Чтение онлайн

{169 Аттал. — То есть Аттал I, так как Эвмен пришел до него, см. 445d.}

Буду мальчишку любить: по мне это лучше женитьбы:

[е] Мальчик всегда под рукой, и в бою мне еще пригодится.

[Пародии]

54. После этого, поглядев свысока на Ульпиана, К и нуль к продолжал: "Ну, а раз уж ты гневаешься на меня, так и быть, я расскажу тебе, что же такое "кошачий концерт" ". {170} Ульпиан в ответ: "Что? Ты, подонок, воображаешь, будто я на тебя сержусь, будто все твои слова для меня что-нибудь значат, "бесстыжая ты сука" [Ил.ХХI.481]? Но если ты впрямь вознамерился меня чему-то научить, - что ж, я заключаю с тобой перемирие не на тридцать, а хоть на сто лет; а ты мне только скажи, что это за ". Кинулькна это: [f] "Знай, любезнейший, что Клеарх во второй книге "О воспитании" пишет [FHG.II.313]: "Остается 'кошачий концерт' , каждый участник которого поет, что только ни придет ему в голову, не слушая ни предстоятеля и наставника хора, а слушатели такого пения еще того больше буйствуют". Как пишет пародист Матрон [Brandt 93]: {171}

{170 ...кошачий концерт... — См. 669b, 671с.}

{171 ...пишет пародист Матрон... — Трудно обнаружить в этих стихах какую-либо связь с предыдущим текстом.}

Все вот, которые были меж ними храбрейшие мужи, [Ил.XI.825]

Эвбей, и Гермоген, и славные также Филиппы, [ср.Ил.X.429]

Все погибли они и уже в Айдесовом доме. [Ил.XXII.52]

(698) Есть же Клеоник, ему бессмертная выпала старость,

Знает он многих поэтов, прекрасно знаком и с театром; [Од.XVII.283]

С ним лишь одним из умерших болтает порой Персефона. [Од.X.494]

Ты же, прекрасный Ульпиан, хоть и жив, но только задаешь вопросы, но не отвечаешь ни на один". Ульпиан на это: "Все-таки, мой добрый приятель, ...(лакуна)... пока продолжается наше перемирие, мне бы хотелось послушать пародии на эпических поэтов".

55. И Кинульк: "Много, приятель, было у нас поэтов, сочинявших пародии: знаменитейшим из них был современник царя Филиппа Эвбей Паросский. Он особенно издевался над афинянами, и "Пародии" его в четырех книгах дошли до нас. О нем упоминает Тимон в первой книге [b] "Силл" [frag.39 Wachsmuth, Diels, P.P.G.III.184]. А Полемон, перечисляя пародистов в двенадцатой книге "Посланий к Тимею", пишет так [Preller 76]: "Беот и Эвбей, писавшие пародии, были, по-моему, учеными людьми, потому что шутили очень ловко и, будучи эпигонами, превзошли поэтов более раннего времени"". А начинателем таких стихов следует считать ямбического поэта Гиппонакта: у него ведь есть гекзаметры [PLG4. 11.489]:

Эвримедонтова сына, пучину морскую, Харибду,

[c] Муза, воспой, чья утроба полна всерубающих лезвий!

Пусть же по воле народа погибнет он жалкою смертью

По приговору суда на бреге бесплодного моря.

Понемногу пользуется пародией в некоторых своих драмах и Эпихарм Сиракузский и поэт Древней комедии Кратин в "Сыновьях Эвнея" [Kock.I.32-33], а среди его современников его - фасиец Гегемон по прозвищу Факе. {172} Писал он так [Brandt 42; см. 406е]:

{172 ...по прозвищу Факе. — То есть Чечевичная похлебка. О его успехах в Афинах см. 496е-497с.}

[d] Я возвратился на Фасос, и многими комьями грязи

Стали кидаться в меня, высоко их вверх запуская;

Некто ко мне подошел и с речью такой обратился:

"О ненавистнейший муж! Кто тебя убедил взгромоздиться

На Дионисов прекрасный алтарь {173} такими ногами?"

{173 ...Дионисов... алтарь... — Собств. алтарь Диониса в афинском театре — возвышение в центре орхестры, с которого корифей управлял хором.}

Всем им тогда я сказал в ответ свое тихое слово:

"И против воли меня, старика, убедили взобраться

Бедность моя и барыш, - на корабль они также загнали

[e] Многих фасийских мужей, прекрасноволосых мерзавцев,

Тех, что и гибнут, и губят, {174} что там и сейчас распевают

{174 ...и гибнут, и губят... — Ил. IV.451; ср. Ил.ХI.83.}

Скверные песни дурных рапсодов; нужда в пропитанье

К ним затесаться меня заставила. Но никакая

Больше нажива меня не погонит в дорогу, и тратить

Здесь, никому не вредя, серебро свое славное {175} буду,

{175 ...серебро... славное... — Ср. Ил. XXIV.437: «славный Аргос».}

[f] Чтоб никакая жена ахейская не попрекнула, {176}

{176 Чтоб никакая жена... — Ср. Од.II. 101.}

Если супруга испечь мне ахейский задумает хлебец, {177}

{177 ...хлебец... — См. 109е. Это был большой каравай в честь Деметры и Коры. Жена поэта, не ведая о его богатствах, будет печь вместо ахена маленький сырный пирог.}

И не сказала б, пирог завидев лишь маленький сырный:

"Милая, ты испекла так мало, а муж твой в Афинах

Спел и полсотни монет за свое выступление вывез"".

Так колебавшемуся в думах предстала Афина Паллада

С жезлом в руках золотым, погнала и промолвила слово:

(699) "О злополучный Факе, пускайся, мерзавец, в сраженье!"

Сердцем тогда я дерзнул и громче завыл свои песни.

56. Сочинял пародии и другой поэт Древней комедии Гермипп [ср.29е]. Однако первым вышел на театральные состязания с пародией Гегемон и одержал в Афинах многие победы, а самую славную - "Гигантомахией". Написал он и комедию в старинном стиле, озаглавленную "Филинна". А у Эвбея в стихах, действительно, много забавного - например, [b] о сражении банщиков [Brandt 52]:

Медноконечные чаши {178} стремительно мечут друг в друга [Ил.XVIII.534].

{178 Медноконечные чаши... — Копья в шутку заменены цирюльничьими чашами.}

Или о цирюльнике с гончаром, поссорившихся из-за девки [Brandt 52]: {179}

{179 ...поссорившихся из-за девки... — Ил.I.275, 277. «Ты, Агамемнон, как ты ни могуч, не лишай Ахиллеса / Девы... / Ты же Пелид...». Нестор увещает Агамемнона и Ахилла. Гегемон остроумно заменяет «деву» на цирюльника, а гончар назван сыном Пелея по созвучию его имени с илом, грязью .}

Ни ты, цирюльник, сколь ты ни могуч, не лишай его дара,

Ни ты, Пелид.

Что такие поэты пользовались некоторой известностью хотя бы в Сицилии, свидетельствует трагический поэт Александр Этолийский в таких элегических стихах [Meineke "Аn. А1ех." 230]:

[с] В пору, когда Агафокл {180} их злосердый изгнал из отчизны.

{180 Агафокл. — О жестокости Агафокла см. Диодор XIX.6-7.}

Вел сей муж свой род от именитых отцов,

С юности дружбу водил он бродягой с бродягами, в ярой

Страсти к мальчишкам пылал громче, чем даже Мимнерм.

Он-то изобразил блестящим гомеровским слогом

Чеботарей и воров, евнуха в пестром бреду,

И сиракузский народ хвалил их. Но тот, кто Беота

Слышал, тому никогда в радость не будет Эвбей".

[О светильниках]

[d] 57. И много подобных предметов обсуждалось на каждой нашей сходке.

Но однажды случилось, что нас застала темнота, и тут один из нас обратился к слуге: "Эй, малый, принеси-ка лихнион (, светец)!", другой потребовал лихней (, светильник), третий лофнию , объясняя, что так называется лубяной факел, другие требовали кто панос (, факел), кто фанос (, фонарь), кто лихнух (, светодержтель), {181} лихн (, засветка), а иной - двойной лихн (двух-фитильный), а иной требовал гелану или геланов, утверждая, что это название факелов происходит от слова солнечный зной (') (см. 601е); при этом он ссылался на первую книгу Неанфовой "Истории Аттала" [FHG.III.4, J.2 В 895, 2 А 192]. Так, выкликая каждый свое, и наперебой приводя в подтверждение своих слов цитаты, они подняли немалый переполох. Кто-то, ссылаясь на "Глоссарий" Силена, уверял, что афиняне [е] называли фанами факелы . {182} Однако Тимахид Родосский пишет, что факелы назывались еще и делетрами (, приманка), {183} ссылаясь на то, что молодежь разгуливает ночами с ... (лакуна)... которые они называют "геланами". Америй же называет факелы грабиями . Селевк объясняет это слово так: "Грабий - это полено каменного или обыкновенного дуба, расщепленное со всех сторон и перевязанное, которое зажигают для освещения дороги". Во всяком случае, Феодорид [f] Сиракузский говорит в дифирамбе "Кентавры" [Diehl 11.295]: