлявших его убирать их, надрывая себе спину. Однако носитель воли Монолита был все еще человеком, и поэтому ему приходилось часто отходить назад на десятки метров, которые до этого отнимали у него десятки минут. В итоге он все же добрался до нужного коридора, но дальнейший путь был прегражден титановой дверью.

Ярость Монолита чуть не зашкалила за ту отметку, на которой мозг Эльфа был бы полностью разрушен. Слабый человек был все еще нужен Монолиту. Поэтому Эльф, смутно думая лишь о собственном, так и не приходящем на ум заветном желании, вернулся к самому началу. Пролезая сквозь щель наружного саркофага, он обошел его с другой стороны и начал карабкаться на крышу.

Когда он оказался наверху, то прошел несколько шагов и спрыгнул в одну из дыр. Высота была метров пятнадцать. Переломав себе несколько костей, он снова встал, зацепившись плотью за острые свинцовые обломки. Рванувшись, он освободился, оставив на тусклом острие клочки костюма и кусок собственного мяса. Он улыбался. Монолит был совсем рядом.